Выводы комиссии по расследованию побега заключенных (если бы такая комиссия была создана)

Comissie

.

Моше Фейглин

А. Израильская сторона

1. С тех пор, как Государство Израиль в «норвежских соглашениях» признало существование «палестинского народа» и его права на Землю Израиля, израильская система безопасности и ШаБаС (служба безопасности тюрем) вынуждены действовать в условиях, когда у них нет цели и нет уверенности в справедливости своей борьбы с террором.
Ведь мы собственными руками превратили израильского Давида в Голиафа, а смертоносного террориста — в «борца за свободу».

2. Цель израильской системы обороны теперь сводятся к достижению спокойствия любой ценой.
После подписания соглашений в Осло все силы безопасности (и в том числе ШаБаС) научились относиться к себе как к своего рода солдатам ООН, чья работа заключается в том, чтобы как то поддерживать спокойствие.
Наши преданные сыновья идут в армию с чувством своей миссии и с высокой мотивацией. А мы превратили их из гордых солдат в какого-то техника при оружии, которого вместо боя обучают терпеть постоянные унижения…

3. Однако унижение не ограничивается раной, наносимой душе молодого солдата. Готовность молодых солдат к самопожертвованию используются как фиговый лист, чтобы прикрыть стратегические упущения.
Униформа солдат и тюремных охранников олицетворяет Государство Израиль. Их попранная честь — это попрание чести государства, и такое пренебрежение еще больше усиливает мотивацию врагов нанести вред Израилю.

4. Смысл ложного нарратива «мирного процесса» заключается в том, что война окончена и, следовательно, больше нет врага. Этот нарратив навязывается всему израильскому руководству. И поэтому он не позволяет оборонному ведомству идентифицировать врага (потому что по этой логике врага уже нет, а есть «партнеры по переговорам») и не позволяет выиграть войну (которая объявляется законченной).
Таким образом, террор из одного из видов войны сам превратился во «врага», а вражеские солдаты, которых мы сами признали народом, стали «террористами», которых не убивают на поле боя и не берут в плен, а судят и сажают в тюрьму. как преступников (и они сидят там в роскошных условиях).

5. Таким образом, собственными руками мы позволили самым нашим худшим врагам использовать выгоды от обоих подходов. Они воюют с нами, используя оправдание «оккупированной нации» (которое мы сами дали им «соглашениями Осло»). Но когда их ловят, они требуют и получают всю правовую защиту и условия содержания уголовных заключенных, включая посещения арабских депутатов парламента. Их судят как преступников, но освобождают как пленных солдат.

6. Такая невозможная ситуация — плод исключительно нашей работы. Вся тяжесть противостояния врагу в таких условиях ложится на плечи молодых людей, которые зачастую платят своими жизнями за невыполнимые инструкции по открытию огня.

7. В тюрьмах ситуация еще в несколько раз хуже. Надзиратели каждый день сталкиваются с условиями, которые создавались для преступников и совершенно не соответствуют войне с врагом, требования которого мы признали в Осло справедливыми.
Вражеские солдаты, сосредоточенные в тюрьмах, превратили ее в центральный фронт самой войны. Мы собственными руками превратили вражеских бойцов в тюрьме в символ борьбы, а охранников и охранниц — фактически в заложников в их руках.

8. Как и в Армии Обороны Израиля, ШаБаС также понимает, чего от него ожидает высшее командование. Требуется спокойствие любой ценой — и это приводит к все большим и большим привилегиям для заключенных, то есть к взяточничеству в обмен на спокойствие.

9. Вершиной этого процесса подкупа стало то, что офицер ШаБаСа начал использовать надзирательниц, находящихся под его командованием, в качестве формы сексуального подкупа заключенных.
Как сообщила полицейский корреспондент Лиран Леви 8 сентября 2001 г.: «Кульминация наступила, когда в июне 2018 года было раскрыто дело охранников тюрьмы Гильбоа. Офицер разведки тюрьмы Гильбоа Рани Баша удовлетворила просьбу террориста, который требовал, чтобы в их крыле работали охранницы (а не охранники), которые подвергались там сексуальным нападкам». Хотя офицер признал свою вину, его вернули на свой пост.

Б. «Палестинская» сторона

10. Мы создали «палестинский народ», когда признали его существование в соглашениях Осло. Он не имеет истории и никакой позитивной объединяющей силы. Палестинское самоопределение полностью сводится к борьбе против Израиля. Следовательно, никогда не будет мира между этим изобретенным народом и Израилем, потому что конец конфликта — это также конец смысла его существования.

11. Поэтому «палестинцам» постоянно нужны все новые и новые фронты и символы борьбы. Удержание врага в плену в статусе борцов за свободу — как узников совести — дает врагу именно мотивацию, необходимую для продолжения его войны.

12. Это бомба замедленного действия и искушение, которое неизбежно приведет к новым требованиям на переговорах.

13. Побег заключенных вызвал непропорциональный энтузиазм и мотивацию у «палестинского народа», поскольку он прекрасно предоставил единственный нарратив, на котором построена его национальная идентичность. Поэтому ожидается, что такие попытки, а также восстания, голодовки, попытки похищения охранников и тому подобное — теперь будут активизироваться.

Резюме:

Реальность, которую мы создали своими руками: это не они — заключенные, а мы…

Выводы:

14. Нельзя возлагать ответственность за побег только на ШаБаС, это не соответствует истине и не приведет к каким-либо изменениям и стратегическим исправлениям.

15. Корень проблемы полностью лежит в сознании израильтян, которое превратило арабов, проживающих на территории Израиля, в суверенный народ, а их террористическую организацию — в законное суверенное образование, признанное во всем мире (ситуация, которая не существовала до «соглашений Осло»).

16. Государство Израиль должно постараться исправить это историческое упущение и любой ценой отменить «соглашения Осло». Это провал, который уже унес у нас тысячи жертв и угрожает разрушить Государство Израиль, которое из-за этого утратило чувство уверенности в своей правоте.

17. Террор, используемый противником, атакующим Израиль, следует рассматривать как не более, чем военное средство. Террористы — это такое же военное подразделение как, например, танковые войска, артиллерия и авиация (только они действуют неконвенционально).

18. Использование как прикрытие гражданских лиц — это тоже военное оружие террористов. Инструкции для ЦАХАЛа должны быть адаптированы к этому базовому моральному пониманию, и инструкции по открытию огня должны быть соответственно обновлены.

19. Военнопленные, которые в настоящее время содержатся в израильских тюрьмах в качестве заключенных, серьезно подрывают безопасность Израиля во всех возможных аспектах.

20. В качестве промежуточного этапа, пока Государство Израиль не осознает корень проблемы и не решит ее (см. выше пункт 4), они должны быть переведены в лагеря для военнопленных ровно с теми же «правами», что и солдаты ЦАХАЛа, которые попадают в руки врага.

 

Моше Фейглин – бывший депутат Кнессета от Ликуда, член комиссии по иностранным делaм и обороне.

 

Источник на иврите — Исраэль махар

Перевод на русский — МАОФ

Сентябрь 2021

 

 

Оцените пост

Одна звездаДве звездыТри звездыЧетыре звездыПять звёзд (голосовало: 10, средняя оценка: 5,00 из 5)
Загрузка...

Поделиться

Блог новостей из Иерусалима

Автор Блог новостей из Иерусалима

Израиль
Все публикации этого автора

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *