Корка и подкорка Хиллари Клинтон

hil

Как говаривали в старину на Руси, всё бы скакаша да играша… Всё бы потешаться над почтенной Хиллари Клинтон, которая 5 августа на встрече с чернокожими и испаноязычными журналистами в Вашингтоне обмолвилась и чуть не назвала ненавистного ей Дональда Трампа своим мужем.

Фрейдисты, конечно, всерьез заявят, что белая кора головного мозга Хиллари думает об одном, а серая подкорка — о другом, но, так или иначе, в прошлую пятницу 68-летняя кандидат Демократической партии в президенты выразила слушавшим ее журналистам надежду: «…Вы сравните мои предложения с тем, о чем говорит мой му… (husb…), мой оппонент». В зале послышался смех, и Клинтон быстро вернулась от подкорки к корке, призвав журналистов не снижать темпов ругани Дональда Трампа, поскольку в такой важный исторический момент это «особая ответственность» средств массовой информации. «Он ведь говорит об ограничении свободы прессы, — заявила Хиллари Клинтон. — И мы, как страна, должны встать и сказать, что Дональд Трамп не представляет нас и то, во что мы верим».
Причину неверия в Трампа цветных журналистов мадам экс-секретарь объяснила прошлогодним инцидентом, когда ведущего крупнейшего латиноамериканского телеканала Univision Хорхе Рамоса удалили с пресс-конференции Дональда Трампа в Айове, куда Рамос явился без приглашения и выкрикивал с места вопросы, повторяя их, так как не получал ответа. Трамп несколько раз просил Рамоса сесть на место, а потом не сдержался и послал его, но не куда подальше, а обратно в Univision, и охранник вывел Рамоса, что тот посчитал разжиганием расистской ненависти. При этом Клинтон добавила, что в июне Трамп лишил аккредитации на свои избирательные ралли репортеров Washington Post. Назвав эту газету лживой и нечестной, Хиллари напомнила слова Хорхе Рамоса, что лучшая журналистика именно в том, чтобы встать. То, что Рамоса выгнали с пресс-конференции, она назвала его «знаком почета» за брошенный Трампу вызов.
Затем Хиллари Клинтон провела не пресс-конференцию, которых она, по понятным причинам, избегает в официальном формате, а нечто вроде вечера вопросов и ответов. Она заявила цветным журналистам, что ожидает от них самых прямых вопросов, обещав дать самые прямые ответы.
Самые прямые вопросы, естественно, сводились к одному: лжет она или говорит правду. Примером послужили ее ответы на вопросы агентов ФБР, которые допрашивали Хиллари Клинтон 2 июля в связи с «сервергейтом» — как выразился директор бюро Джеймс Коми 5 июля, «слишком небрежным» обращением госсекретаря Клинтон с совершенно секретной и сугубо служебной информацией. Среди 30 тысяч проверенных ФБР электронных сообщений на личном сервере Хиллари Клинтон следователи обнаружили 110 «емелек» с секретной информацией, среди которых было 8 с грифом «совершенно секретно», 36 «секретно» и 8 «для служебного пользования».
Решив не рекомендовать министру юстиции отдать за это Хиллари Клинтон под суд, Джеймс Коми на пресс-конференции заявил: «Хотя мы не нашли явного доказательства, что госсекретарь Клинтон или ее коллеги намеренно нарушали законы работы с секретными документами, есть доказательство, что они крайне небрежно обращались с очень конфиденциальными, очень секретными сведениями». Через два дня Джеймс Коми, уже под присягой в комитете Палаты представителей по надзору и реформе правительства (Committee on Oversight and Government Reform), сообщил о «крайней небрежности» и вранье Хиллари Клинтон законодателям. Член комитета Трей Гоуди, республиканец из Южной Каролины, зачитал директору ФБР Джеймсу Коми несколько заявлений Хиллари Клинтон и попросил ответить, правда ли это или нет.
«Секретарь Клинтон сказала, что в ее отправленной или полученной почте не было ничего с грифом секретности. Это правда?» — спросил Гоуди.
«Это неправда, там было немного с грифами, по-моему, три таких документа», — ответил Коми.
«Секретарь Клинтон сказала: “Я никому не посылала ничего секретного по моей электронной почте, там нет секретных материалов”. Это правда?» — спросил Гоуди.
«В этой электронной почте были секретные материалы», — ответил Коми.
На вопрос председателя комитета Джейсона Чаффетса, республиканца из Юты, давала ли Хиллари Клинтон допуск к секретной информации людям без такого допуска, директор ФБР ответил «да».
Можно добавить, что в октябре 2015 года Хиллари Клинтон давала показания в специальном комитете Палаты представителей по Бенгази, и председатель комитета Джим Джордан, республиканец из Огайо, спросил, пользовалась ли она дома несколькими серверами.
«Там был… — ответила Клинтон под присягой, — там был сервер».
«Только один?» — переспросил Джордан.
«Им уже пользовалась команда моего мужа, — ответила Хиллари Клинтон. — В нашем доме была система, которой я пользовалась, а позже снова в офисе моего мужа решили, что нужно изменить условия, и заключили контракт с компанией в Колорадо».
«Так все-таки, один сервер? Вы нам про это говорите? Что это один сервер, который сейчас у ФБР?» — настаивал Джордан.
«У ФБР сервер, который был использован в период моей работы в Госдепартаменте», — ответила «врунья Хиллари», как прозвал ее Дональд Трамп.
11 июля конгрессмен Чаффетс и его коллега-однопартиец Боб Гудлейт из штата Вирджиния, глава юридического комитета Палаты представителей, направили федеральному прокурору округа Колумбия письмо с просьбой начать расследование по обвинению Хиллари Клинтон в ложных заявлениях и лжесвидетельстве под присягой.
Комментируя это письмо, адвокат Крис Уайт 13 июля написал в сетевом юридическом издании lawnewz.com, которое он же редактирует, что Хиллари Клинтон практически нечего бояться. Во-первых, пояснил Уайт, Министерство юстиции очень редко решает судить за ложь Конгрессу, а во-вторых, для этого обвинению нужно доказать, что вызванный в Конгресс дал присягу «перед компетентным трибуналом», а затем «намеренно и вопреки присяге заявил или представил материальные свидетельства, заведомо не веря, что это правда». Доказать это крайне трудно, хотя, отметил Крис Уайт, обвинение может сделать это не прямыми, а косвенными доказательствами.
С багажом всех этих знаний кандидат в президенты Хиллари Родэм Клинтон 5 августа отвечала на вопросы чернокожих и испаноязычных журналистов в Вашингтоне. Эд О’Кифи из той самой Washington Post, репортеров которой Трамп не пустил на свои ралли за «лживость и нечестность» этой газеты, от имени остальных попросил Хиллари Клинтон чаще устраивать такие встречи, «особенно с журналистами, которые путешествуют по стране вместе с вами, куда бы вы ни поехали». С учетом специфики аудитории Хиллари Клинтон обещала в случае победы на выборах немедленно реформировать систему иммиграции, а сама победа, которая сделает ее президентом США, «будет четким сигналом нашим друзьям-республиканцам, что и для них настало время дать дорогу этой реформе». По поводу двух своих интервью, где она отрицала всякую неправду, мадам секретарь сказала, что «в обоих случаях указывала на слова директора Коми, что мои ответы (следователям) ФБР были правдивыми». Хотя, допустила она, «меня могло перемкнуть, в чем я попытаюсь объясниться».
Недруги Хиллари Клинтон немедленно прицепились к этой фразе, а их лидер Дональд Трамп со свойственной ему мужицкой прямотой заявил, что у кандидата демократов в президенты «перемкнуло в мозгах» и «у нее проблемы». В своем твиттере, откровения в котором, на мой взгляд, пока приносят ему больше вреда, чем пользы, Трамп в субботу написал: «“Короткие замыкания” не подходят нашему президенту! Поинтересуйтесь словами “промытые мозги”». Тогда же на странице Facebook кампания Трампа поместила видеопост, назвав Хиллари Клинтон роботом, у которого плавятся предохранители.
Позже, выступая перед сторонниками в физкультурном зале школы в Нью-Гэмпшире, Трамп в очередной раз назвал Хиллари Клинтон «лгуньей» и «ужасным-ужасным человеком», заявив: «Она некомпетентна, и я не думаю, что такая женщина станет президентом Соединенных Штатов».
Ранее Хиллари Клинтон сказала, что темперамент Трампа не годится для президента, что поддержали верные ей бывшие госчиновники. Экс-директор ЦРУ Майкл Морелл написал в New York Times, что Трамп «не только не подходит для такой работы, но может создать угрозу нашей национальной безопасности», а «характер, который он показал во время первичных выборов, говорит, что это плохой и даже опасный главнокомандующий». Отвечая на это, Трамп заявил, что на него нападают «эти заторможенные… эти глупые дураки, которые говорят: “Можно ли доверить Трампу ядерное оружие? Можно ли ему доверять?” Знаете, это все слова. Они потратят на них миллиард долларов, но народ это не купит».
Если в связи корки с подкоркой головного мозга Хиллари Клинтон кто-то сомневается, то в моем кандидате Трампе таких сомнений нет — в его мозгу предохранителей просто нет.

Оцените пост

Одна звездаДве звездыТри звездыЧетыре звездыПять звёзд (голосовало: 6, средняя оценка: 4,83 из 5)
Загрузка...

Поделиться

Александр Коган

Автор Александр Коган

Хайфа, Израиль
Все публикации этого автора