Все собаки попадают в рай

68d618f5ae756

Любовь к собакам в Израиле необычайно велика. Израильской собаке можно все — заходить в кафе и магазины, купаться в море, выпрашивать еду; жизнь твоя бесконечно прекрасна — и рай образовывается вокруг тебя сам собой.
«Как ты думаешь, — спрашиваю я у мужа, — если написать, что в Израиле больше любят собак, чем котов, то с комментариями придут обиженные хозяева котиков или торжествующие — собачек? И кто победит?»
Я уважительно отношусь к котам: они стройные, суровые, пятнистые и смотрят на тебя свысока даже в самых неловких ситуациях. Но это совсем другая история, потому что с местными домашними котами я почти не знакома. А дружественных собак у меня много.
Я знаю лабрадора, который однажды заботливо принес ворам, забравшимся в дом друга, гостевые тапочки, потому что любил людей и верил им. Я знаю риджбека, который после прошлогодних обстрелов принудительно уводил своих кормильцев в комнату безопасности, когда слышал из телевизора звуки сирены. Я знаю трех корги — это почти считалка из детства, — про которых подозреваю, что на самом деле они инопланетные пришельцы и просто изучают способы безболезненного манипулирования людьми. Я знаю спаниеля-репатрианта, в ­чьих глазах такой безумный восторг перед миром, что я хочу быть этим спаниелем.

16f99f18c9c

Вообще в Израиле быть собакой хорошо. Во-первых, климат. Никакого снега, замерзающей мороси и реагентов. Наоборот — утренние прогулки вдоль моря, вечерние променады в парках или по бульварам. Опять же — рестораны и кафе. Если ты маленькая собака, ты сидишь на коленях, тебе все умиляются, иногда ты капризно откусываешь из хозяйской тарелки — «что там у тебя? Фу, салат. А это что? Фу, рыба, унесите рыбу, ну ладно, я съем этот кебаб, только в следующий раз пусть будет без специй, не уважаю. Да, я чихнул в твою тарелку, а чего ты ожидал, когда столько перца? Унесите кебаб».
Если ты большая собака, ты сидишь под столом, молотишь хвостом, пьешь воду из красивой миски, тебе все умиляются, ты откусываешь из тарелки — «что это? Салат, я обожаю салат, и рыбу, и вот это обожаю».
У собак есть свои пляжи. То есть раньше им можно было везде, а теперь немножко нет. Раньше, если ты собака, ты бежишь в прибое, нюхаешь все, иногда съедаешь на ходу чей-то бутерброд. Или мячик, или фрисби — «ой, ну извини, да, я тут пожевал случайно твою панаму». Сейчас, говорят, с собаками можно гулять только на специальных пляжах — не знаю, я не заметила разницы.

2fbb9731e79

Еще в Израиле жарко почти всегда, особенно собакам. Двуногие без шерсти как-то терпят, а собаки изнывают. Поэтому двуногие их стригут — собачьи парикмахеры процветают — или просто обривают, оставляя лохматыми голову и хвост. Если вы не видели обритого лабрадора, несущегося к вам по парковой дорожке с самыми нежными намерениями, вы многое в этой жизни пропустили. На ощупь такой лабрадор горячий, влажный и колючий. Или, например, постриженный пекинес, с челкой, заколками и бантиками, выгуливающий в субботу своего двуногого — большого, очень большого, лысого, с лицом киношного злодея и татуировкой на плече: улыбающийся жирафик и сердечко. При этом пекинес вальяжен и холоден, а двуногий с жирафиком, увидев на песке вялую медузу, берет пекинеса на руки и переносит, переносит через медузу, нашептывая что-то утешительное вроде — «да, это ужасно, мир не совершенен, закрой глаза, малыш, не смотри».
Израильтянин и собака — они не хозяин и питомец, нет, там все сложней. Они, например, друзья: вместе бегут, бросают мяч, гонятся за мячом, прыгают в море, выскакивают, отряхиваются, брызги, счастье, а ну-ка отними. Или они семья — и не всегда двуногий за старшего. Я лично знаю французского бульдога, который воспитывает свою хозяйку, ставит ее на место ледяным взглядом и оскорбленным сопением — «что, ты опять идешь в магазин? Нет, там нет ничего интересного, я уже все обнюхал, нет, эти тряпочки ужасно пахнут, и ты не будешь в них заворачиваться». Или они нервная, слегка скандальная парочка: ревнивая такса ведет за собой загорелого мускулистого юношу, оглядывается, шевелит бровями — «не смотри туда, там другая, плохая собака, она чужая, не смотри, иди рядом, возьми на ручки, ой, поставь обратно, там мой знакомый, я поздороваюсь, а ты посиди тут, не мешай, просто посиди и дай мне уже вздохнуть от тебя спокойно».

3d61ac010782

За двенадцать лет я не встретила в Израиле ни одной собаки, которая бы меня напугала. Даже если это мастиф или дог, который может ненавязчиво подойти и положить тебе голову на плечо — «а что ты тут стоишь, а давай я тоже постою, да, я мокрый, я купался, вода соленая, а хочешь, вместе побежим, ну ладно, я тогда сам побегу, а ты стой тут, смотри на свой закат, хорошее двуногое, ладно, пока, я побежал».

Юка ЛЕЩЕНКО
http://booknik.ru

Оцените пост

Одна звездаДве звездыТри звездыЧетыре звездыПять звёзд (голосовало: 1, средняя оценка: 5,00 из 5)
Загрузка...

Поделиться

Редакция сайта

Автор Редакция сайта

Все публикации этого автора