Филипп Халсман: «Меня всегда интересовали люди» (1906–1979)

fotograf-Filipp-Halsman_82fff

Фото: cameralabs.org

«Хороший портрет должен и сегодня, и через сто лет показывать, как человек выглядел и что он из себя представлял».

Филипп Халсман

Филипп Халсман. Фото: encrypted-tbn0.gstatic.com
Филипп Халсман. Фото: encrypted-tbn0.gstatic.com

Зачастую многие фотографы, избрав однажды свой творческий стиль, придерживаются и совершенствуют его на протяжении всей карьеры. Великий портретист Филипп Халсман — замечательное исключение из этого множества. Он обладал даром преображения. Легко переходил от одного вида съёмки к другому, от юмора к серьёзности, от реализма к сюрреализму. «Моя особенность, — гордо утверждал он, — разносторонность».

С начала 1949-х по 1970-е годы Филипп Халсман был одним из наиболее известных американских портретных фотографов, создавшим иконографическую галерею образов многих великих личностей середины ХХ столетия. С портретами Альберта Эйнштейна и Эдлая Стивенсона были выпущены почтовые марки, а Ричард Никсон избрал фотографию Халсмана в качестве своего официального портрета.

Филипп Халсман родился в Риге, в состоятельной еврейской семье. Его отец, Макс (Мордух) Халсман, был известным в городе дантистом, мать, Ита Гринтух, учительница. В школьные годы Филиппа интересовали иностранные языки: латынь, французский, немецкий, русский. Он окончил школу лучшим учеником класса.

Увлёкшись в старших классах фотографией, он тогда ещё и не помышлял о будущей профессии фотографа. В 1924 году Филипп уезжает в Германию и поступает на электротехнический факультет Дрезденского университета. Возможно, он так и стал бы инженером-электриком, если бы не трагический случай, произошедший в Австрийских Альпах в 1928 году во время его путешествия с отцом, когда Халсман-старший неожиданно оступился и упал в пропасть. Филиппу были предъявлены серьёзные обвинения в причастности к гибели отца.

В декабре этого года Тирольский суд признал Филиппа виновным в отцеубийстве и осудил его на десять лет тюремного заключения. О Филиппе заговорили как об «Австрийском Дрейфусе» — жертве зарождающегося национал-социалистического антисемитизма. Его адвокатам, вследствие отсутствия мотивов убийства и предвзятости судебного разбирательства удалось убедить Верховный суд Австрии отменить решение Тирольского суда и направить дело на повторное рассмотрение. На этот раз Филиппа признали виновным в неумышленном убийстве и снизили тюремный срок до четырёх лет. Судебные процессы привлекли внимание художественной и научной общественности, выступившей в защиту «Австрийского Дрейфуса». Протесты Альберта Эйнштейна, Томаса Манна, Зигмунда Фрейда возымели действие — президент Австрии Вильгельм Миклас в 1930 году помиловал Халсмана с условием, что он навсегда покинет Австрию. Так Филипп Халсман оказался в Париже.

Не имея законченного образования, он решает профессионально заняться фотографией, открыв в 1932 году в Париже фотостудию. К середине 1930-х годов Халсман становится известным не только как портретный фотограф, запечатлевший Марка Шагала, Андре Жида, Пола Валери, Андре Мальро, Шарля Ле Корбюзье, но и в сфере рекламы. Халсман получил свои первые контракты от журнала шляпной моды Voila и парижского Vogue.

Фото: api.interior.ru
Фото: api.interior.ru

С началом Второй мировой войны Халсман вынужден был покинуть Францию. При содействии Альберта Эйнштейна, знакомого ранее по съёмке, он получает визу США в категории видных учёных, художников, писателей и в ноябре 1940 года прибывает в Нью-Йорк. Наступает самый плодотворный период творчества Халсмана, отразивший его многогранные способности и богатое воображение. Он продолжает заниматься портретированием, достигнув общественного признания.

Наряду с совершенным владением камерой и лабораторной техникой Халсман обладал даром быстрого и лёгкого установления контакта со своим объектом. Увлёкшись разговором с фотографом, люди забывали о его камере, маска застенчивости спадала, и Халсман производил съёмку. Так, фотографируя Альберта Эйнштейна в 1947 году, они вели разговор об атомной бомбе. Эйнштейна беспокоила мысль о деструктивном использовании его теории. Камера Халсмана запечатлела это состояние учёного. Фотография сразу же получила признание и стала наиболее известным портретом великого физика. В 1966 году он был воспроизведён на марке США, а в 1999 году портрет был напечатан на обложке журнала Time, когда Альберта Эйнштейна назвали «Человеком столетия».

Халсман фотографировал Уинстона Черчилля и Джона Кеннеди, актрис Ингрид Бергман и Элизабет Тейлор, певицу Мариан Андерсен. Дважды он наведывался в Монтрё (Швейцария) для съёмки Владимира Набокова по заказу Saturday Evening Post. Известна фотография писателя в очках с отражением бабочек на стёклах, изображённых в книге, которую он читал. Побывал Халсман и в Советском Союзе, чтобы сфотографировать Константина Паустовского для первого издания в Америке его книги «Повесть о жизни». Позже фотография писателя с собакой получила воплощение в проекте памятника Паустовскому в Тарусе.

В 1941 году Халсман знакомится со знаменитым художником-сюрреалистом Сальвадором Дали. Их творческое сотрудничество продолжалось более тридцати лет. Халсман и Дали разделяли принципы сюрреалистического видения и оказывали взаимное влияние при создании фотографических композиций. Халсман писал: «… запечатлеть камерой неуловимую истину часто тщетный труд… запечатлеть изображение, существующее только в чьём-то воображении, часто захватывающая игра. Особенно я наслаждаюсь этой игрой с … Сальвадором Дали».

Творческое сотрудничество Халсмана и Дали — это непрерывное представление всё новых театрализованных мизансцен перед камерой. Каждый из художников вносил нечто своё в их постановку. Взять хотя бы знаменитые усы Дали: длинющие, тонкие, по-тараканьи топорщащиеся. Как только Халсман и Дали ни обыгрывали их! Здесь и висящий на усах медальон с изображением Маркса, Энгельса, Ленина, Сталина и Маленкова, и усы «сражающиеся», скрещенные словно шпаги, и усы, удвоенные зеркальным отражением. Хорошо выделяются усы на фотографии «Циклоп» (1954), изображающей деформированное лицо Дали с одним глазом, торчащим носом и неизменными усами. Тридцать шесть подобных фотографий, полных юмора, выдумки, озорства были опубликованы в книге «Dali’s Mustache» (1954, 1994).

При всём своём юморе Халсман всегда оставался глубоким исследователем духовности человека. Многие его работы многослойны, многозначны. На одной из таких фотографий «Дали и череп» (1951) дан портрет художника рядом с изображением черепа, символа смерти, смоделированного из живой плоти. Три часа потребовалось Халсману, чтобы воспроизвести композицию черепа из семи обнажённых моделей согласно эскизу Дали. Ещё больший интерес представляет фотография «Dali Atomicus» (1948), отражающая глубокие общественные проблемы своего времени. На снимке, снятом в духе эксцентричности самого Дали, показан художник в прыжке с выражением ужаса на лице, сжимающий в руке кисть, а на него брушивается поток воды с летящими кошками. Следом за Дали летит и его стул.

Эта фотография как бы продолжает тему «Leda Atomica» — живописного портрета жены Дали в образе Леды (супруги спартанского царя Тиндерея). Картина с изображением Леды видна на фотографии жены справа, позади летящих кошек. И живопись, и фотография отражают состояние взвешенности, беспокойства в мире, подобно движению электронов вокруг ядра атома. Сцена на снимке снималась в нью-йоркской студии Халсмана (Central Park West) на протяжении шести часов и повторялась 28 раз. И каждый раз ассистенты Халсмана бросали трёх кошек и лили воду из вёдер. А жена Халсмана, Ивонна, приподнимала стул. «Моё стремление к совершенству было достигнуто, — говорил Халсман, — мои ассистенты и я были мокрые, грязные, и вблизи всё было опустошено. Только кошки оставались как ни в чём не бывало».

Сюрреалист Дали предстаёт на снимках таким, каким он известен по своей живописи. Халсман писал о портретировании: «Величайшая награда фотографа — знать, что его фотография личности, то есть его интерпретация становится безусловной, а изображение великого человека, возможно, историческим. Поскольку фотографировать можно только визуальные вещи, фотография не отображает идеи. Именно поэтому позднее я стал больше интересоваться изучением возможности перевода абстрактных идей — непосредственно или через фотохитрости — в визуальные символы или идеограммы».

Фото: cameralabs.org
Фото: cameralabs.org

Отображением этой концепции портретирования стала книга «Philippe Halsman’s Jump Book» (1959). На протяжении шести лет Халсман сделал 178 портретов известных персон, снятых в прыжке, в позе, казалось бы, не соответствующей их положению. Он назвал эти фотографии своим хобби и шутливо утверждал, что они были исследованием в области «прыговедения». Фотограф представил прыгающих людей непринуждённо, без напряжённости, возникающей зачастую при традиционном портретировании. От предложения попрыгать во время съёмки отказались лишь три человека: пианист Ван Клиберн, теле- и радиожурналист Эдвард Марроу и 31-й президент Герберт Гувер.

Своё необычайное фотографирование людей в прыжке Халсман начал в 1952 году после окончания фотосессии семьи Форда, связанной с празднованием 50-летия автомобильной компании. Идея съёмки в прыжке не была неожиданной. Ещё в 1950 году ему удалось выразительно снять для телекомпании NBC комиков Берла Милтона, Реда Скелтона, «Гроучо» Маркса и дуэт Дина Мартина с Джерри Льюисом в динамичных прыжках. Сцены запали в памяти. Они вспоминились, когда Халсман после утомительной съёмки, расслабившись, неожиданно предложил миссис Элеоноре Форд сфотографироваться в прыжке. «На моих высоких каблуках?», — удивлённо спросила она. Элеонора подпрыгнула, предварительно сняв туфли. После чего её невестка, жена Генри Форда II тоже захотела сфотографироваться в прыжке.

Наибольшего успеха Халсман добился, когда ему удалось уговорить сняться в прыжке таких высокопоставленных персон, как Ричард Никсон, как герцог и герцогиня Виндзорские. Мэрилин Монро затея фотографирования в прыжке так увлекла, что она прыгала 200 раз, и прежде, чем покинуть студию, спросила у фотографа, не надо ли попрыгать ещё. Она готова была приехать по первому звонку даже в 4 часа утра. Вслед за Монро прыгали Одри Хепберн, Грейс Келли и даже отец атомной бомбы Роберт Оппенгеймер и многие другие артисты, писатели, политики и учёные. «Когда человек прыгает, его внимание в основном направлено на сам акт прыжка, маска спадает и появляется его истинное лицо», — объяснял свой замысел Халсман. О каждом из своих портретов Филипп Халсман говорил как о попытке «уловить сущность человеческой личности — её индивидуальность, душу, характер».

Замечательный талант Халсмана не остался без внимания современников. Он был избран первым президентом Американской Ассоциации журнальных фотографов (1945). Эта же Ассоциация в 1975 году присуждает ему награду «За достижения в фотографии». В 1951 году Халсмана приглашают в известное фотоагенство «Magnum Photos». В 1958 году по опросу 243 критиков, редакторов и профессиональных фотографов Филипп Халсман был назван в числе десяти величайших фотографов мира, наряду с Анри Картье-Брессоном, Альфредом Эйзенштадтом, Ричардом Аведоном и другими. Сам же фотограф своим высшим достижением считал свыше сотни фотографий, опубликованных на обложках Life (при том, что Халсман не был в штате журнала), — рекордное число, непревзойдённое и поныне. Он сделал также множество фотографий для таких журналов, как Look, Paris Match, Stern.

Фотография для Филиппа Халсмана была проявлением образного восприятия человека, ведущего своё начало от юношеского увлечения литературой. Он говорил: «В юности я в основном интересовался литературой и мечтал стать писателем. Писатели, которыми я восхищался, были, прежде всего, Толстой и Достоевский. Они оба очень мало интересовались стилем, и оба использовали язык не как художественный инструмент, а только как средство для выражения своих мыслей. Меня поразила их психологическая глубина, их честность и отсутствие искуственности. Этих качеств я пытался достичь в своих фотографиях».

Хотя творчество Филиппа Халсмана принадлежит американской культуре, не забыт он и на родине, в Латвии. В Риге, на доме, где он жил до 1929 года, сначала была установлена мемориальная доска, а в 2006 году, в честь столетия фотографа, напротив его дома был открыт памятник великому соотечественнику.

Американским памятником выдающемуся фотохудожнику Филиппу Халсману является обширное, оригинальное собрание портретов видных политиков, учёных, актёров, созданных им в середине ХХ столетия.

Лев ДОДИН

16a

Оцените пост

Одна звездаДве звездыТри звездыЧетыре звездыПять звёзд (голосовало: 3, средняя оценка: 4,67 из 5)
Загрузка...

Поделиться

Редакция сайта

Автор Редакция сайта

Все публикации этого автора

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *