Evreimir

Алекс Топаллер: «Смутно помню, как поднялись на сцену, и

«Мисс Юниверс» вручила нам «Золотой граммофон…»

13 ноября 2008 Алекс Топаллер получил премию «Грэмми» в категории «Лучший видеоклип года». Получил за сценарий и постановку.

Я позвонила Виктору Топаллеру и попросила его рассказать о славной победе сына. Но он мгновенно «отфутболил» меня к Алексу: «Зачем тебе мои рассказы? Если хочешь, говори с самим режиссером!»

Я так и сделала.

– Для начала хочу тебя от души поздравить с победой. Счастлив?

– Спасибо. Я, по правде говоря, до сих пор не очень соображаю, что стал обладателем «Золотого граммофона»… Мы ведь ехали в Хьюстон на эту грандиозную церемонию просто потусоваться среди знаменитостей. То, что наш клип был номинирован в числе пяти лучших, уже было большой радостью и неожиданностью. И мы предвкушали, как отныне сможем говорить: «Aggressive» – номинант «Грэмми»! И тут такое… Мы не ожидали.

– Что такое «Aggressive»?

– Так называется компания, которую мы создали с моим другом и партнером Даном Шапиро. Так что «Aggressive» – это он и я.

– И эта компания занимается производством видеоклипов?

– Не только. Мы еще делаем рекламу.

– Кто в числе заказчиков?

– Ну их немало… Например, мы делали рекламные ролики для фирмы Adidas, для Coca Cola, Verizon, AT&T, Subway, Cache, Kyocera, для Центра Мухаммеда Али, Кристины Агулеры… Хотя зачастую работа над рекламой – это менее творческий процесс. Но захватывает в силу того, что это игра как бы в «высшей лиге»: там, где замешаны большие деньги и корпоративные интересы, правила игры всегда более жесткие, более крутые. А это интересно.

– Вернемся к «Грэмми». Что значит «Грэмми-латино»? Ты ведь получил именно эту премию?

– Абсолютно верно. Дело в том, что премия «Золотой граммофон» с недавних пор разделилась на две – английскую и латино.

– Латино менее престижная, чем английская?

– Сложно сказать… Для кого-то, наверное, да. Но для таких суперзвезд американского шоу-бизнесса, как Глория Эстефан или Сантана, вряд ли. Кстати сказать, они тоже были на этом грандиозном празднике в Хьюстоне, где проходило вручение. И голливудского народа было немало, например, Энди Гарсиа… Вообще все было очень красиво и торжественно… Пришлось костюмы одевать. И галстуки!

– Не любишь костюмы?

– Не очень…

– Но, судя по фотографии, тебе идет.

– Мама тоже так считает.

– А папа?

– Папа сам не очень любит костюмы надевать. По-моему, делает это только в случае крайней необходимости.

– Вы с ним во всем похожи?

– Ну… Во многом, но не во всем.

– В чем главное отличие?

– Он жестче меня… А еще у него маниакальная любовь к порядку, которой у меня нет и в помине. Все должно лежать на местах, дела сделаны вовремя… Кошмар.

– Как он отнесся к твоей премии?

– По-моему, тоже несколько обалдел… Дело было так. Категория «Лучший видеоклип года» шла под номером три. Мы даже не успели испугаться… Только устроились в креслах, начали рассматривать зал, нарядную публику, дам в вечерних платьях (кстати, огромное число красивых женщин!), как вдруг услышали свои имена! Дальше – ничего не помню. Мы стали кричать, обниматься… Мы, естественно, не готовили никакой речи… Смутно помню, как поднялись на сцену, и «Мисс Юниверс» вручила нам «Золотой граммофон». Мы что-то говорили по-английски… Что-то бестолковое и не очень связное.

Я тут же послал папе «эсэмэску»: «Мы победили!» Как потом выяснилось, он в это время находился в студии, как раз был перерыв в съемке, и он тут же позвонил мне. Я его сразу даже не узнал, настолько голос был другим… Не помню, что он сказал мне. Потом позвонила мама, моя девушка, продюсер. Телефоны не смолкали…

– Что было потом?

– Нас потащили по каким-то комнатам, где на нас набрасывались журналисты, мы фотографировались с президентом музыкальной Академии и так далее…

– Родители, конечно, горды и счастливы…

– От папы дождаться слов одобрения не особенно легко, но здесь не тот случай… Я очень рад реакции родителей и их друзей. На следующий день после моего возвращения из Хьюстона они собрались у нас дома, и мы как следует гульнули. Особенно я благодарен ближайшему другу родителей, прекрасному писателю Георгию Вайнеру, который, несмотря на не очень хорошее самочувствие, приехал меня поздравить.

– А автор песни и ее исполнитель вас поздравил?

– Да, конечно… Хуанес сказал после церемонии в Хьюстоне: «Сегодня, спустя больше чем год после того как клип был снят, я считаю, что это один из самых лучших и оригинальных клипов. Концепция его была просто отличной для этой песни». Вообще надо сказать, что Хуанес на данный момент, самый известный и популярный певец на испанском языке. Достаточно сказать, что на этой «Грэмми» он собрал целых пять «граммофонов»: за лучшую песню, лучший диск, лучшую запись и так далее… А сама песня «Me Enamora», на которую мы клип сделали, была номером «один» в латинском хит-параде в течение 25 недель.

– Насколько я знаю, начинали вы с Дэном со спецэффектов для других режиссеров?

– Совершенно верно. Все начиналось с компьютерной графики, трехмерной анимации и спецэффектов. Эта была отличная школа. Мы делали спецэффекты для Eminem, The Roots, The Hives, Sugar Cult… И теперь, когда мы уже сами пишем сценарии и снимаем клипы, все равно спецэффекты никому другому не доверяем.

– С кем из звeзд, кроме Хуанеса, вы работали уже как сценаристы и режиссеры?

– Ну, например, мы делали клипы для Bloc Party, The Click Five, Megadeth, Killswitch Engage, Black Label Society, Hoobastank, Kerli, Lil’ Rob…

– Я видела некоторые из этих клипов… Все очень разные, но их объединяет одно: каждый – маленький спектакль, со своей завязкой, кульминацией, развязкой. Все по законам драматургии…

– Тут «алаверды» к папе… Он профессиональный режиссер и многому меня научил.

– Советуешься?

– Конечно. Грех не использовать его знания… Иногда спорим и ругаемся до хрипоты.

– Как тебе удалось сохранить блестящий русский язык, да еще «ма-а-а-сковскую» речь?

– Вот тут в основном мамина заслуга… Мы говорим дома по-русски. Родители всегда утверждали: «Иврит ты будешь знать отлично, английский и французский – тоже. А вот хороший русский сохранить обязан». Думаю, они были правы.

– Иврит и английский – понимаю. А причем тут французский?

– Мы два года жили в Брюсселе, где папа работал по контракту, я ходил там в еврейскую школу, где все преподавание было на французском. А родился я в Москве. «Творческий путь» начался именно там: в четыре года я нарисовал гуашью Бабу Ягу, которую сам жутко боялся… Мне было 8 лет, когда родители увезли меня в Израиль. Учился в израильской школе, затем в Бельгии, потом снова в Израиле, в Раанане. В 2001 переехали в Америку…

– Что ты читаешь-слушаешь-смотришь?

– Сейчас читаю Бабеля и израильского писателя Меира Шалева «Эсав». Недавно прочел двухтомник Цвейга… Я вообще перечитал всю родительскую библиотеку. Булгаков, Гашек, Зощенко, Володин, Вампилов, Стругацкие, Платонов… Можно долго перечислять. Естественно, читаю по-русски, хотя на иврите говорю и читаю свободно – это мой второй язык. Иногда мне даже кажется, что первый… Люблю кино, смотрю все, что выходит на экраны.

– Кто твои друзья?

– У меня много друзей. Некоторые из них – выходцы из России. Раз в году обязательно бываю в Израиле: езжу повидаться со своими школьными приятелями. Да и моя девушка – израильтянка, сабра, сейчас живет в Финляндии, где заканчивает учебу.

– Какие планы на дальнейшую жизнь?

– Идем дальше. Уже с «граммофоном». Работаем над новыми идеями для клипов и претендуем на пару классных рекламных роликов. Только что заключили контракт с крупной компанией в Нью-Йорке…

– Теперь, давай, небольшой блиц… Что вдохновляет тебя в жизни?

– Природа, люди, искусство, музыка, литература, путешествия…

– Чьи мысли ты хотел бы прочитать?

– Заманчиво, конечно… Но, наверное, ничьи. Даже страшно себе представить, что бы мы узнали о людях, если бы были такие возможности.

– Какая картина произвела на тебя самое большое впечатление?

– «Охотники на снегу» Брейгеля.

– Куда бы хотел отправиться на «машине времени»?

– Вперед! Очень было бы интересно посмотреть, что будет происходить через 20-30 лет. Хотя, если повезет, то смогу это и так увидеть.

Оцените пост

(голосовало: 1, средняя оценка: 5,00 из 5)

Загрузка...

Поделиться