Ходорковский и другие

Я искренне сожалею, что возраст и здоровье не дают мне возможности воспользоваться приглашением Мэрион и Эли Визелей и присутствовать на ланче, который они дают в защиту Ходорковского.

Я благодарю их за приглашение, но еще больше благодарна им и их помощникам за организацию этой встречи.

Я считаю эту встречу очень важным и значимым проявлением озабоченности не только американской, но, возможно, и мировой общественности судьбой всех фигурантов так называемого “дела ЮКОСа” — не только судьбой Михаила Ходорковского и Платона Лебедева, которых сейчас судят в Москве.

В этом деле мы не имеем права никого забывать. Поэтому сегодня я хочу, кроме этих двух достойных нашего глубокого уважения людей, напомнить вам еще два имени тех, кто нуждается в вашей срочной защите. Это — ожидающий суда тяжело больной Алексанян. И это Алексей Пичугин, приговоренный к пожизненному заключению и уже отбывший 7 лет в тяжелейших условиях российских лагерей.

Я внимательно, не пропустив ни одного, читала все репортажи Веры Васильевой из зала суда над Пичугиным. Точно так же я читала все репортажи Веры Челищевой о первом суде над Ходорковским и Лебедевым и репортажи с проходящего сейчас второго процесса.

Во всех этих процессах любому непредвзятому читателю репортажей видно, что судья не выполняет главного требования к любому судебному процессу — равноправия сторон обвинения и защиты — и отдает предпочтение прокурорам, ущемляя права адвокатов.

А о самом обвинении я могу только повторить слова Жака Костюшко-Моризе, бывшего главы комитета директоров ЮКОСа по аудиту: “Это обвинение для меня бред, бред сивой кобылы”.

По количеству лживых утверждений обвинительное заключение достойно сравнения с самым высоким зданием в мире — “Бурж Халифа” или “Бурж Дубай” (Дубайская башня). В нем 160 этажей. Но столько же этажей лжи, нестыковок, подставных и запуганных свидетелей выявило судебное слушание. Так что это обвинение вполне достойно называться “башней лжи” и так же, как башня в Дубаи, быть занесенным в Книгу рекордов Гиннесса.

Дело ЮКОСа стало известно во всем мире своей финансовой грандиозностью. Это как бы горная вершина, которая видна издалека. При этом много, хотя и безадресно, говорится о тех, кто украл миллиарды. И всем ясно, что украли не те, кого судят.

Но в стране прошло много столь же неправедных судов. Следствие, прокуроры и судьи отправили на многие годы за решетку ученых Игоря Сутягина, Валентина Данилова, Игоря Ре-

шетина, Ивана Петь-кова, Сергея Визира, Михаила Иванова, Александра Рожкина фактически за их общение с иностранцами.

Неправедно осуждены многие мелкие и средние бизнесмены, а их собственность непонятным путем отошла в руки людей, которым покровительствует власть. Пример тому — дело Петра Винса, основателя премии имени Андрея Сахарова за журналистику как поступок. Бизнес его ушел в руки тех, кто возбуждал против него уголовное дело. А сам он не оказался после суда в заключении только потому, что успел выехать в США, гражданином которых он является.

Только что на суде по делу о выставке “Запретное искусство-2006”, прошедшей в Музее Сахарова, прокурор при явной поддержке православных иерархов потребовал для обвиняемых Ерофеева и Самодурова три года заключения в колонии. Обвинение основывается на показаниях лжесвидетелей, религиозные чувства которых были якобы оскорблены, хотя большинство из них экспонатов выставки сами не видели, а также на заключениях абсолютно некомпетентных экспертов. Это происходит в стране, где конституционно церковь отделена от государства.

Одновременно в различных кругах, не всегда близких мировоззрению и мироощущению Сахарова, возникает идея памятника ему. То она пришла из Академии наук – о памятнике в Москве. То один из членов законодательного собрания Кировской области решил воздвигнуть памятник Сахарову в своем родном городе. А реальным памятником Сахарову, если суд удовлетворит требование прокурора, будут три года лагеря Самодурову, неустанным личным трудом которого и возглавляемого им коллектива сотрудников были созданы в Москве музей и архив Сахарова.

В России ускоренным темпом идет не модернизация, а процесс разрушения независимого суда. Суда как важнейшего государственного института, призванного не только наказывать за нарушение закона, но создавать и поддерживать климат доверия между властью и обществом. Доверие полностью разрушено, что неминуемо ведет к разрушению самого государства. Говорить о сроках бессмысленно. Как мы знаем из прошлого — иногда исторический прогресс идет чрезвычайно медленно. Иногда он внезапен, как падение Берлинской стены.

Но я уверена, что объявленная администрацией США “перезагрузка”, которая фактически исключила из своей программы отношений с Россией права человека и, в частности, суд как важнейшую составляющую их защиты, не способствует демократическому развитию России.

Много лет назад в своей Нобелевской лекции Сахаров сказал: “Мир, прогресс, права человека — эти три цели неразрывно связаны, нельзя достигнуть какой-либо одной из них, пренебрегая другими”. Эти слова сегодня так же справедливы, как и тридцать пять лет назад.

Опубликовал: Елена БОННЭР

Оцените пост

Одна звездаДве звездыТри звездыЧетыре звездыПять звёзд (ещё не оценено)
Загрузка...

Поделиться

Автор Редакция сайта

Все публикации этого автора

1 комментарий к “Ходорковский и другие

  1. То, что политика — не самое чистое дело, знают все. Дело не в политике, а в политиках, в людях, которые этим делом занимаются. У человека должны быть принципы, должна быть \»красная черта\»… Сегодняшняя администрация США — беспринципная и продажная мразь. поставить на место оборзевших российских руководителейможно за пять минут: все их капиталы хранятся вне России. Мразь это знает и ничего не делает. Потому что кормится из того же корыта…

Обсуждение закрыто.