Улисс С. Грант. О национальном Мемориале генералу и президенту, а также о приказе №11 об изгнании евреев из Теннесси

Clip2Net Menu_220105185127fffffff

Мемориал президенту Улиссу Гранту в Гарлеме, Нью-Йорк так никогда и незавершенный. Фото: untappedcities.com

Ещё в начале прошлого столетия New York Times утвердительно заявляла, что в городе нет такого жителя, который хотя бы раз в жизни не побывал в Чайнатауне и у монумента генералу Гранту. Так что можно считать, что мы отправляемся сюда, чтобы не нарушать традицию. Ведь в Чайнатауне многие бывали уже неоднократно. А вот попасть к мемориалу, хоть и далековато, но всё-таки любопытно. Он находится в Гарлеме фактически на берегу Гудзона в Риверсайд-парке. Главный ориентир — недостроенный Кафедральный собор Иоанна Богослова, расположенный неподалёку. Именно здесь и нашёл свой последний приют Улисс. С. Грант. Ещё 39-й год своей жизни он встретит полным неудачником и утвердившимся алкоголиком. А затем подхваченный вихрями Гражданской войны через четыре года станет не только её героем, но и заслуженным генералом. Это были его «звёздные годы». Затем пробежит два, не совсем удачных президентских срока, приуменьшившие его былую славу. И к завершению жизни всё снова возвращается «на круги своя», и он опять становится банкротом. Оценки его жизни и деятельности, на протяжении столетий менялись неоднократно: от восторженного до презрительного. Ему была уготована совершенно удивительная судьба: от искромётных взлётов до оглушительных поражений. Надеюсь, что и вам будет интересно разобраться в её изгибах и перипетиях.

Семья Грантов, имеющая шотландские корни, впервые ступила на американскую землю в 1630 г. в Бостоне. Последующие поколения постепенно перемещались на запад, и в конце концов оказались в Огайо. Там, в городке Пойнт-Плезант 27 апреля 1822 г., в семье коммерсанта Джесси Р. Гранта и Ханны Симпсон и родился наш герой. Не сумев прийти к согласию о том, как назвать первенца, «молодые» отправились к своим родителям и тёткам, где каждый записал предлагаемое им имя ребёнка на бумажке. А затем бросили жребий. Вытянули записку с именем Улисс. Но тут вмешался дедушка и несмотря ни на что стал настаивать на том, чтобы ребёнка всё же назвали Хирам — именем библейского короля. В конечном итоге, ребёнку дали два имени, и он стал Хирам Улисс Грант. Однако, приключения на этом не закончились. Когда он 17 лет спустя благодаря ходатайству депутата Конгресса Томаса Л. Хеймера был зачислен в военную академию Вест-Пойнта выяснилось, что тот в представлении написал его имя с ошибкой, как Улисс С. Грант. И изменить это было уже невозможно. Поэтому, до конца своей жизни, Грант будет писать своё имя либо в таком виде, либо как Улисс Симптон Грант, заменив букву «С» на девичью фамилии матери — Симптон. (Так много лет спустя и президент Гарри С. Трумэн, эту свою букву «С» будет пытаться объяснить именем своего деда).

The Grant Birthplace in Point Pleasant, Ohiо. Фото: wikiwand.com
The Grant Birthplace in Point Pleasant, Ohiо.
Фото: wikiwand.com

Через год семья переедет в Джорджтаун, штат Огайо, где его отец откроет небольшой кожевенный завод. Этот беспрерывный процесс: забой скота, пропитка кож щёлоком, обработка кислотой и просушка, с несмолкаемым рёвом животных, ужасным запахом и грязью сопровождал всё его детство и надолго отвратил его от семейного бизнеса. Главной отдушиной для Улисса стала работа на их ферме. Оттуда его сохранившаяся на всю жизнь страсть к лошадям. Зная это, уже с семи лет отец поручал ему работы по уходу за ними, перевозки и пахоту. Немногословный и малообщительный, только в обращении с ними находил он душевный покой и готов был проводить время на ферме до глубокой ночи.

Однажды с ним приключилась такая история. У их соседа был красивый жеребёнок, очень нравившийся мальчику. Он долго уговаривал отца приобрести его. Наконец, тот согласился и рассказал ему, как следует торговаться. Когда тот приехал к соседу, то сразу выложил ему: «Папа говорит, что я должен предложить тебе за жеребёнка двадцать долларов, но если ты не возьмешь их — предложить двадцать два с половиной, и если ты не согласишься, то дать двадцать пять». Естественно, что тот взял с него сразу 25. Вот это его простодушие и полное отсутствие коммерческой жилки, вызывавшие насмешки деревенских мальчишек, будет сопровождать его всю жизнь. Когда много лет спустя, Грант будет обсуждать условия капитуляции с предводителем южан — генералом Ли, тот попросит оставить его солдатам лошадей. К всеобщему изумлению, Грант согласится. Здесь не было расчёта. Просто своей крестьянской душой он прекрасно понимал, как человек может быть привязан к своей лошади, и как необходима она ему в домашнем хозяйстве.

Улисс Грант. Фото: www.battlefields.org
Улисс Грант. Фото: www.battlefields.org

А в те далёкие времена, когда он ещё работал на ферме, часть дня Улисс должен был отдавать учёбе в школе. Вот это ему не доставляло никакого удовольствия. Хотя он и сменил несколько школ, но везде было одно и тоже: переполненные классы по 40 человек, малограмотные учителя, которые в случае малейшей провинности наказывали и секли детей. Как признавал сам Грант: в школе он освоил только основы арифметики. (И в этом простодушно признавался уже не мальчик, а человек, ставший президентом огромной страны). Правда, его отец прекрасно понимал, что какое-то образование он всё же должен дать своим детям. Но денег на колледж не было, и потому наилучшим вариантом для мальчика была бесплатная учёба в военной академии. Где дальнейшая служба в армии являлась своеобразной платой за обучение. Так он оказывается в Вест-Пойнте. Поскольку его предварительное образование было ограниченным, то надежда на то, что он станет здесь успевающим курсантом, была невелика. Да и особого желания учиться у него не было. Как и многие выпускники, он планировал уволиться из армии сразу после отбытия сроков службы. Однако, его навыки владения лошадьми не имели себе равных, и он поражал всех своими способностями к верховой езде. Казалось, Улисс наверняка мог претендовать на желанное место в армейской кавалерии — элите армии. Но он был направлен в пехоту, согласно его 21 позиции по успеваемости из 39 выпускников (Его будущий главный соперник — генерал Ли завершил Вест-Пойнт на второй позиции в своём выпуске, и сам выбрал службу в инженерных войсках). В 1843 г. Грант получил патент (в чине второго лейтенанта) и направление на службу в 4-й пехотный полк. В Сент-Луисе он встретился с Фредериком Дентом, своим коллегой и соседом по комнате в Вест-Пойнте. Вскоре Грант начал ухаживать за Джулией Дент, сестрой Фреда, и в 1844 г. она приняла предложение руки и сердца Улисса. Но, прежде чем они смогли пожениться, Улисс отправился на войну с Мексикой. В 1845 г. Техас присоединился к США, чего мексиканцы не захотели признать. И тогда 13 мая 1846 г. была объявлена война, в которой Мексика победить не могла, поскольку военно-промышленный потенциал США был неизмеримо выше. Тем не менее, на мексиканской территории американцы встретились с яростным сопротивлением, фактически с партизанскими действиями. Так Улисс Грант приобрел опыт войны с теми, кто сражается насмерть.

Битва за форт Генри. Battle of Fort Henry. Фото: en.wikipedia.org
Битва за форт Генри. Battle of Fort Henry.
Фото: en.wikipedia.org

В итоге войска США вошли в Калифорнию и северную часть Мексики, в том числе Техас. Грант начал войну квартирмейстером, но затем ему было поручено командовать ротой, и он был отмечен военным руководством как способный офицер, но не более того. В 1848 г. Улисс всё же женился на Джулии Дент. Её семья была весьма зажиточной. Они были рабовладельцами и имели свои плантации. Естественно, что будущие родственники не были в восторге от перспективы неравного брака. Но он вернулся с войны, окруженный ореолом боевого офицера, и это смягчило их позиции. Так для Юлии началась тяжёлая жизнь «офицерской жены» с беспрерывными скитаниями по гарнизонам. Сначала полк дислоцировался на озере Онтарио, потом в Детройте, а затем Гранта перевели в Калифорнию. Принято считать, что отсюда и начинаются его главные проблемы. Он должен был переехать на другой конец страны, но без жены и двух сыновей. Не только потому, что тогда не было железных дорог, а путешествие в три тысячи миль в неповоротливых фургонах было утомительно и опасно. У него, боевого офицера, не было средств, чтобы их перевезти, устроить и содержать. Он начинает комплексовать и пить. Решает бросить службу. Ему присваивают чин капитана, но он не видит никаких перспектив. Депрессия и алкоголь накрывают его. Летом 1854 г. он покидает службу. Его жене принадлежал небольшой участок земли, и Грант построил на нем бревенчатый домик и начал засевать участок, заготавливать дрова, держать лошадей и коров. Короче: работать от восхода до заката. Но земля была очень бедной, и у него ничего не получалось. Но они были счастливы, пока климат не вызвал у Улисса лихорадку и не заставил оставить деревенскую жизнь и вернуться в Сент-Луис. Он пробует там продавать дома, планировать улицы, работать на таможне, но ничего не получается. Возможно, ему не везло из-за того, что он был излишне доверчив и непрактичен. Улисс вложил деньги в предприятие по продаже льда, доставляемого из Арктики, но лёд растаял в пути. Картофель и лук, посаженные в надежде на определённый доход, сгнили в земле. Его участие в предприятии по продаже товаров для армии, завершилось после того как он (по наивности) принял ложную долговую расписку, когда партнер выходил из бизнеса.

«Миротворцы» — адмирал Дэвид Портер, генерал Улисс Грант, президент Линкольн и генерал Уильям Шерман. Фото: www.wallpaperflare.com
«Миротворцы» — адмирал Дэвид Портер, генерал Улисс
Грант, президент Линкольн и генерал Уильям Шерман.
Фото: www.wallpaperflare.com

Естественно, он продолжает пить. В 1860 г. с семьей переезжает в Иллинойс и вступает в кожевенное дело, затеянное отцом. Теперь им управляли его братья, и он оказался фактически в положении служащего — приказчика, а чаще всего продавца. Получалось так, что у него ничего не было. Ферма принадлежала родителям жены, кожевенным производством заправляли братья. А кто же он сам? Полный неудачник, замечающий, как знакомые шепчутся вслед его жене: «Бедная, бедная Юля». Ему 39 лет, и кажется, что жизнь прошла, и кроме бутылки, чтобы уйти от этих мыслей ему ничего не осталось. Но в 1861 г. начинается Гражданская война. Грант попытался вернуться в армию, однако репутация пьяницы и неудачника, уже твёрдо закрепилась за ним. И тогда он по собственной инициативе собирает волонтёрский отряд и готовит его. Затем добивается поручения губернатора штата Иллинойс, и в течение двух месяцев комплектует ещё 21 подразделение. В конечном итоге, он был назначен командиром одного из них. Этим подразделением никто не брался командовать: его солдатам оставалось служить около месяца, и они были уже практически неуправляемы. Но Гранд понравился им, и они остались. Вскоре он стал командиром всех волонтёрских войск, сосредоточенных в северной Миссурийской области, а 23 августа был назначен бригадным генералом волонтёров. В ходе Гражданской войны произошло около 2 тыс. мелких и крупных сражений, и у нас нет возможности рассказать здесь даже о самых важных из них. Но, на тех которые определили судьбу Гранта, попробуем остановиться. Конечно, вначале никаких серьёзных дел ему не поручали, но в нескольких небольших операциях он проявил себя знающим офицером. И вот в декабре 1861 г. он просит у командующего Миссурийским округом Хэллека разрешения атаковать форты южан в междуречье Теннесси и Камберленда, служившие заслоном проникновению северян в Теннесси. Чтобы не нарваться на отказ, он подключает к своим планам коммодора Эндрю Фута, командующего эскадрой в верхнем течении Миссисипи. И 2 февраля 1862 г., погрузив на суда 17 тыс. человек, Грант на семи канонерках Фута незаметно высаживается в 8 милях выше форта Генри, и под прикрытием корабельных орудий уже 6 февраля атакует и захватывает его. Но комендант форта Л. Тилгмэн сумел организовать отход основных сил в соседний форт Донелсон и только после этого, фактически украв у него победу, сдался Гранту. А тот, предполагая, что командующий Хэллек может запретить ему предпринять опасную атаку на превосходно защищённый Донелсон, отправляет ему телеграмму: «Я возьму форт Донелсон 8-го числа, после чего вернусь в Генри» и «вырубает» телефонную связь. Из-за сильных ливней Грант при помощи тех же канонерок сумел начать осаду форта лишь 14-го, а утром 15-го едва отбился от контратаки южан, захвативших 300 пленных. Подчиненные уговаривали Гранта отвести войска и «обдумать ситуацию». Но он решил допросить пленных и осмотреть их вещмешки. Выяснив, что они набиты сухарями и кусками бекона (выданных для длительного марша), он понял, что в форте морально готовы спасаться бегством. И он разворачивает свои полки и осуществляет атаки до глубокой ночи. Обороной форта командовал Дж. Флойд (ранее он был министром обороны у северян, и, сбежав на Юг, «захватил» с собой массу винтовок и орудий), уверенный в том, что при захвате порта его казнят как преступника. Он бежит, а его место занимает генерал Букнер — бывший сослуживец Гранта, который при увольнении снабдил того деньгами на проезд. Он надеется договориться о приемлемых условиях сдачи форта. Но Грант отправляет ему послание: «Не может быть принято никаких условий, кроме безоговорочной и немедленной капитуляции. Я намерен безотлагательно атаковать Ваши укрепления». Удрученному такой «неблагодарностью» Букнеру ничего не оставалось, как ответить, что обстоятельства принуждают его «принять те неблагородные не рыцарские условия, которые Вы предложили». Так родился термин «безоговорочная капитуляция», который был возрожден в годы Второй мировой войны, и использовался с тех пор солдатами, при упоминании имени Гранта.

Битва яростных в Глуши. Фото: ru.wikipedia.org/wiki
Битва яростных в Глуши. Фото: ru.wikipedia.org/wiki

В тот же день, 16 февраля, состоялась церемония сдачи гарнизона Донелсона. Северяне зафиксировали около 13500 пленных, цифра по тем временам неслыханная (численность всей федеральной армии в начале войны составляла 16367 чел.) Рассказывают, что Грант в момент, когда южане во главе с его давним кредитором вышли из форта и стали складывать оружие к ногам победителей, подошел к Букнеру и протянул ему кошелек с занятой когда-то суммой. Американский историк Дж. Роупс писал: «Воздействие взятия форта Генри на население всей страны — как Севера, так и Юга — было поразительным. Это свершилось столь внезапно и столь неожиданно, что дух северян поднялся сверх всех пределов, южане же, соответственно впали в депрессию». Именно в эти дни Грант стал кумиром Севера и грозой Юга. А после того как в июле 1863 г. Грант после долгой осады принудил к сдаче Виксберг, а в ноябре 1863 г. разбил конфедератов в битве при Чаттануге, молодой генерал стал для северян национальным героем. За три года войны Линкольн перепробовал на посту главнокомандующего многих офицеров. Но никто не оправдал его ожиданий. К началу 1864 г. у Гранта был наилучший послужной список. И чем лучше он становился, тем больше появлялось у него врагов и недоброжелателей, требовавших его замены. В качестве предлога приводилась и его страсть к выпивке. Президент Линкольн даже оставил шутливое воспоминание по этому поводу: «Однажды пришла делегация, возглавляемая доктором богословия. Я очень серьёзно спросил: «Доктор, не можете ли Вы мне сказать, где Грант достаёт напитки? Он был озадачен, но ответил, что не может сказать. А я ему говорю: «Очень жаль. А то я уже хотел дать указание главному квартирмейстеру армии сделать запас этих напитков, чтобы снабдить ими некоторых других моих генералов, не добившихся до сих пор ни одной победы». Так завязывались заочные взаимоотношения этих людей.

А воспоминания об их первой встрече стали уже хрестоматийными. Дело в том, что в декабре 1863 г. Конгресс постановил выбить золотую медаль в честь Гранта и объявил ему и его армии благодарность. Неудивительно, что после этого в первых числах марта 1864 г. президент решил назначить его главнокомандующим всех армий Севера и пригласил на встречу в Вашингтон. В зале, где она планировалась, собралось много народа, которые поначалу даже не обратили внимания на вошедшего генерала, одетого в солдатскую форму и в грязных сапогах. Но Линкольн сразу узнал его, и, нарушив протокол, пошёл навстречу со словами: «А вот и генерал Грант! Как я рад»! Гости сразу плотно окружили их, желая из-за голов рассмотреть знаменитого генерала. И тогда Грант, к всеобщему изумлению, облокотившись на плечо президента, запрыгнул на диван со словами: «Что, меня не видно? Так вот он я!» Совершенно невозможно представить, чтобы кто-либо из находящихся в этом зале гражданских или военных, мог бы позволить себе такой поступок.

Но Линкольн уже сделал свой выбор, и Грант доказал его правомерность, став одним из лучших полководцев всех времён. В дополнение к военной доблести он также стал известен способностью максимально использовать имеющиеся в наличии средства. Это и привлекло внимание президента Авраама Линкольна, который приходил в отчаяние от генералов Уинфилда Скотта, Джорджа Макклеллана или Генри Халлека, которые постоянно жаловались на недостаток войск, запасов или времени. Грант не жаловался — он просто делал свою работу. Главные его достижения — это полное изменение тактики и стратегии войны. Если ранее все усилия были направлены на то, чтобы завоёвывать наиболее важные города (для приобретения влияния над штатами), то теперь Грант ставил перед армией иную задачу: не завоевание территорий, а полное уничтожение армии южан. В академии Вест-Пойнта (а большинство офицеров с обеих сторон были её выпускниками) их учили наступать колоннами с сомкнутыми рядами. Но в войне с южанами приходилось воевать в лесах, болотах, на берегах бурных рек, или разбухших после дождя дорогах. Там уже невозможно было встречать врага в полный рост, как на равнинах. Потому возникли сети траншей, окопов, блиндажей и землянок. Это была уже совсем другая наука боя, которую очень быстро освоил Грант, хотя эта учёба стоила огромных жертв. Так в июне 1864 г., уже будучи прославленным генералом, он совершил тяжёлую ошибку, за которую долго себя корил. Грант отдал приказ совершить атаку на городок Колд Харбор, не приняв во внимание, что его армия опоздала к полю боя, а южане уже успели окопаться. В этом бою он потерял 12 000 человек, ничего практически не добившись. После этого случая Грант уже никогда не бросал свои войска в лобовую атаку на окопавшегося противника. (Заносчивые европейцы не захотели поначалу перенимать его драгоценный опыт во время Первой мировой войны: французские войска отказывались рыть окопы, что приводило к прорыву их позиций немцами, а сами немцы в начале войны атаковали густой линией плечом к плечу, из-за чего несли огромные потери от огня французских винтовок).

Знамя армии южан — символ конфедератов. Фото: valerongrach.livejournal.com
Знамя армии южан — символ конфедератов.
Фото: valerongrach.livejournal.com

С серьёзными проблемами столкнулся Грант в мае 1864, когда его 118-тысячная армия вошла в лесной массив Глушь, где встретила 60-тысячную армию южан. Трудности с обзором, густой кустарник, неровная местность, отсутствие дорог и сложность контактов между подразделениями, делали продвижение вперёд проблематичным. Как и возможность манёвра. Это было хуже поражения — это был тупик. Ему советовали «остановиться — оглянуться». Но он принимает решение атаковать противника на местности, где обороняться значительно удобней, чем наступать. Грант несёт тяжелые потери (18 тыс. человек против 8 тыс. южан), но продолжает наступление, тем самым поставив армию Юга на грань поражения. Линкольн ждёт донесений о сражении, но их нет. Наконец является репортер «Нью-Йорк Трибюн» с сообщением: «Грант велел передать вам, господин президент, что пути назад не будет». Линкольн с облегчением вздыхает. Наконец, республика получила генерала способного бороться до конца. Взволнованный, он обнимает и целует репортёра. И действительно сражение в лесной Глуши стало первым боем на территории Вирджинии, после которого армия США уже ни разу не отступила обратно на север. Наоборот, Грант двинулся дальше, несмотря на потери и предпринял попытку занять Спотсильвейни, чтобы отрезать Северовирджинскую армию от Ричмонда.

В течение первых четырех дней он непрерывно вел наступление, не считаясь с количеством пролитой его солдатами крови. Эти постоянно повторяющиеся атаки, когда северяне шли в бой по телам павших перед ними товарищей, принесли Гранту славу «мясника». К 13 мая он потерял еще 18 тысяч человек, но так и не сумел сломить оборону конфедератов. Однако это не смущало его — свою главную задачу он видел в уничтожении живой силы Конфедерации, и потеря южанами 13 тысяч солдат для него была важнее собственных потерь, так как людские ресурсы Севера значительно превосходили численность населения Юга. Северяне проводили принудительную мобилизацию (уклонение каралось законом). Затем ввели закон о гомстедах: бесплатных участках земли под ферму на свободных землях, которые через 5 лет обработки отдавались в собственность при условии лояльности северным штатам. Естественно, что после принятия этого закона в армию северян хлынули толпы «оборванцев». Когда и этого оказалось мало, в Европе были открыты иммиграционные миссии. Этот хлынувший поток людей, прибывших в страну с одной целью — разбогатеть, получал винтовки, и, отправляясь фронт, превращался фактически в «пушечное мясо». И потому, даже если южане побеждали в сражениях, они не имели возможности восполнить свои потери, в то время как перед ними вырастали новые и новые полки. Это был бой с гидрой, у которой постоянно отрастали головы.

Генерал Ли: «Мне не остается ничего, кроме как встретиться с генералом Грантом, хотя лучше б мне умереть тысячью смертей». Фото: www.southernpartisan.com
Генерал Ли: «Мне не остается ничего, кроме как встретиться
с генералом Грантом, хотя лучше б мне умереть тысячью
смертей». Фото: www.southernpartisan.com

Используя это, Грант не давал ни минуты передышки, не позволяя южанам доукомплектоваться, перебросить полки или передохнуть. А применение тактики «выжженной земли» лишало возможности пополнить продовольственные запасы. После того как летом 1864 г. федеральная армия генерала Улисса Гранта перешла реку Джемс в Вирджинии, стало ясно, что в Гражданской войне наступил решительный перелом. Войска северян осадили Петерсберг и Ричмонд, падение которых отрезало южанам пути снабжения. Окончательная точка в войне была поставлена в апреле 1865 г., когда поредевшая в боях Вирджинская армия южан в составе одного кавалерийского и двух потрепанных пехотных корпусов двинулась на запад, к станции Аппоматтокс, где её ждал состав с припасами. Этот путь ей пришлось преодолевать с боями, из-за чего южанам не удалось выйти к станции 8 апреля. А вечером этого дня передовой отряд Кастера из состава федерального кавалерийского корпуса Шеридана захватил станцию и три состава припасов, перекрывая генералу Ли последний путь к отступлению. Именно здесь они столкнулись со всей армией янки — утром к месту сражения, в спешном порядке со всех сторон, приближались четыре полностью укомплектованных корпуса северян. Осознав неизбежную гибель своей армии, Ли принял окончательное решение. История сохранила его слова: «Мне не остается ничего, кроме как встретиться с генералом Грантом, хотя лучше б мне умереть тысячью смертей». На переговоры в ставку своего врага генерал Ли прибыл в генеральском мундире, с эполетами, шарфом через плечо и со шпагой, украшенной золотом. Но встретивший его генерал Грант остался верен себе: перед Ли предстал неприметный рыжеватый человек, в мундире рядового с пришитыми генеральскими знаками отличия, трехдневной щетиной и в стоптанных солдатских сапогах. Невозможно было себе представить, как будет разворачиваться сейчас разговор с этим человеком, уже давно носящим имя «Безоговорочная капитуляция».

Однако, условия сдачи были довольно щедрыми: Грант позволил офицерам сохранить их личное оружие и багаж, а солдатам Конфедерации и своих лошадей. Более того, Грант снабдил армию генерала Ли продовольствием на три дня, достаточным чтобы добраться до дома. Теперь, когда война была завершена, Грант повёл себя исключительно мудро и порядочно. Роберту Ли было обещано, что его людям придётся только принести клятву верности Союзу, и после этого они без всяких формальностей могут разойтись по домам. При этом никаких преследований или репрессий их не ожидает. Кроме того, чтобы южане не чувствовали себя униженными, он запретил всякие праздничные торжества и салюты. Страна начинала жить мирно. Под старыми знамёнами общего Союза. Неделю спустя, 14 апреля 1865 года, президент пригласил чету Грантов сопровождать его и первую леди на спектакль «Наш американский кузен» в Театре Форда. Линкольн хотел, чтобы публика увидела победоносного президента и генерала вместе. Но Грант вежливо отказался от приглашения. Истинной причиной явилось то, что его Джулия старалась избегать общества вздорной Мэри Линкольн. Если бы генерал был в тот вечер в ложе президента, то постоянно охранявшие его адъютанты, не допустили бы убийства президента. Это мучило Гранта всю оставшуюся жизнь. Но в те дни, он ещё не мог допустить мысли, что вскоре сам займёт место президента страны.

Леонид РАЕВСКИЙ, журналист, автор путеводителей по Европе и гид

Продолжение следует

17a

Оцените пост

Одна звездаДве звездыТри звездыЧетыре звездыПять звёзд (голосовало: 5, средняя оценка: 5,00 из 5)
Загрузка...

Поделиться

Редакция сайта

Автор Редакция сайта

Все публикации этого автора

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *