Зачем? Арье Юдасин беседует с певцом и писателем Меиром (Маратом) Левиным

image007

image001

– Здравствуйте, Марат! Можно я озадачу Вас странным вопросом: зачем Вы живёте?
– Зачем я живу? Я бы ответил по-еврейски: чтоб я так знал? Вы знаете, если человек начинает в моём возрасте задумываться о смысле жизни, значит, прежде он не жил. Я слышал, Фрейд сказал как-то, что, если человек начинает задавать вопросы о смысле жизни, ему надо обращаться к психиатру.

image007

– Фрейд имел в виду любой возраст?
– Не знаю, но думаю — кроме молодости. В молодости человек о смысле и цели жизни задумываться должен.

– То есть Вы хотите сказать, если в молодости человек не задумается о смысле жизни, к психиатру надо идти ему? А нам уже поздно?
– Нет, я вообще не о психиатрии. И мне гораздо ближе Фрейда другой психолог — Карл Юнг. Он — почти единственный нееврей из той плеяды первооснователей и потому ехидно называл себя «шаббес гоем глубинной психологии». Мне кажется, это был единственный из серьёзных психологов того времени, кто вводил в свою психологию душу. Фрейд, похоже, рассматривал человека как высокоразвитую обезьяну — и описывал эту обезьяну блестяще.

– Вы знаете, Юнг наравне с Франклом и Фромом и мой любимый психолог, когда-то я немало штудировал его и последователей труды. Но чем конкретно, в аспекте цели жизни, Вас привлёк Юнг?

image003
– Есть одна его классическая фраза: на сотню людей, обращающихся к психологам и психиатрам, лишь единицам на самом деле нужен врач — а всем остальным нужен представитель религии, который откроет им смысл жизни. Аналогичную мысль я слышал на уроке моего учителя рава Раковского от имени Рамбама — что большинству людей нужен не врач, а мудрец, который поможет им исправить черты характера. Рав Раковский говорил, что он не понимает современных психологов, пытающихся объяснять всё с такой позиции: мир надо приспосабливать к человеку, а не человека к миру. То есть они полагают, что человек, по сути, не может меняться. Хотя Виленский Гаон говорил, что единственная задача человека в этом мире — это изменить свои черты характера! Правда, другой мудрец, его последователь и основатель движения «Мусар», ­рабби Исраэль Салантер, уточнял, что «легче выучить всю письменную и устную Тору наизусть, чем действительно изменить одну черту характера».

– Но при этом цель этого основанного рабби Салантером движения «Мусар» — именно совершенствование, формирование истинного характера человека! Выглядит парадоксально.
– Уж чем-чем, а парадоксами нас, евреев, не испугаешь. Для примера могу предложить: «я — ничто» (фраза Моше Рабейну) и: «весь мир создан для меня», и от меня зависит, будет ли мир вообще существовать (Талмуд). То есть нужны одновременно величайшая скромность и величайшая мера ответственности — совместить это в своей жизни могут, мне кажется, только евреи. И то — единицы.

– Марат, и всё-таки Вы меня не совсем точно поняли — я не про классику и мудрые советы спросил, а гораздо проще — в чём лично Вы видите цель и оправдание, обоснование своей жизни?
– Вы знаете, Арье, наверное, в последние годы я не особенно задумываюсь о цели жизни. Попробую сейчас объяснить. Недавно меня кто-то спросил: «Зачем Вы всё время всюду лезете (то есть печатаетесь в разных интернет-группах, ставите свои песни на всевозможные сайты и так далее)? Вам столько платят — или это крик Вашей души?» Я искренне тогда ответил: «Никто не платит, наоборот, я трачу свои деньги». Первично — это были слова главы поколения рава Йосефа Шалома Эляшива, да будет благословенна память праведника, обращённые ко мне: «Он благословляет все деяния моих рук и просит, не ссылаясь на него, печататься во всех светских средствах массовой информации». Слова других раввинов, крик рава Ицхака Зильбера…

– Марат, Вы ничего не путаете и Вам не послышалось — разве рав Ицхак, благословенна его память, на кого-либо хоть раз в жизни повышал голос? Это же была сама доброта!
– А кто сказал, что «доброта не должна быть с кулаками»?

– Ну поэт Николай Заболоцкий на этом настаивал, но, помнится, и советские, и немецкие «интимные органы» тоже оправдывали свои репрессии крайней необходимостью для «добра» иметь «железные ежовые рукавицы»…
– Ну уж, знаете ли, я не хотел бы в одном предложении говорить о раве Зильбере и кагэбэшниках — это противоположные сущности.

– Тут трудно спорить — рав Ицхак рассказывал, когда его вызвали в местное КГБ, он ощутил, буквально по какому-то «душевному запаху», что находится среди убийц.
– Я такое ощутил только однажды, когда в Москве перепутал два кабинета и вместо замначальника по технике зашёл к замначальника по кадрам — в Союззагранприборе, на Огарёва, 5. Это был полковник КГБ. Я спросил его: «Я понимаю, что меня, еврея, не пустили в Иран — но почему меня не пускают в Болгарию?» Он вначале опешил от моей наглости, а потом один раз взглянул на меня — даже не на меня, а сквозь меня — мне сразу стало всё ясно, и я убежал из кабинета. Кстати, когда-то мне казалось, что смысл в том, чтобы поехать в Иран на атомную электростанцию. Там платили много денег, и я мог бы обеспечить счастье (как я думал) своих дочерей. Ведь я тогда говорил своему религиозному брату: «У тебя Б-г, а у меня дети». И когда-то я серьёзно считал, что за то, чтобы старшая дочка поступила в мединститут, не жалко отдать жизнь. Ей очень хотелось, но не срослось…

– Марат, пожалуйста, не отвлекайтесь слишком уж далеко — то, что еврейский папаша сумасшедший не меньше, чем «идише маме», и диагноз их — «дети», известно всем и давно. Ради того литовки, голландки, русские дамы нередко искали еврейских мужей — пить не будет и всё притащит дитяти. Но что всё-таки кричал Вам рав Зильбер?
– «Вы обязаны петь, и петь только по-русски! Я Вам приказываю! И не слушайте ни одного человека, который Вам скажет противоположное». У него тогда даже поменялся цвет глаз.

– С какого на какой?
– С голубого на серый. Он буквально разозлился, и мне показалось, что он злится не на меня, а на тех людей, которые будут меня отговаривать и убеждать, что то, что я делаю, не так важно.

– Марат, и всё-таки — это слова великих и праведных людей, истинных мудрецов Торы, но где же ответ на вопрос — зачем именно Вы живёте? Где Ваш личный выбор и ответ?
– Вы знаете, наверное, мой личный выбор был только тогда, когда я сильно заболел, испугался, что я скоро уйду навсегда — и понял, что я вообще не жил. И тогда я пришёл к своему младшему брату, раввину, и попросил его «научить меня жить». И вот уже 22 года я этому учусь. Уже не только у него, наши отношения сейчас, скорее, это диалог, я тоже успел чему-то научиться… Мне кажется, то, что я не так много думаю над выбором, это потому, что я полной верой верю словам мудрецов. Настолько, что если бы я был уверен, что рав говорит мне: «Прыгни с 9-го этажа», — и я, несомненно, правильно его понял — у меня не было бы вопроса, прыгать или нет. Хотя ситуация маловероятная, у нас с равом родные языки разные.

– Как раз сегодня я читал в книге пророка Ирмиягу: его просят уцелевшие после вавилонского геноцида евреи спросить у Создателя, что им делать, обещают выполнить всё беспрекословно — и, получив ответ, категорически отказываются. У людей оказались другие взгляды и планы. Ирмиягу ещё раз удостаивается пророчества от Всевышнего — и снова общий отказ: «Будем воскурять Царице неба, ибо ты говоришь неверно, не только что не за это мы были наказаны, а как раз за то, что плохо воскуряли!» То есть Вы хотите сказать, что Ваше доверие учителям абсолютно — но, может быть, оно пока не проходило настоящую проверку?
– Проходило. Рав неоднократно запрещал (иногда даже не запрещал, а просто не благословлял) получать крупную сумму денег — и вопрос для меня сразу закрывался. Один раз на недоуменный вопрос заказчика я ответил: «Пока ещё столько денег не напечатали».

– А если бы напечатали? В каббале существует принцип: у каждого сосуда есть «экран» — способность отказаться от наслаждения некоторого масштаба, но значительно большую «взятку» сосуд отвергнуть уже не способен и просто «разбивается». Мне лень переводить эти очевидные истины на бытовой язык — но что скажете Вы, знающий «перевод»?
– Я не люблю гипотетические вопросы, в своей жизни я стараюсь решать только — какой ход в этой позиции я должен сделать. Я не занимаюсь поисками «самого лучшего хода для всех позиций» — и я даже не задумываюсь, существует ли такой ход.

– И всё-таки, говоря обыденными словами — ведь не может же умный и творческий человек, как Вы, не иметь какого-то хотя бы рабочего ответа на вопрос: зачем Вы живёте? Даже если он не претендует, что подходит для любого живущего.
– Вы знаете, нам с братом невероятно нравится выражение Николая Островского: «Жизнь надо прожить так, чтобы не было мучительно стыдно за бесцельно прожитые годы».

– А если продолжить эту цитату из школьного курса «молодого коммунистического бойца» — «чтобы, умирая, мог сказать: вся жизнь была отдана… борьбе за освобождение человечества»?
– Смотрите, у Николая Островского была цель. Это было время гениальных идей (и людей), противостоящих и противоречащих Всевышнему. Достаточно привести пример: Троцкий своими речами уводил на фронт, защищать Советскую власть, целые иешивы!

– А вскоре эта власть своих уцелевших защитников в лучшем случае ссылала за границу… чтобы не болтались под ногами. Но, смотрите, я всё-таки не про ложь, не про величественные иллюзии. Не про то, что Вы называете «Вавилонской башней». В чём, скажите, действительное «зачем» Вашей жизни — а может быть, и жизней других двуногих? Хочу пояснить, почему я так упорно у Вас это спрашиваю. Сегодня на людей обрушивается девятый вал информации, возможностей — и не только в «виртуальном пространстве». Ситуация, на психологическом языке, постоянной информационной фрустрации. Человеку раз за разом и на разные лады втюхивают — как жить, в какой стае жить, за что бороться, что главное… Нация, религия, патриотизм или интернационализм, преуспеяние, здоровый образ жизни, всяческие политические фантасмагории и т. д. Не имея личной лоции и компаса — человек неизбежно тонет и становится чужой игрушкой. А в силу нынешней лёгкости (и поверхностности) обретения информации, советов, кучкования в интернет-партиях и т. п. — человек оказывается в иллюзии, что он «выбирает и решает сам». И поэтому выбраться на свободу, научиться думать, тем более — что-то важное менять ему очень сложно. То есть иллюзия свободы на деле воспитывает роботов и рабов.
– Я не очень верю в «личные компасы». Если этот компас настроен по Торе, такой прибор навигации может работать. Если он не настроен по Торе — то он будет настроен по какой-то ложной ценности. И человек будет увлекаться каким-нибудь видом духовного наркотика — тем, к которому он больше склонен. Или погоней за почётом, или развратом, или материальными ценностями… В лучшем случае он превратится в трудоголика — здесь хотя бы какой-то позитивный смысл есть, хоть кому-то от этого станет хорошо — его начальнику, например. Кстати, я слышал, сегодня на Западе трудоголик — наиболее часто встречающаяся категория людей.

– Марат, Вы слишком доверчивы, говорю с Запада. Бездельник — категория здесь нисколько не менее распространённая, половина избирателей нашего хладнокровного президента — из той компании.
– Ну статистика — не моя стихия. И наконец, о смысле, о Вашем «зачем»… Смысл существования у человека может быть, только если он живёт с Б-гом. Потому что природа не терпит вакуума — если он не живёт с Б-гом, если Создатель не управляет им — значит, он находится во власти своего «злого начала» — то есть дьявола, и тогда бездельник или трудоголик — ещё наилучшие возможные итоги для него.

– Марат, мне просто никак не смолчать — нынче столько героических «саидов бурятских» и прочих убийц клянутся, и не просто клянутся, а жертвуют всем ради, как они это полагают, Создателя.
– Из-за анархичности своей натуры они не в состоянии жить ради Создателя — поэтому они стараются ради Создателя умереть. Когда компас настроен не по Торе, когда он не сбалансирован истинным законом — то ни жизнь, ни смерть не имеют никакого смысла. Рабби Нахман из Брацлава сказал: «Если человеку не из-за чего умереть — зачем он тогда живёт?» Я понимаю арабов, тех, кто бежит к ним из Европы, России, Америки — потому что в детстве моим любимым героем для подражания был Александр Матросов. Я тоже мечтал умереть за Родину — но, к сожалению (а точнее, к счастью), не знал, где она.

– Знаете, мне нравится фраза незабвенного Козьмы Пруткова: «Первый шаг младенца — это шаг к его смерти». И римское: «мементо мори» — «помни о смерти». Для меня это означает вот что: если то, что ты делаешь и ради чего живёшь, не выдерживает соседства с мыслью о смерти (и смерти самой) — тогда ты занят мелочью и не живёшь. В духе рабби Нахмана, но с другим акцентом. Но эти же ребята зверствуют и гибнут, таща за собой в могилу тысячи других, ради цели, которая, как им кажется, выше этой временной жизни! А в итоге — трудно придумать больший «хилуль Ашем», осквернение Имени Всевышнего, чем «религиозные войны»!
– Известно, что «дорога в ад устлана благими намерениями», и осквернение Имени Всевышнего в основном происходит за счёт желания это Имя освятить. Я как-то написал, что во время физической близости муж и жена могут достичь самой высокой ступени святости — или падения на самый низкий уровень нечистоты, ниже любого животного. Как раз сегодня я учил в трактате Талмуда «Брахот», что «всё во власти Небес, кроме страха перед Небесами». Богатство, почёт, сильный интеллект, долголетие, слава, талант и все другие игрушки, которыми нам дают побренчать… Всё это на время — и приобретает смысл или бессмыслицу только вместе с главным. И только союз, «компаньонство» с Б-гом, когда ты свои мысли, поступки, цели, желания и т. д. проверяешь, даже поверяешь по Его воле, по Его закону; когда твои цели становятся именно теми, какие Всевышний хотел бы для тебя; когда ты старательно учишься узнавать, в чём Воля Всевышнего на самом деле состоит — в твоей жизни может появиться настоящее «зачем»!

Оцените пост

Одна звездаДве звездыТри звездыЧетыре звездыПять звёзд (голосовало: 5, средняя оценка: 5,00 из 5)
Загрузка...

Поделиться

Арье Юдасин

Автор Арье Юдасин

Нью-Йорк, США
Все публикации этого автора