День защиты от…?

0

Мне непонятно, зачем нужны специальные дни, посвящённые… женщине, мужчине, независимости, Катастрофе, освобождению, синоптику…? И особенно сложно осознать, с какой целью ООН 64 года назад постановило: «рекомендовать праздновать День ребёнка». Причём — каждой стране по её обычаю. Следующим, вероятно, следовало бы устроить «Всемирный день дыхания».

Трудно найти нечто, более естественное и «встроенное» в личность человека, чем желание защитить и поддержать малыша. Несомненно, Творец подарил нам это стремление, эту склонность умиляться маленькому, слабому и беззащитному существу одновременно с тем, как Он даровал нам самоё детство. Иначе — как могло бы существовать человечество, как могли бы вырастать маленькие, писклявые, неопытные существа и превращаться в нас — больших и упрямых?

Впрочем, может быть, за всей нелепостью официальных годовщин есть нечто здравое. Это здравое — напоминание. «Все мы родом из детства», «Все взрослые сначала были детьми, только мало кто из них об этом помнит»… Антуан де Сент-Экзюпери сказал ещё много мудрого, например: «Мы в ответе за тех, кого приручили» — но всемирными поговорками стали его фразы о детстве. Быть может, потому, что «детство» — и «полнота жизни», «радость», «новизна», «искренность» — живут в памяти многих рядышком.

И ещё — «детство» и «доброта» обычно воспринимаются нами как понятия, связанные неразрывно. А ведь ребёнка доброте надо учить, ох как не любят малыши расставаться со своими игрушками и леденцами! Да и сбиться в стаю, кого-то непохожего затравить — тоже не столь редкое занятие у детей чуть постарше. То, что дети — существа изначально добрые, весьма спорное заявление.

Но — «доброта» и «детство» связаны в душах нормальных взрослых. Пожалуй, любовь к детям и забота о них — самый добрый из человеческих инстинктов. Детям Тора повелевает уважать старших, почитать родителей — а нормальный взрослый человек в требовании «любить ребёнка» не нуждается. Это — как если бы ему дали заповедь «быть человеком».

Забота о другом как раз и делает двуногого человеком. Верно и обратное.

И оттого наиболее сильное определение изверга — «тот, кто истязает детей». Все воюющие стороны с особым сладострастием подчёркивают преступления своего противника против детей. Действительно, здесь — граница «человеческой формы»; не любящий детей, неспособный обратить к ним изначальную и здоровую человеческую потребность защищать другого и делать ему добро — скорее, животное. Помнить о детстве, оставаться некоторой частью своего существа там — нужно. Хотя, конечно, любые официозы и политиканские спекуляции бесстыдной своей тенденциозностью оскверняют всё, к чему прикасаются.

Но как всё-таки хорошо, что каждый норовит похвалить себя как «защитника детей»! Куда лучше хвастаться так, чем быть «самым лучшим снайпером» или «величайшим террористом всех времён».

Впрочем, есть и посегодня у людей весьма своеобразные формы нежностей и чествований. Вот  в Парагвае «День ребёнка» отмечают 16 августа — в годовщину битве при Акоста-Нью. В шестилетней бессмысленной бойне между Парагваем, с одной стороны, и Бразилией, Аргентиной и Уругваем с другой, было уничтожено большинство парагвайцев (оценки жертв доходят до 90% населения!). Так вот, в сей радостный летний день состоялась «битва» примерно 4000 парагвайских детей возрастом от 9 до 15 лет против 20000-го регулярного войска Бразилии и Аргентины. Энциклопедии кратко резюмируют: «все дети погибли». Я бы назвал подобную годовщину: «Днём людского безумия» и вместо восхваления детского патриотизма устраивал траурные мероприятия под девизом: «больше никогда». С клятвами лидеров государств отныне больше не втягивать детей в жестокие игры взрослых.

Но у людей разные понятия о пользе и ценности детства. Мне отвратительна сцена, на которой 13-летние палестинки бросаются с ножницами на прохожих ради гарантированной пули. И та, в которой 8-летние девочки взрываются в Нигерии возле враждебных Аш-Шабабу полицейских. И совсем свеженькое, когда дети строят «боевые туннели», погибая в них, или когда их гонят на солдатские пули ради удачного снимка. Однако кое у кого это по сей день служит признаком героизма и патриотизма. Или всё-таки вернее сказать: «каннибализма»?

Теперь я передам слово Фрэдди Зорину, который прислал мне из Йерушалаима чудесный материал, приурочив его к назначенному в Союзе и России на 1 июня «Дню защиты детей». Себе я позволю лишь маленькие правки, максимально стараясь не нарушить поэтическую атмосферу доброй сказки.

              Возвращение в детство

                (подготовил Фрэдди Зорин)

Детство — это свобода от возраста. (Аркадий Давидович)

Детство — чужая страна: говоря на одном и том же языке, родители и дети нередко совершенно не понимают друг друга. (Бел Кауфман)

Никто в мире не чувствует новых вещей сильнее, чем дети. Дети содрогаются от этого запаха, как собака от заячьего следа, и испытывают безумие, которое потом, когда мы становимся взрослыми, называется вдохновением. (Исаак Бабель)

Родители дают жизнь детям, дети дают жизнь родителям. (Александр Ратнер)

 Самуил Маршак

 Все мне детство дарило,

Чем богат этот свет:
Ласку матери милой
И отцовский совет,

Ночь в серебряных звездах,
Летний день золотой
И живительный воздух
В сотни верст высотой.

Все вокруг было ново:
Дом и двор, где я рос,
И то первое слово,
Что я вслух произнес.

Пусть же трудно и ново
И свежо, как оно,
Будет каждое слово,
Что сказать мне дано.

         Фрэдди Зорин

         Дядя Лева

Старый дворик, где ничто не ново.
Голос хриплый слышится в тиши –
Призывает мастер дядя Лева:
«Точим, точим ножницы-ножи!»

Мы, мальцы, глядим, восторг на лицах,
Позабыв про игры до поры,
Как точильный круг, вертясь, искрится,
Чтобы стали лезвия остры.

Молодит точильщика работа
И не старят сединой виски.
Шуткой подбодрит из нас кого-то,
Приподняв защитные очки.

Скажет, разрешив поставить ногу
На педаль нехитрого станка:
«Только захотите – и ей-Б-гу,
Сможете и вы наверняка»…

Детство… В жизни что его прекрасней?
Много зим прошло и много лет,
Но поныне, радуя, не гаснет
Дальних огоньков знакомый свет.

В сумраке простора неземного
Зачарует летний звездопад…
Может, это добрый дядя Лева
Там, откуда искорки летят?

                            Моисей Лэмстер

                            Стакан молока

(перевод с идиш Фрэдди Зорина))

По преданию, когда Моисей (Моше), был трёхлетним ребёнком, он, играя, снял корону с головы египетского правителя. Фараон, по совету своих священнослужителей, решил проверить его умственные способности — чтобы выяснить таким образом, еврей он или нет и свергнет ли он Фараона в будущем. Перед мальчиком поставили миску с золотом и миску с горящими углями. Ребёнок хотел протянуть ручку к миске с золотом, но опустился с небес ангел Гавриил и незаметно подтолкнул руку Моше к углям. Ребёнок обжёгся, сунул пальчики в рот, и обжёг себе ещё и язык…

Легок дым из детства и не горек,
Память тех далеких лет светла.
И встает перед глазами дворик
Старого молдавского села.

Слышен шум вдали бессонной речки,
Будто бы журчание ручья.
Посреди хлопот у летней печки
Мумэ* Фейга – тетушка моя.

А за столиком, в тени ореха,
Дядя Михл и рядом – Ион, сосед
Пьют вино, и гулко вторит эхо
Звону двух стаканчиков вослед.

Солнца луч через листву пробьется —
На столе сверкнет столовый нож,
И плэчинтэ* на огне печется,
В целом мире лучше не найдешь.

Надо потерпеть ещё немного,
И бери любой, на вкус, пирог.
Фейга ведь – хозяюшка от Б-га:
Здесь и сыр, и тыква, и творог.

В общем-то, обычная картина
Для молдавской родины моей:
И коза на привязи у тына,
И козляток двое рядом с ней.

Стол блестит от вилок, и от ложек,
Нужен перец? – Вот он, здесь и соль…
Ну, и я – трехлетний Мойша, тоже
Гордо восседаю, как король.

На высоком стуле, как на троне,
Слушая мычание коров,
Михлу улыбаюсь я и Иону,
К «королевской» трапезе готов.

Дядя Михл в селе хохмач известный –
Хитрая еврейская душа…
И решил он: будет интересно
Испытать племяшку-малыша.

Подмигнув Иону с хитрецою,
В щедрости своей налил сполна,
И поставил он передо мною
Молока стаканчик и вина.

Фейга — вся в делах, и не подскажет,
И, впустив во дворик тишину,
Михл с Ионом стали ждать, куда же
Я свою ручонку протяну.

Двинул руку, верно, к молоку бы,
Но небесный ангел Гавриил,
Кто ж ещё? – из-за спины не грубо
Выбор мой незримо изменил.

Волей Гавриила – Габриэля,-
Ангелам судьба людей видна,-
Я, свой взгляд на молоко нацелив,
Пальцы опустил в стакан вина.

Просмотрел всю жизнь мою, как свиток,
Б-жий мой хранитель в этот миг,
Пальцы облизал я, и напиток
Мне обжог и нёбо, и язык.

И Ион, сосед наш, молдаванин,
Громко хохоча, впадая в раж,
Мужиком, — воскликнул, — Мойша станет,
«Вaiatul nostru», парень наш!

Пошутил Ион, но не слукавил,
Ну а Михл-дядюшка баском,
«Я готов держать пари, — добавил –
Вырастет племянник остряком!»

Тетя Фейга, слушая, вздыхала,
Гладила меня по голове:
— Что сказать, «хорошее» начало:
Не хватало пьяницы в семье!

Нет давно ни тети и ни дяди,
Нет Иона, память лишь жива,
Только справедливости я ради,
Вам скажу, что их сбылись слова.

Не чужой я многим молдаванам,
Над друзьями подшутить горазд,
Только вот ни разу не был пьяным,
Да и не сопьюсь уже, Б-г даст.

Правда, вам секрет один открою,
Что тянусь к бутылке я порой,
И стакан недрогнувшей рукою
Пропущу один, за ним второй.

А бывает, за вторым и третий…
И глаза не надо закрывать –
Среди лета солнце ярко светит,
На высоком стуле я опять.

Возвратилась лет уплывших стая
К той, незабываемой поре,
И у тети с дядей восседаю
Снова я на троне во дворе.

Вижу: выплывают из тумана
По веленью дяди-шутника,
Два уже знакомых мне стакана,
Полные вина и молока.

Кажется, что той игры науку
Так и не постиг я на веку –
Протянуть хочу свою я руку
К белому стакану, к молоку…

—————————————————

* Мумэ – тетя (идиш)

* Плэчинтэ – традиционный молдавский пирог

* Вaiatul nostrum – наш парень (молд.)

Анатолий Вулах

Я б не хотел обратно в детство,
Туда, где все одно и то ж,
Где помню лишь, что с малолетства
Был на других я не похож.
И я не знал, не отрекаюсь,
В начале самом дней и лет,
Чем от других я отличаюсь,
За что мне всё пощады нет.
Я просто был чужим, инаким,
Я противоположным был
И злого исключенья знаки
В душе и внешности хранил.
И лишь потом самим собою
Я стать смог, правды не боясь,
Самою жизнью и судьбою
Восстановив с истоком связь.
Я отыскал инакость эту
В глубинах собственной души
Как суть свою, свою примету,
Как света луч во тьме, в глуши.
Теперь я стар, но жизни годы
Меня кончиной не страшат.
Частицей своего народа
И жить, и умереть я рад.

 Подготовил Арье ЮДАСИН

Об авторе

Арье Юдасин

Нью-Йорк, США

Одна звездаДве звездыТри звездыЧетыре звездыПять звёзд (ещё не оценено)
Загрузка...

Оставить комментарий

Войти с помощью: 

Notice: Unknown: failed to delete and flush buffer. No buffer to delete or flush in Unknown on line 0