Служили два друга…Странные совпадения в биографиях советского и израильского героев-авиаторов

0

День воздушно-десантных войск узаконен в России Указом президента с 2006 года. Прежде, в советские времена, его также отмечали каждый год 2 августа. По какой причине эту дату определили для ВДВ, можно узнать в любом военно-историческом справочнике, календаре воина, военной энциклопедии.

К примеру, на сайте «Минобороны России» помещён следующий текст: «2 августа 1930 г. На учении частей Московского военного округа близ г. Воронежа впервые в советской военной истории в тыл «противника» выброшена группа (12 человек) парашютистов во главе с Л.Г.Миновым. Затем с самолетов Р-1 десантированы пулеметы, винтовки и боеприпасы. Следом была выброшена группа парашютистов во главе с Я.Д.Мошковским. Эта дата считается днем рождения советских Воздушно-десантных войск».

Ну а что было дальше? Сведения изложены на сайте Информационного агентства России: «В 1932 г. началось формирование авиадесантных частей, положившее начало массовому развертыванию этого рода войск. 11 декабря 1932 г. было принято постановление Реввоенсовета СССР о создании воздушно-десантных подразделений».

Получается явная нестыковка. Ведь ни в 1930, ни в 1931 годах авиадесантных войск в Красной армии в помине не было.

Теперь понятно, почему последняя фраза в тексте на сайте Минобороны содержит глагол «считается»? Потому что считается — это одно, а является — совершенно другое. Тут и школьнику понятна разница. Остаётся только гадать, для чего нужно было наводить тень на плетень.

Эксперимент, проведённый 2 августа 1930 года, относится к другой истории, к рождению ВДВ, имевшей весьма отдалённое отношение.

Группа парашютистов во главе с Л.Г.Миновым состояла исключительно из авиаторов.

Минов Леонид Григорьевич и Мошковский Яков Давыдович — оба военные лётчики. С середины 30-х годов прошлого столетия их фамилии нередко появлялись на страницах центральных газет. В честь Минова была даже выпущена почтовая карточка (открытка), с его изображением.

Когда-то Минов служил в 1-й Московской школе красных военных лётчиков. Занимаемая им должность начальника лётной части давала Минову возможность увлечённо заниматься изучением методики слепого полёта. Неожиданно, в 1925 году, по приказу штаба ВВС страны, Минов оставляет службу в школе лётчиков. Его коллеги остались в неведении, куда высокое начальство перевело Минова.

Сейчас давно не секрет, где отсутствовал лётчик Минов аж целых два года. В опубликованных материалах его биографии открытым текстом сказано, что Леонид Григорьевич Минов находился во Франции, исполняя обязанности военно-воздушного атташе при торговом представительстве.

Результаты его работы в этой должности заслуживают самой высокой похвалы. Благодаря Минову Военно-Воздушные Силы страны получили из Франции около четырёх тысяч работоспособных авиационных моторов. Причём, куплены они были за бесценок, в качестве металлолома по соответствующей цене.

Внешний облик Минова, его эрудиция и обаяние, общительность и знание иностранных языков давали возможность Леониду Григорьевичу легко контактировать с французскими бизнесменами, чиновниками и военными. По возвращении на Родину он надеялся вновь приступить к лётной работе, однако начальник ВВС Красной армии П.И.Баранов вторично привлёк Минова к выполнению особого задания, на сей раз за океаном.

Весной 1929 года Минов отправился в США. Ему предстояло ознакомиться с методикой обучения американских летчиков прыжкам с парашютом. Кроме того, Минов планировал посетить в городе Баффало завод компании «Ирвинг», мировой производитель парашютов и другого авиационного снаряжения. Интерес командования ВВС РККА к парашютам не был случаен. Советские лётчики совершали полёты без парашютов, что нередко приводило к гибели лётного состава.

Слева направо: Анна Яковлевна Минова, Татьяна Алексеевна Григорович (моя мать), Леонид Григорьевич Минов. На обороте написано: 1.11.1970 г. Москва. Фото из семейного архива

Слева направо: Анна Яковлевна Минова, Татьяна Алексеевна Григорович (моя мать), Леонид Григорьевич Минов. На обороте написано: 1.11.1970 г. Москва. Фото из семейного архива

Командировка в США оказалась чрезвычайно продуктивной. Минов провёл несколько дней в цехах завода компании «Ирвинг», посетил военную авиабазу, познакомился с испытателями парашютов. В ходе личных встреч с представителями руководства компании «Ирвинг» ему удалось обговорить условия закупки партии парашютов и патента на их производство в СССР. Специально для Минова заводские испытатели продемонстрировали возможности парашюта, способы управления им в воздухе.

Леонид Минов выразил желание лично испытать американский парашют в действии. Такая реакция гостя вызвала восторженную реакцию у представителей фирмы. После того как Минов легко совершил прыжок с высоты 500 метров, кто-то из сопровождавших его лиц в шутку предложил ему поучаствовать в соревнованиях по парашютному спорту в Калифорнии. Лётчик, не раздумывая, согласился. По условиям соревнований требовалось покинуть самолет на высоте 400 метров и приземлиться в круг диаметром 35 метров. Результат гостя из СССР в прыжках на точность приземления поразил всех. Он занял третье призовое место. Кто бы мог поверить, что в тот день Минов прыгал с парашютом второй раз в жизни. Местная пресса не обошла вниманием такое событие. Фото советского парашютиста появились в местных газетах. Сообщение о призёре соревнований поместила на своей странице газета «Баффало курьер экспресс» от 14 июня 1929 г.

Покидая гостеприимную Америку, Леонид Григорьевич Минов, наряду с яркими воспоминаниями и впечатлениями, увозил с собой документальное подтверждение итогов командировки. Текст полученного им удостоверения гласил, что гражданин СССР Л.Г.Минов прошел курс обучения «по инспекции, уходу, содержанию и употреблению парашютов, изготовленных парашютной компанией «Ирвинга». Далее сообщалось, что Минов совершил три парашютных прыжка с аэроплана. И резюме: «По нашему мнению, он (Л.Минов) вполне квалифицирован для преподавания употребления парашютов «Ирвинга», а также для их инспекции, ухода и содержания». Джордж Уайт, президент парашютной компании «Ирвинг эйр Шют».

Доклад Минова о результатах командировки получил одобрение в штабе ВВС. Спустя некоторое время развивать начатое им дело отправился за океан бригадный инженер Михаил Савицкий. Уже известная читателям газета «Баффало курьер экспресс» 11 июня 1930 года сообщала о том, что прибывший «мистер Савицкий имеет намерение провести месяц для тщательного изучения технологии производства и применения парашютов в авиации». Газета не располагала более полными сведениями о целях миссии мистера Савицкого, руководителя парашютного отдела в НИИ ВВС. Его деловая поездка привела к немалым новшествам. М.А.Савицкий стал директором первого в СССР завода по производству парашютов. К концу 1931 года завод изготовил более 5 тыс. парашютов, в том числе 70 специальных десантных ПД-1 конструкции самого Савицкого. Здесь уместна цитата из книги Виктора Суворова «Ледокол»: «…Парашютный психоз бушевал в Советском Союзе одновременно со страшным голодом. В стране дети пухнут от голода, а товарищ Сталин продает за границу хлеб, чтобы купить парашютную технологию, чтобы построить гигантские шелковые комбинаты и парашютные фабрики, чтобы покрыть страну сетью аэродромов и аэроклубов, чтобы поднять в каждом городском парке скелет парашютной вышки, чтобы подготовить тысячи инструкторов, чтобы построить парашютные сушилки и хранилища, чтобы подготовить миллион откормленных парашютистов, необходимое для них вооружение, снаряжение и парашюты».

Поездка в США круто изменила всю дальнейшую жизнь Минова. Для него в управлении ВВС была введена новая должность — инструктора по парашютной подготовке. Части ВВС Красной Армии получили приказы и инструкции об обязательном использовании парашютов при выполнении полётов. Предстояла большая работа по внедрению и применению парашютов в авиации.

Первые учебные сборы с целью ознакомления летно-подъемного состава с парашютами и организацией прыжков проходили в Воронеже на базе 11-й авиационной бригады. Для выступления перед авиаторами и  показательного прыжка с самолёта в часть прибыл Минов. Дежурным по части в тот день был старший лётчик Яков Мошковский. Узнав о предстоящих прыжках, Мошковский обратился к Минову с просьбой разрешить и ему прыгнуть. На аэродроме собрались участники сборов и весь личный состав части. Большое удивление у летчиков вызвало сообщение, что вместе с Л.Миновым будет прыгать и их сослуживец Яша Мошковский. Его Минов назначил своим помощником на сборах. Лётчики, штурманы, авиатехники, находившиеся в тот день на аэродроме, с восторгом и удивлением смотрели ввысь, откуда под куполами парашютов опускались к земле люди.

Тренировки продолжались. В ходе сборов число авиаторов, желавших  прыгнуть, возросло до 30 человек.

* * *

Из воспоминаний Минова Л.Г.: «Выслушав по телефону мой доклад о ходе занятий, Баранов спросил: «Скажите, можно ли за два-три дня подготовить, скажем, десять или пятнадцать человек для группового прыжка?»

Получив положительный ответ, Петр Ионович пояснил свою мысль: «Было бы очень хорошо, если бы оказалось возможным по ходу воронежского учения продемонстрировать выброску группы вооруженных парашютистов для диверсионных действий на территории «противника».

Надо ли говорить, что это оригинальное и интересное задание мы приняли к исполнению с огромным энтузиазмом…

2 августа 1930 года ровно в 9 часов с аэродрома базирования поднялся самолет. На его борту — первый отряд парашютного десанта. Вместе с нами и руководитель второй группы Я.Мошковский. Он решил посмотреть, где место отделения нашей группы, чтобы потом точно десантировать своих ребят. Вслед за нами взлетели три самолета Р-1, под крыльями которых на бомбодержателях подвешены грузовые парашюты…

—  Приготовиться!  — стараясь перекричать гул моторов, скомандовал я.

Ребята тут же поднялись и встали друг за другом, сжимая в правой руке вытяжное кольцо. Лица напряжены, сосредоточены. Как только пересекли площадку, дал команду «Пошел!» И бойцы буквально посыпались из самолета, я нырнул последним и тут же дернул кольцо. Посчитал — все купола раскрылись нормально. Приземлились мы почти в центре площадки, недалеко друг от друга. Бойцы, быстро собрав парашюты, подбежали ко мне. Тем временем над головами прошло звено Р-1 и на краю хутора сбросило шесть парашютов с оружием. Мы кинулись туда, распаковали мешки, достали пулеметы, патроны. И вот уже в небе вновь появился наш «Фарман» со второй группой. Как и было запланировано, группа Мошковского покинула самолет на высоте 500 метров. Приземлились они рядом с нами. Понадобилось всего несколько минут, и 12 десантников, вооруженные двумя ручными пулеметами, винтовками, револьверами и гранатами, были в полной готовности к боевым действиям…».

* * *

Пройдёт немало лет, когда эксперимент, проведённый под командованием Минова, станет достоянием гласности. Красная Армия, а затем и советские Вооружённые Силы держали под большим секретом всё, вплоть до мелочей. 5 сентября 1933 года в авиационной катастрофе вместе с женой Беллой  погиб Пётр Ионович Баранов, возглавлявший к тому времени Главное управление авиационной промышленности. Урну с его прахом захоронили в Кремлёвской стене.

Минова и Мошковского связывали  узы дружбы. К тому же их военная служба с некоторых пор проходила в управлении авиации Осоавиахима. Эта общественно-политическая оборонная организация, как позже и ДОСААФ, являлась негласным подразделением военного ведомства.

Поначалу Минов руководил планерным отделом, Мошковский – парашютным, при этом оба они состояли в кадрах ВВС.

Пионером парашютизма в СССР является летчик Леонид Григорьевич Минов, который выполнил свой первый прыжок с парашютом в 1929 году в США

Пионером парашютизма в СССР является летчик Леонид Григорьевич Минов, который выполнил свой первый прыжок с парашютом в 1929 году в США

10 августа 1934 года вышло постановление Центрального Совета Осоавиахима СССР о присвоении выдающимся парашютистам почетного звания «Мастер парашютного спорта СССР». Удостоверение и знак № 1 вручили Л.Г.Минову. Вторым в списке стояла фамилия Я.Мошковского.

Пик Большого террора в СССР приходится на 1937-1938 годы. На февральско-мартовском пленуме ЦК ВКП (б) Сталин начал свой доклад с заявления о вредительской и диверсионно-шпионской работе агентов иностранных государств, включая троцкистов, проникших «не только в низовые организации, но и на некоторые ответственные посты». Аресты и расстрелы захлестнули всю страну, став основным направлением в деятельности силовых структур государства. В те же дни под личным руководством вождя осуществляется ряд мероприятий, с целью продемонстрировать высокие достижения и возможности страны Советов и её граждан.

22 марта 1937 года  из Москвы с Центрального аэродрома имени Фрунзе пять самолётов взяли курс на Северный полюс, чтобы высадить на льдину участников дрейфующей станции «Северный полюс-1». Доставкой оборудования и участников экспедиции руководил начальник Полярной авиации Главного управления Севморпути Марк Иванович (Израилевич) Шевелёв. В числе участников экспедиции был и лётчик Я.Д.Мошковский. 18 июня 1937 года состоялось одно из важнейших событий в истории советской авиации. «Тройка отважных пилотов, Байдуков, Беляков и Чкалов, на самолёте АНТ-25 впервые совершила беспосадочный перелет по маршруту Москва — Северный полюс — Ванкувер, связавшему две великие державы — США и СССР». Фюзеляж самолёта украшала надпись: «Сталинским маршрутом!»

Спустя месяц через Северный полюс в США вылетел экипаж полковника Михаила Громова. За каждым полётом, затаив дыхание, следили советские люди. В те же дни органы НКВД, выполняя указание Сталина, арестовывали, подвергали пыткам, расстреливали десятки тысяч видных военных и гражданских специалистов, партийных и общественных деятелей…

В разных регионах страны в кинотеатрах демонстрировались киножурналы, с сюжетами, посвящёнными героям-авиаторам и любимому вождю.

25 июня Сталин, Молотов, Каганович, Косиор, Ворошилов, Калинин и другие руководители партии и правительства встречали на центральном аэродроме имени Фрунзе вернувшихся с Северного полюса лётчиков и полярников. Для них организовали триумфальный проезд через Москву к Большому Кремлёвскому дворцу. В Георгиевском зале Кремля был устроен праздничный приём-ужин.

Все участники экспедиции получили высокие награды. «За выдающийся подвиг, совершенный во славу советской науки и в деле освоения Арктики», – такие слова звучали при вручении наград. Героями Советского Союза стали 8 человек, включая Шевелева.

Леонид Минов и Яков Мошковский

Леонид Минов и Яков Мошковский

Орден Ленина получил второй пилот экипажа самолета Н – 172 капитан Яков Давидович Мошковский. В состав лётчиков полярной авиации Мошковский попал не случайно. Поначалу планировалось доставить на льдину людей и всё необходимое с помощью парашютов. Мошковский, один из наиболее известных и опытных парашютистов, был востребован и как лётчик. В условиях многодневной напряжённой работы авиаторов Яков Мошковский оказался незаменим. Благодаря неистощимому чувству юмора, он в трудную минуту всегда умел поднять коллегам настроение хохмами, анекдотами,  безобидными подначками.

12 августа 1937 года из Москвы в американский город Фэрбенкс, вылетел четырёхмоторный самолёт ДБ-А  с экипажем из шести человек. Командовал полётом лётчик Сигизмунд Леваневский. Радиосвязь с самолётом прервалась после того  как он пролетел над Северным полюсом. Леваневский сообщал об отказе крайнего правого двигателя и о плохих метеоусловиях… Поиски пропавшего самолёта (в них участвовали и американские лётчики) продолжались около года.

Мошковский на четырёхмоторном Н-212 совершил несколько поисковых полетов в район предполагаемой посадки Н-209, в том числе пройдя полюс, продолжил полет по нулевому меридиану в сторону Северной Америки. Один из вылетов Мошковского закончился трагедией. Почти на взлёте отказал и загорелся один из моторов. Мошковский попытался посадить самолёт, но машина ударилась о землю, затем вновь взмыла в воздух и рухнула в реку. На борту самолёта находились 16 участников поисковой экспедиции, включая начальника авиаотряда Героя Советского Союза Бабушкина М.С. Охваченную пламенем машину течение уносило всё дальше от берега. Пассажиры, выбравшись на крыло, прыгали в реку. Уже добравшись до берега, Мошковский увидел в воде Бабушкина и поплыл за ним. Когда с большим трудом удалось вытащить Бабушкина на берег, оказалось, что он мёртв. При катастрофе погибли Герой Советского Союза М.С.Бабушкин, инженер И.И.Жутовский, врач экспедиции Е.М.Россельс и механик К.А.Гурский.

Кровавая чистка дошла и до Осоавиахима. Вслед за председателем Центрального совета Эйдеманом Р.П. и его заместителем Воскановым Г.П. сталинскими палачами были уничтожены начальник Управления авиации Третьяков К.В., начальник Центрального аэроклуба Марк Дейч, и не только они. Из месяца в месяц Сталин получал ежедневные сводки «важнейших показаний арестованных по ГУГБ НКВД СССР». В одной из таких сводок, в частности, сообщалось о связях Третьякова по антисоветской работе с участниками военного заговора, в числе которых был назван «Минов — начальник планерного отдела Центрального совета Осоавиахима СССР». С арестом комбрига Минова органы не торопились до поры  до времени. Имелись ли в ГУГБ НКВД СССР планы относительно ареста Мошковского — неизвестно. Яков Давидович вскоре сам избавил органы от забот о собственной персоне. Во время показательного прыжка на Химкинское водохранилище Мошковский благополучно снижался под куполом парашюта к воде. Оставались секунды до приводнения, когда сильный порыв ветра снёс парашютиста на берег. От удара о борт грузовика Мошковский получил травму черепа. Через сутки он скончался, не приходя в сознание.

В газете «Правда» 28 июля 1939 года появилось краткое сообщение о гибели при исполнении служебных обязанностей начальника спортивного отдела Управления авиации Осоавиахима СССР майора тов. Мошковского Якова Давидовича. Он погиб в возрасте 34 года, завершив 502-й прыжок с парашютом. После смерти Мошковского комбригу Леониду Григорьевичу Минову недолго оставалось жить на свободе. Добрались и до него ретивые исполнители указаний Сталина о ликвидации участников «предательской контрреволюционной военной фашистской организации, которая, проводила подлую, подрывную вредительскую и шпионскую работу в Красной Армии».

Срок, к которому приговорили Минова Л.Г., включал семь лет отбывания наказания в лагерях, плюс семь лет ссылки. Сначала был пересыльный лагерь на Печоре, затем лагпункт Сыня в республике Коми и, наконец, спецэнергопоезд управления «Печоржелдорстрой», входившего в систему Северного железнодорожного исправительно-трудового лагеря. На Севере с Миновым крепко подружился Михаил Григорович, также осуждённый по 58-й статье. Из неопубликованных воспоминаний Григоровича можно получить некоторое представление о годах, проведённых ими в лагерях и ссылке. «В начале 1940-х в Сыне находились лагпункты (колонны) Севжелдорлага, заключенные строили Северо-Печорскую железную дорогу. Колонна, на которую нас перебросили, занималась строительством железнодорожного моста через реку Сыня. Между лагерем и мостом был земляной карьер, из которого мы возили тачками и носили на носилках грунт на подходные насыпи к строящемуся мосту. Грунт был глинистый, сильно промерзший и разрабатывался вручную очень тяжело. Нормы мы не выполняли и получали хлеба по 400-500 граммов. Этот период был очень трудным, вероятно, самым трудным за время нашего совместного с Л.Г. пребывания на Севере».

29 августа 1941 г. Народный комиссар обороны СССР Сталин назначил первым командующим воздушно-десантными войсками Красной Армии генерал-майора Глазунова Василия Ивановича. В тот же день он утвердил «Положение о воздушно-десантных войсках Красной Армии». Тем временем первый советский парашютист Минов Л.Г., один из 66 926 заключённых организации почтовый ящик 219, прокладывал путь на линии ж.д. Печора-Воркута. Далее из воспоминаний Григоровича выясняется, что даже в условиях режимного лагеря находились люди, стремившиеся протянуть руку помощи заключённым. Для Минова и Григоровича таким человеком стал Л.Д.Лукацкий, начальник отдела в управлении «Печоржелдорстрой». Он добился перевода обоих друзей в обслугу энергопоезда. С той поры они, по сути расконвоированные, пользовались относительной свободой. Небольшой энергопоезд обеспечивал электричеством отдалённые строительные объекты. Его обслуживающий персонал жил своей  автономной жизнью. По убеждению Григоровича, он обязан Минову тем, что уцелел в заключении, а оба они высоко оценивали роль Лукацкого в своей лагерной судьбе. Много лет спустя, встречаясь с Григоровичем в Москве, Минов тепло вспоминал Леонида Давыдовича, называл его «нашим ангелом-хранителем». В 1946 году Григорович вышел на свободу. 15 февраля он навестил своего друга Леонида Григорьевича Минова, находившегося на излечении в больнице районного городка Абезь. Прощаясь с другом, Минов подарил ему небольшую лирическую новеллу, написанную в заключении. Тогда они вряд ли надеялись встретиться когда-нибудь. Леониду Григорьевичу предстояло тянуть лямку зэка, а затем ссыльного ещё десять лет.

И всё-таки встреча состоялась. И не одна. Друзья  ездили друг к другу в гости то в Карелию, где жил Григорович, то в Москву, к Леониду Григорьевичу и его супруге Анне Яковлевне.  

Последние годы жизни полковник в отставке Леонид Григорьевич Минов посвятил пропаганде авиационных видов спорта.

Он умер в 1978 г., в год своего 80-летия.

Владислав КАЦ, Нетания

http://Isrageo.org

Об авторе

Редакция сайта
Одна звездаДве звездыТри звездыЧетыре звездыПять звёзд (ещё не оценено)
Загрузка...

Оставить комментарий

Войти с помощью: 

Notice: Unknown: failed to delete and flush buffer. No buffer to delete or flush in Unknown on line 0