Надежда

0

Нельзя сказать, что нашу гостью «жизнь балует»… Не знаю, выдержала бы она свои испытания без общества Создателя.

Это общество по ошибке называют «верой» и думают, что за словом сиим — некоторое доверие, некритичное принятие того, что сам не можешь пережить и ощутить,- с чужих слов и опыта. А это — совсем не так. Вера отличена от знания не отсутствием надёжности и достоверности — но лишь тем, что она соприкасается с чем-то таким огромным, что трудно обозначить и назвать. Зато — она раздвигает горизонт и дарит надежду. Веру можно определить как «душевное знание». А поскольку настоящая поэзия — это и есть почти безнадёжная попытка назвать и подарить своё душевное знание — то говорить о вере всего проще на поэтическом языке.         Умолкаю, дальше вы все прочитаете.

Шлите нам стихи на майл: ayudasin@gmail.com

Софья Речестер

Незажженные свечи

Они мой тяготили взор,

В смущенье душу повергая,

И были, как немой укор,

Стыдом меня насквозь пронзая.

Чем я проступок искуплю,

Вину свою осознавая,

Но свечи эти я зажгу,

Как свет утраченного рая.

 

Птица, у которой не было голоса

 

Птица, у которой не было голоса,

Птица рвалась песню петь,

Но думала, что у неё нет голоса.

И слышит она, как один человек говорит:

«Вот глух я,

И целый мир для меня, будто мёртвый.

И не слышу я ни пения птиц,

Ни шума моря, ни голоса жены моей.»

А другой человек отвечает:

«Ну, чего этот жалобщик ноет!?

Ведь у него есть зрение!

Для меня же мир — закрытая книга.

И не знаю я, что такое восход и закат,

И цветущее дерево…»

И ответил им третий, что слушал беседу,

Что сидел в инвалидной коляске:

«Вот, я могу и слышать, и видеть,

А ноги мои не действуют с детства.

Как бы я хотел побежать

В этот июньский дождик!»

И слушала птица беседу,

И головою в согласьи кивала.

А сама думала:

«Тот, Кто дарит нам зренье и слух,

Дарит Он и смех, и движенье, и голос.

Я же вижу, и слышу, и даже могу смеяться,

И могу полететь в летний дождик…

А голоса нет у меня» (так думала она)…

Но звучали мелодии в сердце,

И сердце переполнялось ими,

Звучаньем всех песен чудесных.

А голос был! Но только внутри! Внутри!

 

Два короля

 

Два короля сошлись к плечу плечо,

Не в шахматах, а в настоящей жизни.

Друг другу не уступят ни за что

И неизвестно, кому быть на тризне.

 

Один король — сияние в глазах,

Сын света горячо шептал молитвы.

Другой был — разрушение и страх.

Душа же оказалась полем битвы.

 

Вот так и мы, в сражении с собой,

И никуда нам от него не деться.

Идёт меж королями вечный бой,

Волною крови, на арене сердца.

 

         Весна

 

Днём весеннем, чудесной порою

Вдруг увижу, как в вышине

Исчезают печали печали гурьбою,

Пусть на миг, но подвластны весне.

Словно настежь открылось оконце

После зимнего, тяжкого сна,

И с улыбкой искрящейся солнца

Заживляет все раны весна.

 

         ***

Бывает, что душа моя

вдруг бродит, как вино,

Она зовёт меня в края,

Где не была давно.

И доведётся ль снова мне

Припасть к родным камням,

К моей единственной Стене —

Пусть Б-г решает сам.

 

***

Как часто в несуразности смешной

По жизни я бегу и спотыкаюсь.

Мне кажется, что вижу путь прямой,

А после от него же отрекаюсь.

 

***

Я обиду в себе не таю,

Я слезами её растворяю,

Со своею Душой говорю,

И она отвечает: «прощаю».

 

Остаюсь молодым

 

Седина, седина,

Как ты быстро пришла,

След от горя, печали, нежности дым.

И заснеженность гор

На виски мне легла,

Провела белой кистью

И стал я седым.

Ты пришла неожиданно

Зимнею ночью,

Когда сердце болело,

Внимая печалям своим.

Утром встал и увидел

Миндальную россыпь…

Вопреки всем печалям

Остаюсь молодым.

 

         Ночной разговор

 

«Почему не сказала ни слова ты Мне?»-

Б-г спросил из ночной тишины.

«Потому что в заботах я словно во сне,

Нет моей тут нисколько вины».

— «Это просто душевная вечная лень,

У тебя ни нашлось ни слова?».

И сказать, что в заботах была весь день,

Стало стыдно и больно снова.

«Разве Я не отец тебе на небесах

И не знаю, что в сердце творится?

Даже в эту минуту ты чувствуешь страх

И могла бы ко Мне обратиться.

Разве Я не отец твой на все времена?

Пусть не знает Меня плоть и кровь,

И в священном единстве Мои Имена:

Милосердье, Прощенье, Любовь.

Разве я не отец тебе, разве не царь,

усть Меня ты не видишь глазами?»

И пришли вдруг слова, что звучали и встарь,

Те, что были слышны небесами.

 

         Крупицы счастья

 

Крупицы счастья я ищу кругом

Как ищет путник, жаждою томим,

В палящий зной прохладный водоём

И дерево, чтоб отдохнуть под ним.

**

Крупицы счастья

Отыскать бы мне

И сквозь беду увидеть светлый лучик,-

И даже если нависают тучи,

Проглянет Б-жье солнце в вышине.

**

Тяжело говорить и внутри всё болит,

Словно прошлое в нас вороша…

Протянулась от сердца прозрачная нить —

И наполнилась песней душа.

**

Искусство жить не каждому дано:

Когда в житейском море

Хлещут волны,

И даже, если сердце горем полно —

Не умереть и не пойти на дно.

**

Свет Г-сподень так чист и так ярок!

И душа, хоть бывает больна —

Разве это не Б-жий подарок:

Видеть небо с утра из окна?

**

Есть минута, когда

Голос внутренний тих.

Еле-еле он слышен порою.

Ты почувствуешь святость

Творений Моих.

Целый мир наполняется Мною.

**

Тебе вот грустно,

А другому, может быть, ещё грустней.

Всегда кому-то в жизни хуже.

Года идут и многое становится ясней,

А круг друзей всё уже, уже.

**

Не стоит плохо думать обо всех,

Ведь всё же мало полностью бездушных.

Людей хороших не заметить — грех,

А в середине масса равнодушных.

**

Как любить эту жизнь,

Несмотря на жестокость и ложь,

Перевёрнутый мир,

Перепутаны чести понятья…

Но пришло от подруги посланье,

В котором слова как объятья…

Добротою согрета

Ты веришь, ты снова живёшь.

 

         Голос крови

 

Сквозь века мы бредём, гонимы,

Только дух мой всё тем же томим:

Это небо Иерусалима

Завладело сердцем моим.

Знаю я, никуда мне не деться,

И смотрю я в зовущую высь.

Голос крови со стуком сердца

Навсегда во мне переплелись.

 

***

Зеница ока для меня

Мой свет, Иерусалим;

И, яркою звездой горя,

Ты Г-сподом храним.

И смотришь ты в мои глаза

Глубинами веков.

Я знаю сердцем: лгать нельзя,

Нам мало нужно слов.

Из слёз, и радостей, и бед

Ты соткан в поднебесье,

Из всех чудес твоих побед

И сладостной «Песнь песней».

 

         Святой Земле

 

Всё мне снится: я вернулась домой,

С милым домом никогда не прощаюсь.

Подступает прохлада, полдневный зной,-

Возвращаюсь, навсегда возвращаюсь.

**

Есть дом покинутый,

Но в нём живёт наш дух,

Наш шёпот, смех и обострённый слух,

Луч солнечный, танцующий на шторах

И глубина беспечных разговоров.

**

Мне был неведом вкус её плодов

И Б-га о дожде я не просила.

Она во мне всходила сказкой снов,

Звала к себе и душу бередила.

Об авторе

Арье Юдасин

Нью-Йорк, США

Одна звездаДве звездыТри звездыЧетыре звездыПять звёзд (голосовало: 1, средняя оценка: 5,00 из 5)
Загрузка...

Оставить комментарий

Войти с помощью: 

Notice: Unknown: failed to delete and flush buffer. No buffer to delete or flush in Unknown on line 0