Самоослепление

Имеющий глаза – да увидит!

 

Чарльз Краутхаммер – по всеобщему признанию, самый влиятельный консервативный журналист в Америке. Недавно он отметил тридцатилетие своей творческой деятельности, итог которой он подвел новой книгой Things that Matter (Crown Forum, 2013) (что можно по смыслу перевести как «То, что важно») – подборкой статей, написанных на протяжении лет.

Телевизионный канал Fox News, где он регулярно выступает в качестве обозревателя, провел со своей звездой часовое интервью, в ходе которого обычно сдержанный доктор Краутхаммер (по профессии психиатр) рассказал интереснейшую историю своей жизни, в частности, подробности несчастного случая, пожизненно приковавшего его к инвалидной коляске, и обстоятельства, по воле случая позволившие ему раскрыть свое истинное призвание и променять белый халат врача на перо журналиста. Слушая этого необыкновенного человека, нельзя было не поражаться его мужеству, силе духа и, в особенности, интеллектуальной мощи. Тем сильнее резанул ухо диссонанс, неожиданно прозвучавший в его рассказе.

willskraut
Джордж Уилл и Чарльз Краутхаммер

Доктор Краутхаммер рассказывал о том, как в январе 2009 года, за неделю до инаугурации, новоизбранный президент Барак Обама неожиданно для всех пригласил себя на встречу с группой наиболее видных журналистов консервативного направления. До начала встречи, состоявшейся в доме гранда правой журналистики, светского льва Джорджа Уилла, Краутхаммер и Уилл дивились по поводу того, как мало известно о мировоззрении нового главы американского государства и правительства.

«Кто он – демократ центристского толка, который будет изредка бросать кости левым, или же левак, который будет изредка бросать кости центру?» – недоумевал доктор Краутхаммер. Джордж Уилл вторил ему, уподобив 44-го президента США тесту Роршаха (психодиагностический тест для исследования личности, при котором испытуемому предлагается дать интерпретацию десяти чернильных пятен – стимулов для свободных ассоциаций). Дескать, каждый видит в Обаме то, что ему хочется видеть.

Суаре длилось три часа. По окончании встречи журналисты согласились в том, что их собеседник привлекательный и обаятельный человек, но ни на йоту не приблизились к разгадке тайны его личности. И только спустя пять недель, слушая первую речь президента о состоянии государственных дел с изложением его грандиозных планов переустройства Америки, доктор Краутхаммер с изумлением осознал, что новый обитатель Белого Дома – пламенный социалист.

Что ж, лучше поздно, чем никогда. Непонятно, впрочем, почему ему понадобилось для этого столько времени. Неужто Обама действительно был настолько непроницаем, что никому не было дано прочесть его потаенные мысли? Дали ли себе труд Чарльз Краутхаммер, Джордж Уилл и другие консервативные властители дум, очарованные Обамой, следить за ходом предвыборной кампании и слушать, что говорит эта «обаяшка»?

А если следили, как могли они не заметить многочисленных признаков того, что Барак Обама – крайне левый радикал? Известная поговорка гласит, что прошлое – пролог будущего, а прошлое Обамы содержит более чем достаточно свидетельств его истинного идеологического обличья. Можно ли было не понять значения длительной связи Обамы с пастором Джеремайей Райтом, которого Обама почтительно называл своим другом и наставником, близким человеком, который обвенчал Барака и Мишель Обаму и крестил их дочерей? В течение двух десятилетий Обама прилежно посещал службы в Объединенной церкви Христа и вместе со всеми прихожанами восторженно аплодировал огнедышащим проповедям пастора Райта, буквально исходившего бешеной злобой и ненавистью к Америке. Можно ли было поверить, что при этом Обама ни разу не слышал из его уст ни единого дурного слова о своей стране, как он утверждал, будучи кандидатом на предвыборной тропе?

Неужели можно было не распознать достаточно прозрачную угрозу в филадельфийской речи Обамы, якобы предназначенной «объяснить» его долголетние связи с этим ведущим адептом теологии негритянского освобождения (винегрета из марксизма и негритянского сепаратизма). В этой речи Обама как бы отмежевался от наиболее вопиющих речений Райта вроде «Благодарение Богу, 11 сентября 2001 года Америка получила по заслугам!» или «Покарай, Боже, Америку!», но его истинная цель заключалась в том, чтобы запугать своих  оппонентов и предостеречь их, что любое упоминание имени Джеремайи Райта в дальнейшем будет расцениваться как расистская вылазка.

И, кстати, мог ли кто-нибудь пропустить упоительное зрелище унижения супругов Клинтонов, которых Обама вымазал в грязи обвинениями в расизме, а этим признанным мастерам расистской демагогии только и оставалось, что исходить бессильной яростью? Они не могли позволить себе бросить вызов чернокожему оппоненту на расовом поле с риском оттолкнуть от себя негритянский электорат, без поддержки которого у демократов нет шансов на выборах. Так и пришлось им проглотить унижение и затаить злобу.

Неужели кто-нибудь поверил лживым заверениям Обамы в том, что он едва шапочно знаком с коммунистом и нераскаявшимся террористом Биллом Эйрсом («А… это тот, который живет в нашем районе»), вопреки многочисленным свидетельствам того, что они давние друзья и соратники вплоть до того, что Обама впервые ступил на политическую стезю не где-нибудь, а в гостиной Билла Эйрса, собравшего у себя цвет радикального Чикаго, чтобы представить молодого, честолюбивого политика и собрать пожертвования в фонд его предвыборной кампании.

Ну, а если косвенных свидетельств все же было недостаточно, чтобы составить представление о том, каких взглядов придерживается кандидат в президенты от Демократической партии, почему было не положиться на слова уж совсем непогрешимого источника – самого Барака Обамы? Он был настолько уверен в своей неуязвимости, что время от времени позволял маске умеренного и разумного центриста соскользнуть и обнажить его истинное лицо.

Можно ли забыть, как на встрече с группой радикальных богачей в Сан-Франциско Обама обещал уничтожить угольную промышленность ценой резкого повышения тарифов на электроэнергию? Можно ли забыть, как он прочитал нотацию слесарю-сантехнику Джо на тему о том, что «достоянием надо делиться»? Можно ли забыть, как он поведал остолбеневшему от изумления интервьюеру Чарли Гибсону из телекомпании АВС свой план поднять налог на доход от прироста капитала с нынешних 15% до 28% потому, что того требует «социальная справедливость» – и плевать, что от этого пострадает экономика? Можно ли было превратно истолковать обещание Обамы «радикально преобразовать» Америку – лучшую страну на свете, как успокаивал избирателей на предвыборной тропе кандидат Обама? (Спрашивается, зачем преобразовывать лучшую страну на свете, да еще радикально?)

Короче говоря, Барак Обама только лишь не кричал во все горло и на всех углах, что он крайне левый радикал, верный последователь революционного гуру Сола Алински, посвятившего Сатане свою книгу «Катехизис радикала». Миллионам рядовых американцев не составило труда распознать его истинную сущность, а вот интеллектуалов, в том числе самых видных консервативных властителей дум, поразила слепота.

Я уже не говорю про Дэвида Брукса, который, глядя на идеально отглаженную стрелку на брючинах кандидата Обамы, заключил, что «этот человек будет президентом, причем замечательным президентом» (следует полагать, что это новая модификация гадания на кофейной гуще – назовем это «гаданием на штанах»). Брукс занимает шесток номинального консервативного обозревателя в газете «Нью-Йорк таймс», он варится в самой гуще либеральной среды и вольно или невольно должен приноравливаться к магистральным течениям левой мысли. Но как объяснить заблуждение Чарльза Краутхаммера и Джорджа Уилла? Как случилось, что этим высоколобым интеллектуалам оказалось не под силу понять то, что с легкостью осознал простой слесарь из Огайо?

«Имеющий уши – да услышит! Имеющий глаза – да увидит!», говорится в Священном Писании. Но тот, кто зажмуривается, не видит; тот, кто затыкает уши, не слышит. Именно это и произошло с ведущими светочами американской правой интеллигенции: они отвернулись от правды, они не пожелали ее знать. Почему?

Мне представляется несомненным, что они были подхвачены волной энтузиазма, которая внесла Барака Обаму в Белый Дом. Обама поверг интеллигенцию в пароксизм неподобного восторга: импозантный молодой мужчина со звучным, красивым голосом; «чистый и речистый», похвалил его сенатор Джо Байден, «лишенный этого уличного негритянского акцента», восторгался другой сенатор – Гарри Рид. Выпускник «правильных» учебных заведений: Оксидентал-колледжа, Колумбийского университета, Юридической школы Гарварда! Исторический президент – первый чернокожий глава американского государства и правительства! Конец расовому антагонизму! Проголосовав за Обаму, американский народ воочию доказал, что с расизмом покончено навсегда! Пришествие «великого объединителя» Обамы возвещает наступление эры полной расовой гармонии и всеобщего счастья! Ликуй, Исайя! Можно ли было не захмелеть от такой пьянящей перспективы?

Почитатели нового кумира предпочли не заметить, что его прошлое наглухо закрыто от любопытных глаз – абсолютно все, начиная со свидетельства о рождении и кончая списком его клиентов в бытность Обамы служащим юридической фирмы. Но разве влюбленный интересуется трудовой книжкой предмета своего обожания, разве он требует от нее доказательств того, что она думала и говорила по тому или иному поводу? Любовь слепа!

Тем более, что интересоваться прошлым Барака Обамы или проявлять малейший негативизм по отношению к новому президенту было весьма чревато. Любое, самое невинное критическое замечание в адрес Обамы, сколь бы оправданно оно ни было, грозило дерзкому самыми серьезными последствиями: несмываемым клеймом расиста и остракизмом. Несомненно, сыграл свою роль и классовый инстинкт. «Мы с вами одной крови – вы и я». Этой фразой из «Маугли» Киплинга достаточно точно описывается самоощущение консервативных интеллектуалов в отношении их места в светском обществе. Они смотрят на своих единомышленников «из простых» сверху вниз.

Проиллюстрирую это смелое утверждение на простом примере. В 1998 году бывший уполномоченный ФБР по Белому Дому Гэри Олдрич выпустил сенсационную книгу «Неограниченный доступ» (Unlimited Access) с подробным описанием скандальных нравов, царивших в администрации Клинтона. Книга, выпущенная на гребне скандала вокруг шашней президента с Моникой Левински, произвела эффект разорвавшейся бомбы. Автора пригласили на воскресную передачу Коки Робертс и Сэма Доналдсона телевизионного канала АВС. Кроме ведущих, в программе принимал участие их постоянный гость Джордж Уилл (тот самый).

Книга Олдрича наполнена ужасающими описаниями разврата, воцарившегося в Белом доме с приходом Билла Клинтона, который превратил официальную резиденцию главы американского государства и правительства в подлинный вертеп. Но ведущих программы ABC совершенно не интересовали многие десятки документированных и подтвержденных показаниями очевидцев «пикантных» эпизодов – они всецело сосредоточились на рассказе о том, как Клинтона тайно возили на оргии в отель неподалеку от Белого дома, укрыв его одеялом на заднем сидении машины, чтобы скрыть его от охраны.

Это единственный ничем не подтвержденный эпизод во всей книге объемом 270 страниц. Однако Гэри Олдрич счел его настолько характерным для повадок 42-го президента США, настолько органически вплетавшимся в летопись его похождений, что он решил привести эту историю, добросовестно оговорившись, что не может ее документально подтвердить. Этим и воспользовались ведущие программы. Они принялись терзать незадачливого фэбээровца, откровенно издеваясь над ним – дескать, если он приводит ничем не подтвержденный слух, как можно доверять остальным описаниям в его книге, и, стало быть, грош ей цена. Причем особенно усердствовал «консервативный» Джордж Уилл. В его ядовитых вопросах сквозило откровенное классовое презрение к автору: мол, куда прешь, смерд, куда лезешь с суконным рылом в калашный ряд?!

Консервативным представителям столичной элиты невыносима сама мысль о том, что их могут отлучить от общества и причислить к «немытым смердам», которые в своей звериной ненависти к «непохожим на них людям» (как прозрачно выражался сам Обама) не желают вручить кредит доверия историческому чернокожему президенту. Кому улыбается такая перспектива?! Нет, все, что угодно, но только не это!

Не менее, если не более важным достоинством Барака Обамы в глазах интеллигенции, в том числе и консервативной, был тот факт, что в его послужном списке числилось авторство книги «Мечты, унаследованные мной от отца» (Dreams from my Father). Интеллектуалы, в том числе и консервативные, не могли прийти в себя от восторга: наконец-то в Белом доме обосновался «наш человек», истинный интеллектуал, даровитый писатель, автор самых талантливых мемуаров, когда-либо написанных президентом США, превосходящих даже прославленные мемуары Улисса Гранта! Было от чего впасть в полуобморочное состояние от экстаза.

(Им было невдомек, что новый президент, по всей вероятности, имел лишь косвенное отношение к повергшему их в неподобный восторг произведению, действительно талантливо написанному. В блестящем литературоведческом исследовании «Деконструируя Обаму» (Deconstructing Obama) Джек Кэшилл убедительно доказал, что истинным автором прославившей нового президента книги был не кто иной, как «тот, который живет в нашем районе» – террорист Билл Эйрс. Но тогда этого никто не подозревал, поэтому отнесемся снисходительно к заблуждению интеллигенции.)

И наконец, консервативных журналистов, которых обхаживал Обама, несомненно, подкупило то, что к ним с подчеркнутым уважением относится сам президент страны, что он доискивается их общества и внимательно прислушивается к их мнениям. Что может быть приятнее для самолюбия пишущей братии? Что может быть более весомым доказательством их высокого положения в вашингтонском свете, среди властителей дум американского общества? Нужно было быть мизантропом, страдающим манией преследования, чтобы не поддаться общему порыву энтузиазма, подхватившему американское общество.

Слесарю Джо из Огайо не составило труда разобраться в том, что представляет из себя Барак Обама, но это оказалось не под силу консервативным интеллектуалам, попавшимся на обамовскую удочку. Они, по-видимому, убедили себя в том, что бьющие в глаза свидетельства радикализма кандидата в президенты, слишком очевидные, чтобы можно было их не заметить, – не более чем обычная политическая игра, и что как только он успешно минует рифы предвыборной кампании и обоснуется в Белом Доме, Обама грянется оземь, предстанет пред всем светом в обличье нового Рональда Рейгана и уверенной рукой поведет страну к сияющим вершинам. Они жаждали верить, и если факты не соответствуют теории, тем хуже для фактов, как их учил Гегель. Если даже высоколобые интеллектуалы вроде Уилла и Краутхаммера – а в умственных способностях им никак не откажешь –впали в самоослепление, чего же ждать от людей попроще?!

Впрочем, как раз многие простые люди быстро поняли, что представляет собой новый президент. Но у простых людей – простое, незатейливое восприятие: вижу то, что вижу; их путеводная звезда – здравый смысл. А вот изощренные интеллектуалы обладают способностью приносить здравый смысл в жертву политической моде. Они пользуются своим нередко внушительным умственным инструментарием для объяснения и оправдания своих заблуждений, пропуская информацию через фильтры модных поветрий и лишь укрепляясь в своих иллюзиях. При этом им часто приходится совершать буквально чудеса умственной эквилибристики, чтобы убедить себя в правдивости лжи. Как писал Джордж Оруэлл, не понаслышке знакомый с образом мыслей левой интеллигенции, «Нужно быть интеллектуалом, чтобы поверить в такую чепуху. Ни один простой человек не может быть таким дураком».

icon  Автор — Виктор Вольский

Источник

 

 

 

Оцените пост

Одна звездаДве звездыТри звездыЧетыре звездыПять звёзд (голосовало: 15, средняя оценка: 4,73 из 5)
Загрузка...

Поделиться

Автор Блог новостей из Иерусалима

Израиль
Все публикации этого автора

3 комментариев к “Самоослепление

  1. Автор этого «коллажа» называет себя «Источник», стыдливо забывая добавить «лжи».
    «Источник лжи» — вот творческое кредо и одновременно alter ego Виктора Вольского, благодаря творческим потугам которого и появилось это литературное испражнение. === Б.К.

      1. Прав. Еще как прав! === Б.К. === P.S. Разве что слово «коллаж» следовало написать через «а».

Обсуждение закрыто.