ПОЧЕМУ ТРЕБОВАНИЕ ВЕРНУТЬ ТЕЛА ПОГИБШИХ в ГАЗЕ БОЙЦОВ: Шауля Орена и Адара Гольдина. – ЭТО БОРЬБА за ИЗРАИЛЬ?
«… Я с грустью осознаю, что Израиль изменился. В нем стал править бал эгоизм, мы утратили наши базовые национальные ценности, и, прежде всего, – убеждение в том, что все евреи ответственны друг за друга, что боль каждого — боль всех. А ведь именно это обеспечивало выживание нашего народа на протяжении всех тысячелетий его истории. Потому борьба за возвращение Адара мне видится еще и борьбой за возвращение общества к нашим моральным ценностям. Это — борьба за Израиль» (Лея Гольдин).
Сегодня, на наших глазах разворачивается очередной апофигей «доброй воли», который уже обсуждается в СМИ, хотя внимание прессы сосредотачивается не на отношении к этой афере Израиля, а на требованиях Хамаса, который, удерживая в течение почти 6 лет тела погибших воинов Израиля (Адара Гольдина и Шауля Орена ז»ל) , уже изготовился выдать их в ответ на освобождение живых 250 арабских террористов, причем первой «порцией» бандитов должны стать 55 самых матерых «активистов» Хамаса. Таковы требования со стороны Хамаса. Его «шансы на успех сделки с Израилем растут с каждым днем». Этому способствует и катастрофа заражения коронавирусом, и рождение Правительства Национального Единства. Оба обстоятельства легко соединяются с привычной для нашей власти жаждой жестов «доброй воли» и капитуляцией перед террористами. http://newsru.co.il/mideast/23apr2020/hamas_203.html?fbclid=IwAR3Dxl2KXwWVaTIVZthouisoIiW0hK6HFhOnBA6s7ynQGFLUSH1aaf0T2oo)
Новая ситуация требует от нас, прежде всего, правовой грамотности, и, следовательно, нуждается в дополнительном объяснении.
1.Время прекращения огня
Лейтенант Адар Гольдин погиб 1 августа 2014 года в ходе операции «Нерушимая скала», однако убили его не в бою, а во время прекращения огня, инициированного по просьбе Хамаса в т.н. гуманитарных целях тогдашним генсеком ООН Пан Ги Муном и госсекретарем США Джоном Керри под их гарантии: Хамас не является субъектом международного права, это не государство, а бандформирование; с бандитами не принято заключать какие-либо соглашения, — вот почему Хамасу понадобились внешние гарантии, и они были получены на самом высоком уровне. Израиль, как суверенное государство, объявил прекращение боевых действий на 72 часа. Ровно через 2 часа и 5 минут (соглашение вступило в силу в 7 утра), в полной тишине Хамас неожиданно атаковал группу солдат АОИ у выхода из диверсионного тоннеля в Рафиахе. Погибли на месте командир спецназа бригады «Гивати» капитан Банайя Сарель и сержант Лиэль Гидеони, а тело лейтенанта Адара Гольдина, отступая в тоннель, боевики захватили с собой. 
Для спасения Адара был направлен отряд спецназа, в который входил Цур Гольдин, брат-близнец Адара. Наши ребята, которым удавалось вынести из-под огня противника не только израильских солдат, но и порядка 40 раненых т.н. палестинцев, использованных Хамасом в качестве «живого щита», а потом брошенных под перекрестный огонь, — не смогли спасти Адара, вдобавок, командование запретило солдатам «Гивати» далеко углубляться в тоннель, опасаясь засады. Потом по следу пошли бойцы спецназа Генштаба «Сайерет маткаль» и «Эйтана» — спецподразделения по поиску пропавших без вести солдат. Они засвидетельствовали: «лейтенант Гольдин «не может быть жив».
2. Статус погибшего воина или пленника Хамаса?
С самого начала семье Адара был дан выбор: признать сына находящимся в плену или считать его погибшим до того, как они получили его тело для достойных похорон, чтобы не дать врагам праздновать победу и избавить Израиль от необходимости платить непомерную цену за плененного воина.
«Благодаря этому не было гнусного торга на трупах, который так любят вести террористы, не было ажиотажа в израильском обществе по поводу неизвестной судьбы пропавшего солдата, давления на правительство с требованием уступок Хамасу», то есть не было никакого рецидива ситуации Гольдвассера и Регева: В.Бейдер Казус Голдиных. http://www.newswe.com/index.php?go=Pages&in=print&id=10495
Отныне Гольдины считались «семьей погибшего солдата», однако через два года родители узнали, что их обманывали: по принятому положению, если военнослужащий погиб на вражеской территории и враг удерживает его тело, он не считается погибшим, а находящимся в плену — до тех пор, пока живым или мертвым не будет возвращен на еврейскую землю. Адар и Шауль находятся в плену, а значит, государство ОБЯЗАНО вести переговоры через посредников, задействовать международные организации и т.д. — то есть делать все для вызволения бойцов: в их случае ничего этого сделано не было.
הועדה לבקורת המדינה
בעניין צוק איתן
כנסת
С 2016 года статус Адара был изменен с «погибшего военнослужащего, чье место захоронения неизвестно» на «военнопленного», и его семья получила возможность бороться за возвращение его останков, используя все возможные рычаги. Однако никакие попытки воздействовать на правительство и премьер-министра — абсолютно никакого результата не принесли. Лея Гольдин спросила премьера, почему в качестве условия прекращения огня он не выставил требование вернуть домой Адара и Шауля, и тот ответил, что «достиг соглашения без всяких условий с обеих сторон». («Это, по-вашему, достижение?!»- Лея Гольдин) Затем Нетанияѓу пообещал, что не будет урегулирования с Хамасом без решения вопроса о возвращении тел погибших. А.Либерман, как минобороны, от встречи с семьей Адара Гольдина отказался.
(Подробнее: П.Люкимсон https://www.isrageo.com/2019/12/08/goldin)«Новости недели».
Итак, Адар Гольдин был убит во время гарантированного ООН прекращения огня, однако Израиль, который должен был занять самую жесткую позицию по отношению к Хамасу, — не идти ни на какие уступки и послабления до тех пор, пока не вернет наших пленных, (это вполне соответствует международному праву*), — закрыл на все нарушения глаза: мы по-прежнему передаем Хамасу тела убитых террористов, оказываем сектору Газы, а по сути — Хамасу — гуманитарную помощь, мы разрешаем Катару переводить им миллионы долларов ежемесячно. 11 июня 2019 СБ ООН принял резолюцию №2474*, согласно которой при любом завершении вооруженного конфликта перед тем, как подписывается соответствующее соглашение, стороны обязаны вернуть погибших и пропавших без вести), поэтому никакая (в т.ч. гуманитарная) помощь не может оказываться стороне, удерживающей военнопленных.
Заметим, что эта резолюция была принята, по инициативе Катара, тысячи граждан которого оказались в плену. Когда родители А.Гольдина стали бороться за возвращение сына на «международном уровне», они встретились с представителем Катара и потребовали от него, в соответствии с международным правом, не переводить в Газу денежную помощь. «Но ваше правительство никак не увязывает эти вещи и не обращается к нам с подобной просьбой», — услышали они в ответ. В итоге: Адар и Шауль находятся в руках Хамаса, а мы продолжаем оказывать Газе всевозможную помощь, нарушая международное право.
3.По понятиям?Или по праву и справедливости?
Если Решение ООН для Хамаса не указ, то государства–доноры палестинцев его игнорировать не могут.
Благодаря резолюции Совбеза и позиции генсека ООН, призвавшего связывать оказание гуманитарной помощи сектору Газы с поведением его властей в отношении возврата пленников, – ответственность за них возлагается на государства. Это, по мнению Симхи Гольдина,отца погибшего Адара, принципиальная перемена, и она внушает семьям надежду.
«Но как можно требовать от государств-доноров санкций в гуманитарной сфере и заставить Хамас вернуть захваченных, если мы сами не делаем этого» — отец Адара Симха Гольдин. Едва родители погибших воинов заговаривают на эту тему, они слышат рассуждения о цене, которую придется нам заплатить: голод в Газе, гуманитарная катастрофа, людские потери. «Тем самым мы говорим на языке террористов, по их бандитским «понятиям», а не на юридическом языке. Таковы привычные аргументы, и, если мы их принимаем, – то попадаем в расставленную ими же ловушку, ибо голод, безработица, экономический и экологический коллапс в секторе – целиком заслуга Хамаса. Не будет его – не будет и гуманитарного кризиса.
Нам незачем заботиться о поддержании власти террористов в Газе, а это именно то, что мы делаем сейчас».
Все наши требования к террористам, объясняет профессор С.Гольдин, сводятся к тому, что они НЕ должны делать: «Не обстреливайте!», «Не устраивайте терактов!», «Не запускайте шары-поджигатели!», «Не штурмуйте заградительный забор!» И нет ни одного требования того, что они обязаны делать. Однако это верно до тех пор, пока у них в руках не оказывается еврей, израильтянин, тем более, – израильский солдат. Тогда положение меняется.
Захват террористами нашего заложника должен сделать их самих заложниками ситуации, которую они создали. Она становится чрезвычайной. Это состояние войны. И здесь другие правила общения. В случае захвата заложника, мы говорим террористам: «Ребята, вы попали!» – и превращаем их жизнь в кошмар. Возвращение захваченных солдат есть условие существования террористического анклава: пока заложники у них, – жизнь в секторе обязана стать невыносимой: прекращаются бесперебойные поставки необходимого: ни продовольствия, ни горючего, ни электричества, ни материалов, ни медикаментов, ни денег, ни гарантий неприкосновенности лидеров, пока заложники не будут возвращены.
Отменяется регулярный перевод катарских денег (начали с $15 млн. в месяц, дошло до $30); давняя идея армейских генералов и руководителей спецслужб – предоставлять работу в Израиле тысячам жителей Газы – (еще не реализована, но уже одобрена), – снимается с повестки дня. Все перечисленное – это наши подарки Хамасу, сделанные после того, как в руках террористического режима оказались тела двух солдат и двое душевнобольных гражданских лиц из Израиля.
Соглашение с ХАМАСом, о содержании которого нам ничего не известно, кроме того, что оно есть, было заключено без требования вернуть захваченных, а оно должно было стать первым условием его заключения.
Нарушен главный принцип международного права: никаких гуманитарных послаблений до освобождения заложников. Пока пленные не освобождены, состояние войны не прекращается, а значит, не может быть никаких гуманитарных мер по отношению к противнику.
Тактика и стратегия борьбы за возвращение.
В случае Гилада Шалита это была тактика освобождения – любой ценой – и серьезнейшего давления на правительство СМИ: власть выпустила на волю множество террористов, вернувшихся к террористической деятельности. Освобожденные террористы (например, вышедшие на свободу в результате двух сделок Раджуба) организовывали новые террористические организации, возглавляли интифады и уничтожали те слабые силы, которые были готовы на переговоры с Израилем.
Семьи Гольдиных-Орен выдвинули иную тактику: логичную, моральную и стратегически правильную: их кардинальное отличие от семей Гольдвассер и Регев в том, что родители Адара и Шауля выступают против освобождения террористов в обмен на тела своих родных (они считают совершившийся тогда акт освобождения более тысячи террористов с кровью на руках «АКТОМ БЕЗУМИЯ«).
Из-за капитуляции Израиля тела солдат превратились в стратегическую собственность Хамаса. Нынешнее правительство должно изменить ситуацию так, чтобы тела, которые бандформирование удерживает в своих руках, из стратегической ценности стали бы бременем Хамаса. Едва начнет действовать СИСТЕМА ЗАПРЕТА: запретить выдачу тел террористов, ограничить или запретить визиты родственников к заключенным террористам, урезать многочисленные поблажки, которые те получают в тюрьмах, использовать экономическое и другое давление на правительство Хамаса, – семьи террористов, да и сами террористы станут давить на руководство Хамаса, чтобы те вернули тела воинов.
И после того, как тела станут бременем, – Хамас вынужден будет согласиться обменять их на тела террористов, а не на освобождение из тюрем живых головорезов с кровью на руках. Если израильское правительство будет продолжать эту линию и дальше, стремление Хамаса к похищениям со временем снизится, а то и вовсе иссякнет. Такая позиция родителей Адара и Шауля достойна самого большого уважения и поддержки, а не беспочвенной критики: https://detaly.co.il/ura-semyam-goldin-i-shaul/ И.Харэль, ХаАрец.
Родители погибших солдат получили обещание вернуть сыновей от имени:
Главы правительства, и тогда это был Б.Нетанияѓу, минобороны — Буги Яалона, начальника Генштаба – Бени Ганца, главного раввина АОИ – Рафи Переца, членов кабинета безопасности – Н.Беннета и Я.Лапида.
Все они и сегодня претендуют на руководство страной, но за 6 лет не сделали ничего для освобождения Адара и Шауля, для восстановления нашей силы сдерживания.
Сила сдерживания – наше главное стратегическое оружие в борьбе с террором, и она иссякает с каждым днем пребывания пленников Израиля – мертвых и живых – в руках террористов, Гольдины пошли на беспрецедентный для родителей шаг. Они стали не только первой семьей похищенных солдат, согласившейся признать своего сына погибшим, но и первой (потом к ним присоединилась и семья Шауля Орен, тоже погибшего в операции «Нерушимая скала» и захваченного Хамасом), которая требует от правительства для освобождения тела своего сына не идти на уступки террористам, а наоборот, – усиливать давление на них (В.Бейдер).
По словам профессора С.Гольдина, он изложил эту концепцию премьер-министру, и тот согласился с ней. Однако все последующие шаги главы правительства в отношении Газы сделаны ровно в противоположном направлении.
История неразделенных властью мучений семьи Гольдиных и Орен – отражение равнодушия и трусости, характерных для политического и армейского руководства страны. Да и, в целом, израильского общества.
Нам чрезвычайно важно помнить об Адаре и Шауле, и нам необходимо, чтобы эта тема не сходила с повестки дня. Тогда, быть может, настанет день, когда они вернутся домой. «Пока наши дети не обретут покой в родной земле, обстрелы из сектора Газы будут продолжаться, и жителям юга не знать покоя. Хамас будет воевать с нами до тех пор, пока у него не останется никакого иного выхода, кроме как выполнить все наши требования»…
«А что касается организации демонстраций… Боюсь, люди на них просто не выйдут. Я с грустью осознаю, что Израиль изменился. В нем стал править бал эгоизм, мы утратили наши базовые национальные ценности, и, прежде всего – убеждение в том, что все евреи ответственны друг за друга, что боль каждого — боль всех. А ведь именно это обеспечивало выживание нашего народа на протяжении всех тысячелетий его истории.
Потому борьба за возвращение Адара мне видится еще и борьбой за возвращение общества к нашим моральным ценностям. Это — борьба за Израиль»(Лея Гольдин).
Мы не можем дать Власти никакого, даже наималейшего шанса для новых жестов «доброй воли» — нового «акта безумия».
Д-р Нат.Гельман, Иерусалим, 2020-04-27
Оцените пост
(голосовало: 11, средняя оценка: 5,00 из 5)
Загрузка...
