В окопах атеистов нет

Йом Кипур в Ираке

– Осенью 2004 года в Ираке было очень жарко, тем не менее я сообщил командиру, что собираюсь поститься в еврейский День прощения Йом Кипур, — рассказывает Кен молодым русскоязычным евреям, собравшимся в Еврейском Центре на Брайтоне. — Офицер отнесся ко мне с уважением, разрешил поститься и дал относительно легкое задание — охранять расположенную в пустыне базу морской пехоты. Если б я обратился к раввину, то он объяснил бы мне, что по законам Торы я освобожден от поста во время боевых действий и, более того, мне нельзя ослаблять себя постом, подвергая свою жизнь опасности. Однако в то время я мало что знал о законах Торы, но все равно хотел постом в Йом Кипур выразить свое еврейство…
Рос я в Бруклине, в семье выходцев из Санкт-Петербурга. Тогда у меня не было особого желания выражать свое еврейство, я и так был таким же «русским» евреем, как все. И если мой старший брат учился в иеши­ве, то я предпочел обычную городскую школу. Пережив потрясение 11 сентября, я решил, что после окончания школы пойду в американскую армию и буду защищать свою страну. Меня приняли в морскую пехоту, где я оказался единственным евреем в подразделении, в окружении ребят из южных штатов, многие из которых никогда до того не видели еврея и зачастую мыслили антисемитскими стереотипами. Вот тогда-то мне впервые захотелось не прятаться, а с гордостью выразить свое еврейство.
Все мы проходили очень жесткую боевую подготовку, включавшую в себя умение выживать в самых невероятных условиях. Но как бы ни готовился солдат к бою, какую бы физическую и психологическую подготовку ни проходил, тем не менее оказавшись на войне, он ощущает свою незащищенность и обращается с мольбой к Б-гу. В Ираке я понял фразу Уильяма Каммингса, который, пережив Первую мировую войну, писал, что «в окопах атеистов нет». Я и раньше постился в Йом Кипур, но тогда я впервые в жизни постился осознанно и просил Всевышнего о том, чтобы Он защитил меня, помог выжить на войне. Это был очень трудный пост, ведь я был в пустыне во время страшной жары. К четырем часам дня я так ослабел, что мог лишь сидеть с автоматом в руках. Однако я не нарушил поста, дождавшись окончания Йом Кипура.
Оборачиваясь назад, я могу сказать, что тот Йом Кипур был поворотным пунктом в моей жизни. Я начал постепенно соблюдать некоторые традиции, так, например, в Ираке я впервые решил не смешивать молочное с мясным. Вернувшись после службы домой, я понял, что в Бруклине мне будет очень трудно оставаться евреем. В армии я чувствовал себя евреем, соблюдая Йом Кипур, но в окружении моих ассимилированных еврейских друзей этого уже было недостаточно. Тогда я постепенно начал изучать Тору, у меня появились религиозные друзья, с которыми я проводил субботы. Окончив университет, я начал работать с подростками в еврейском центре, но чувствовал, что должен уделять больше времени изучению Торы. Вскоре я обратился к директору этого центра с просьбой дать мне отпуск для изучения Торы. Я собирался поехать в Израиль и поучиться год в иешиве, однако мне там очень понравилось, и я провел в иеши­ве два года. После возвращения в Бруклин я продолжаю работать в области еврейского образования и создаю еврейские образовательные программы для общины.
…В Йом Кипур еврей просит Всевышнего приблизить его к Себе, вернуть к Своему народу и Его Торе. Вынимаются все свитки Торы и уважаемые люди проносят их по синагоге, чтобы каждый еврей мог поцеловать Тору, попросить прощения за нарушение написанных в ней законов и попросить помощи Небес в возвращении к Всевышнему. После этого звучит торжественная и трогательная молитва «Кол Нидрей», во время которой многие проливают слезы. В этой молитве евреи просят отменить все обеты («кол нидрей»), которые были даны ими по ошибке. Однако мистический смысл этой молитвы заключается в просьбе о возвращении в Землю обетованную. После греха разведчиков, оговоривших Землю Израиля, Всевышний дал обет изгнания, отправив евреев блуждать сорок лет по синайской пустыне, что явилось пророческим символом всех будущих изгнаний нашего народа. Отменяя свои ненужные обеты, мы просим Всевышнего отменить и Свой обет изгнания и вернуть Свой народ в Землю обетованную. Не случайно Йом Кипур заканчивается словами: «На следующий год — в Иерусалиме!»

Оцените пост

Одна звездаДве звездыТри звездыЧетыре звездыПять звёзд (голосовало: 6, средняя оценка: 5,00 из 5)
Загрузка...

Поделиться

Автор Лев Кацин

Нью-Йорк, США
Все публикации этого автора

2 комментариев к “В окопах атеистов нет

  1. Лев,только два момента. 1. «в окопах нет атеистов»-можно интерпретировать и так:постоянная угроза гибели заставляет «хвататься за соломинку»,идёт перебор возмоных вариантов спасения,в том числе и фантастических.———2. О возможной интерпретации эпиззода с разведчиками я сообщал два раза в статьях,положенных редакцией под сукно,опираясь на текст»!Тора», под ред. проф. Г.Брановера, По тексту следует,,что Вс-вышний предупредил о том,что в стране живут великаны и пр. Тем не менее Моше в ответ на некоторые опасения народа предложил послать туда разведчиков! Разведчики подтвердили ранее полученню информацию..В чем же можно усмотреть клевету.корая,имей она место,действительно была бы грехом? Здесь скорееЭгрех самого Моше,который либо не смог убедить народ поверить гарантиям Б-га,либоЮчто хуже,заколебался сам..

  2. Лев,в окопах подпостоянной угрозой гибели «хватаются и за соломинку»

Обсуждение закрыто.