ЭСХАТОЛОГИЧЕСКИЕ БУДНИ «Ваихи»

Время, предшествующее Машиаху — это период перехода, когда законы одной формы существования сменяются законами другой формы. Комфортно находиться в утробе, не менее комфортно находиться также и в подходящей среде обитания, но пробиваться между этими мирами, то есть продвигаться по родовым путям, мучительно всем – и роженице и плоду!

Дурные предчувствия

В главе «Ваихи» приводятся благословения, данные Йаковом его сыновьям, которым предшествовало обещание открыть будущее: «И призвал Йаков сыновей своих, и сказал: соберитесь, и я возвещу вам, что случится с вами в последствии дней («беахарит аямим»). Сойдитесь и послушайте, сыны Йакова, и послушайте Израиля, отца вашего». (49:1-2)
Раши так комментирует слова «и я возвещу вам»: «Он желал раскрыть конец (срок конечного избавления), но Шехина устранилась от него, и он стал говорить другое».
Тем не менее, позже пророчества относительно последних дней все же прозвучали: «И будет, в последствии дней («беахарит аямим») утвердится гора дома Господня как вершина (всех) гор, и возвысится над холмами, и устремятся к ней все народы. И пойдут многие народы, и скажут: «давайте взойдем на гору Господню, в дом Бога Иакова, чтобы Он научил нас путям Своим и чтобы пошли мы стезями Его». Ибо из Цийона выйдет Тора и из Йерушалаима – слово Господне. И рассудит Он народы, и даст поучение многим народам; и перекуют они мечи свои на орала, и копья свои – на садовые ножницы; не поднимет народ на народ меча, и не будут более учиться воевать» (Иешайя 2:2).
Картина, как мы видим, радужная. Особенно на фоне многочисленных мрачных прозрений, которыми переполнены книги пророков, угрожающих Израилю бедствиями, если народ не прекратит отступничество.
Между тем в книгах пророков отсутствует одно предсказание, касающееся приближения «последних дней», которое весьма распространилось в конце периода второго Храма и вскоре после него, – и это ожидание полного морального разложения общества.
Действительно, в «последние дни» древнего мира, накануне средневековья, в пору, когда стала записываться Устная Тора, в нее были внесены следующие грозные предостережения:
«Перед приходом Мессии все государства погрязнут в неверии, и не будет упрека… Перед приходом Мессии умножится наглость людская, поднимутся цены, даст виноградник плоды, но вино будет дорого, ибо пьянство умножится и неверующих будет большинство… Перед приходом Мессии Дом Собрания станет домом разврата, Галилею порушат войны, мудрецов подвергнут позору, боящихся греха презирают, правда отсутствует, юноши стыдят старцев, пожилые встают перед молодыми, сын позорит отца, дочь восстает против матери, невестка против свекрови, враги человеку домашние его» (Сота, 49-б).
«Не придет Мессия, пока не сократится число учащих Тору, или пока не исчезнет последняя монета в кармане, или пока не отчаются ждать избавления, как сказано… Сказал рабби Йоханан: «Когда увидишь поколение, на которое беды льются рекой, — жди его!… Сказал рабби Ицхак «До той поры сын Давида не придет, доколе все страны не встанут на путь неверия» (Санэдрин, 97-а). «Сказал рабби Янай: Увидишь поколение за поколением бранящих и поносящих имя Бога, — жди шагов царя Мессии» (“Шир-Аширим”, гл. 2).» «Сказал рабби Леви: «Сын Давида придет при поколении наглом, достойном уничтожения. Сказал рабби Аба Бар-Каана: «Сын Давида придет при поколении, лицо которого подобно собачьему» (Мидраш “Шир — а-Ширим”, гл. 4).
Аналогичные высказывания звучали в ту пору также и в среде христиане: «Знай же, что в последние дни наступят времена тяжкие. Ибо люди будут самолюбивы, сребролюбивы, горды, надменны, злоречивы, родителям непокорны, неблагодарны, нечестивы, недружелюбны, непримирительны, клеветники, невоздержны, жестоки, не любящие добра, предатели, наглы, напыщенны, более сластолюбивы, нежели боголюбивы, имеющие вид благочестия, силы же его отрекшиеся» (2-е послание Павла к Тимофею 3:1-2).
Схожие предчувствия выражаются и в самом Евангелии: «ученики наедине спросили: скажи нам.., какой признак Твоего пришествия и кончины века? …. Восстанет народ на народ, и царство на царство… и тогда соблазнятся многие, и друг друга будут предавать, и возненавидят друг друга; и многие лжепророки восстанут, и прельстят многих; и, по причине умножения беззакония, во многих охладеет любовь» (Мф.24:3-12).
Но откуда были получены эти сведения, о которых в пророческих книгах не говорилось ни слова? Из какого источника черпались эти дурные предчувствия? Вопрос этот тем более интересен, что пророчество в ту пору считалось уже иссякшим.

Переходный период

Прежде всего, эти предсказания легко связать с подразделением истории на три периода, подразделением, восходящим к пророку Элияху. Как сказано: «Учили в доме учения Элияу: шесть тысяч лет существует мир. Две тысячи лет — Хаос, две тысячи лет — Тора, две тысячи лет — время Машиаха» («Авода зара» 99а).
В соответствии с хронологией, выводимой из сроков, указанных в масоретском тексте, мессианский период (4000 от сотворения мира) наступал в 240 году нашей эры.
Иными словами, как для иудеев, так и для христиан того периода – это предсказание-предчувствие касалось самого ближайшего будущего. Мессианская эра была при дверях; то, что приход Машиаха (для христиан его повторный приход) затянется на тысячелетия, никто не ожидал.
Это, во-первых, а во-вторых, ожидание катастроф, ожидание крушения всех устоев основывалось во многом на общих соображениях, на осознании переходного периода как кризисного.
Во всяком случае, Магараль в «Нецах Исраэль» (35) дает этим древним прогнозам именно такое объяснение. Выражение «хевлей машиах» обычно переводят как мессианские мучения, но можно истолковать это слово и как схватки, т.е. мучения связанные с родовыми муками.
Время предшествующее Машиаху, предшествующее моменту, когда «утвердится гора дома Господня как вершина (всех) гор» — это период перехода, когда законы одной формы существования сменяются законами другой формы. Комфортно находиться в утробе, не менее комфортно находиться также и в подходящей среде обитания, но пробиваться между этими мирами, то есть продвигаться по родовым путям, мучительно всем – и роженице и плоду!
Особенности предмессианской эры можно сравнить так же с особенностями переходного, подросткового периода. Покладистый благоразумный ребенок, достигнув известного возраста, вдруг начинает делать глупости, словно пьянея от обрушившейся на него «взрослой» жизни. Прежнее существование, строящееся на доверии старшим, прекращается, нового опыта взрослой жизни нет, и глупости совершаются подростком одна за другой. Пройдут годы, он придет в себя, станет взвешенным и адекватным, но до самой старости, с изумлением вспоминая те свои похождения, будет восклицать: «Грехов юности моей не поминай… Господи» (Теилим 25:7).
Безумства «переходного возраста» начались у человечества в 1-ю мировую войну, по завершении которой Швейцер писал: «Сейчас уже для всех очевидно, что самоуничтожение культуры идет полным ходом. Даже то, что еще уцелело от нее, ненадежно. Оно еще производит впечатление чего-то прочного, так как не испытало разрушительного давления извне, жертвой которого уже пало все другое…. Без борьбы и без шума культура постепенно пришла в упадок. Ее идеи отстали от времени; казалось, они слишком обессилили, чтобы идти с ним в ногу…».
За минувшее столетие кризис лишь усилился. Объединенная Европа деморализована и дезориентирована, США и Израиль – разорваны; Академия Запада и его «независимые» СМИ поражены социалистическим скудоумием, выдаваемый ими за «либерализм».
Как справедливо пишет Александр Иличевский: «Многое в нашей эпохе чудовищно, XX век, вероятно, похвалил бы своего последователя. Все сгнило в королевстве — зеркала, события, конфликты, противостояния и т.д. Я не хочу к этому иметь никакого отношения. Реально. Наотрез. Я не хочу и не собираюсь иметь мнение обо всем. И мне кажется это стремление — иметь позицию — не только добровольной сдачей. Я не принимаю, когда непременно нужно встать на ту или иную сторону. Иными словами — даже «чума на оба ваши дома» и «отсутствие выбора тоже выбор» — это не то, что я имею в виду. И не в усталости дело. Мир настолько стал плох, что не только нет веры ни во что, кроме человека и ситуации, но и понимаешь, что выеденного яйца не стоят твои усилия по разбору полетов».
Мне кажется, что все симптомы последних дней, названные еврейскими мудрецами и христианскими апостолами – в полном наличии. Можно ждать перемен.

Оцените пост

Одна звездаДве звездыТри звездыЧетыре звездыПять звёзд (голосовало: 1, средняя оценка: 5,00 из 5)
Загрузка...

Поделиться

Автор Арье Барац

Арье Барац — израильский литератор и публицист, автор художественных и религиозно-философских книг: «Два имени Единого Бога», «Там и всегда», «Теология дополнительности», «День шестой» и пр. Родился в 1952 году в Москве, окончил Медико-биологический факультет РГМУ. Изучал философию в семинарах Л. Черняка, В. Сильвестрова, В. Библера. С 1993 по 1996 обучался в Иерусалимской йешиве «Бейт-мораша». С 1992 проживает в Израиле, где с момента приезда сотрудничал с газетой «Вести». С 1999 по 2018 год вел в этой газете еженедельную религиозно-философскую рубрику.
Все публикации этого автора