ДУХОВНЫЙ РОСТ

608_32_01

Наша недельная глава открывает вторую книгу Пятикнижия, книгу Исхода, главной темой которой является Исход евреев из египетского рабства. Нас будет интересовать не только канва сюжета, не только факты нашей древней истории, но и пророческие символы Торы, обращенные в будущее к каждому поколению, к каждому из нас.

Каковы духовные механизмы порабощения нации и преодоления рабства, и, что не менее важно, в чем суть духовного раскрепощения личности?

Моисей — не только лидер еврейского народа, возглавивший борьбу за Исход евреев из Египта тридцать три столетия назад. Моисей также символ явления, с которого начинается повествование об Исходе. Казалось, что Моисей должен был разделить судьбу всех еврейских детей того времени. Приказ Фараона об уничтожении новорожденных еврейских мальчиков не оставлял ему никаких шансов выжить. Однако старшая сестра Моисея Мирьям проявляет героические усилия для спасения брата. Она кладет трехмесячного младенца в корзинку и бросает его в воды Нила и неотступно наблюдает до тех пор, пока эта корзинка не оказывается у берега в бамбуковых тростниках. Дочь Фараона, услышав голос плачущего ребенка, достала его из корзины и сразу же поняла, что это еврейский младенец. По закону Фараона, еврейских новорожденных мальчиков топили в Ниле, но ребенок ей понравился, и она взяла его к себе в дом. Так Моисей попал во дворец Фараона.

Знал ли египетский тиран о том, что его дочь принесла в дом еврейского ребенка? Очевидно, Фараон предполагал, что в этом мальчике не останется ничего еврейского, станет египтянином, не имеющим ничего общего со своими соплеменниками. Он будет совершенно безразличен к их судьбе. А еврейское происхождение Моисея настолько не беспокоило Фараона, что тот объявил Моисея своим сыном и наследником. Как же можно порабощать и преследовать евреев и одновременно назначать еврея своим преемником? Как показывает история — это возможно. В частности, в своем отношении к евреям Фараон предвосхитил антисемитов французского просвещения, утверждавших, что они согласны дать отдельному еврею все права, но еврейскому народу — никаких прав! Что означало: еврей, мы готовы тебя принять как француза, как немца, как русского, но только не как еврея. Мы готовы дать тебе равные права, но только если ты откажешься от своего народа, от своих братьев…

Фараон предполагал, что Моисей вырастет египтянином, настолько ассимилируется в египетской культуре, что факт его еврейского происхождения не будет играть никакой роли. Фараон глубоко заблуждался! Тора повествует нам о событии, которое станет символом неистребимости еврейской души.

Понадобилась кормилица для еврейского младенца, и Мирьям предлагает дочери Фараона одну еврейскую рабыню, которая оказывается матерью Моисея. Тора не сообщает нам, как долго смогли сестра и мать Моисея быть с ним в контакте, но каким-то чудесным образом Моисей не потерял ощущения принадлежности к своему народу.

“И вырос мальчик”, — повествует нам Тора. А в следующем предложении, казалось бы, повторяет уже сказанное: “И вырос Моисей, и вышел к братьям своим, и увидел их страдания”. Устная еврейская традиция замечает кажущееся ненужным повторение, потому Раши приводит мнение Талмуда: “В первый раз сказано “вырос”, имея в виду физический рост, а во второй раз слово “вырос” уже обозначает величие — рост духовный”.

Люди обладают разным физическим ростом, который измеряется в сантиметрах или инчах, но кто определит единицу измерения высоты человеческого духа? Моисей вырос, достиг духовной зрелости, позволяющей ему увидеть страдания других людей. Он мог остаться во дворце, в безопасности и роскоши. Но его влекло к своим. Влекло ощущение братства…

У каждого из нас своя острота зрения физического. Точно так же отличны наши способности зрения духовного. Физически все видят одну и ту же картину, но только один замечает страдания брата, а другой проявляет духовную слепоту. Сердце одного ощущает боль ближнего, как свою собственную, а сердце другого остается сердцем человека духовно незрелого. Не стремление к власти заставляет Моисея возглавить Исход, а ощущение страданий своих братьев в неволе. И эту свою духовную тонкость Моисей унаследовал от своего прапрадеда Леви. Когда дочь Яакова Дина была захвачена в плен Шхемом и изнасилована, то два брата, Шимон и Леви, бросились ее выручать и вышли на войну. А когда перед смертью Яаков благословляет своих двенадцать сыновей, то произносит: ”Шимон и Леви — братья…”. Разве только Шимон и Леви — братья, а не все двенадцать сыновей? Нет, Яаков отмечает их особое качество души — ощущение боли, страдания брата. Потомки Леви станут служителями Храма, мудрецами Закона, а потомки Шимона будут преподавать Тору детям.

Знания предмета не делают еще человека, даже ученого, педагогом. Основное искусство преподавателя — это понимание души ученика! Не случайно потомок Леви Моисей заслуживает особого титула — Моше Рабейну — учитель наш Моисей. Лидером, наставником, учителем может быть тот, кто, подобно Моисею, выходит к братьям своим, видит их страдания и стремится их облегчить!

Почему евреи оказались рабами в Египте? Потому что братья, сыновья Яакова, повели себя не по-братски, продав Йосефа в рабство в Египет. Из-за этой истории оказались все они в Египте, а их потомки стали рабами. Почему же они удостоились вырваться из египетского рабства? Потому, что нашлись люди, подобные Моисею и Мирьям, готовые пожертвовать собой ради брата!

Предать брата, его интересы, проявить черствость, жестокость к его чувствам — это симптом рабской души эгоиста. Защитить брата, его интересы, проявить внимание, понимание и милосердие к чувствам другого — это признак духовного роста, раскрепощения личности, способной принести облегчение и освобождение своим братьям!

Оцените пост

Одна звездаДве звездыТри звездыЧетыре звездыПять звёзд (ещё не оценено)
Загрузка...

Поделиться

Лев Кацин

Автор Лев Кацин

Нью-Йорк, США
Все публикации этого автора