Еще до того как первый солнечpный луч коснулся бревенчатых стен большой синагоги в Лизенске, приготовили прихожане «четыре растения», достали из серебряных ковчегов этроги, сняли мягкие тряпичные чехлы с лулавов.
Все ждали, что с восходом рабби Элимелех начнет праздничную молитву, но, к удивлению прихожан, рабби и брат его реб Зуся стали обходить один за другим все углы синагоги.
– Здесь! – воскликнул рабби и указал на один из столов.
– Верно, – подтвердил реб Зуся.
– Уважаемый, – обратились они к незнакомому еврею, – синагога наполнена райским ароматом, который исходит, видимо, от вашего этрога. Расскажите, как вы выбирали его и почему он не похож на другие.
– Что вам сказать… – отвечал незнакомец. – История это длинная. Не знаю, хватит ли у вас терпения выслушать ее?
– Рассказывай, добрый человек, – подбодрил его рабби.
– Ну, что ж, начну сначала. Зовут меня Ури, живу я в Стрелисске. Как видите, я не из богачей, зарабатываю преподаванием Торы. Тех денег, что платят мне родители учеников, могло бы хватить на жизнь мне и моей семье. Но из года в год я трачу на этрог половину своего годового заработка, поэтому и жене приходится работать: она готовит праздничные блюда для богатых горожан. Но, слава Б-гу, она на меня не в обиде: я же деньги не в кабаке пропиваю, на хорошее дело их трачу. Если бы не заповедь о четырех растениях, ни копейки бы лишней на себя не потратил. Да что там говорить, я и в Лемберг за этрогом из года в год хожу пешком, чтобы не тратиться на проезд. Вот и в этом году – положил в карман 50 злотых и отправился в путь.
Шел я часов шесть через лес и вышел к придорожному трактиру. Решил там совершить предвечернюю молитву, а уж потом продолжить путь. Только стал я на молитву, слышу позади вздохи, кряхтение, плач. Слов не разберу, одно ясно – еврей о чем-то горюет.
Помолился я, обернулся: сидит у стола извозчик, трет глаза рукавом. Стал я его утешать:
– Господин, что бы с вами ни приключилось, знайте, что у Всевышнего лекарства от всех болезней и ключи от всех дверей. Он и вам поможет!
– Ах, что за народ наши евреи! – отвечает бедняга. – Вы ведь даже не знаете, о чем я плачу, как же беретесь меня утешать?
Семь детей у меня и жена, и все девять ртов накормить и напоить надо. До сего дня был я извозчиком. А сегодня умер мой конь, старый наш кормилец. Остались и я, и вся моя семья без пропитания.
Так он горько плакал о своем кормильце, что и у меня, и у хозяина постоялого двора так и брызнули слезы из глаз.
– Есть у меня конь, цена ему все 80 злотых, да раз такая беда приключилась, отдам его тебе за 45, – предложил трактирщик извозчику.
– Спасибо тебе за доброту, да только мне все равно, что 80, что 45. Я и пяти злотых отродясь в руках не держал.
Тут почувствовал я, что деньги жгут мне руку: как я потрачу 50 злотых на этрог, когда жизнь целой семьи зависит от этих денег. Вынул я 45 злотых и купил бедняге коня. Пока он охал да глазам своим не верил, проскользнул я в дверь и пошел дальше своей дорогой. Пришел в Лемберг и купил самый дешевый этрог – за 5 злотых, – закончил свой рассказ реб Ури.
– Я расскажу тебе продолжение этой истории, – сказал реб Зуся. – Когда ты выскользнул из трактира, извозчик и хозяин стали гадать, откуда свалился на них такой сказочный благодетель. «Не иначе как Илья пророк это был», – решили они. – Кто еще приходит в трудную минуту невесть откуда и исчезает бесследно до того как его успевают отблагодарить?
Запряг извозчик коня в повозку и пустился в путь. И так было неспокойно у него на душе: для него, простого человека, сотворил Всевышний чудо. Как отблагодарить Его? Молитв извозчик не знал, читать не умел, да и говорить был не мастер, но, все же, не мог не поблагодарить Всевышнего:
– Всевышний, спас Ты меня и детей моих малых от голодной смерти. Не моя вина, что я не могу отблагодарить Тебя как следует. Одно только ремесло знаю я – погонять лошадей. Потому и решил я сделать в Твою славу то, в чем я мастер, – сказал извозчик и звонко, в самом деле виртуозно, трижды щелкнул кнутом. Всю свою любовь к Творцу вложил он в этот нехитрый звук. Щелчки хлыста прозвучали, как слова искренней молитвы. Рабби Зуся закончил рассказ, по лицу рабби Элимелеха, его брата, пробежала тень сомнения:
– Пожалуй, стоит рассказать вам и третью часть истории. Ты, реб Ури, рассказал о том, что случилось в трактире; ты, Зуся – о благодарности извозчика. Расскажу вам о том, что происходило на небесах в это время. Дело было между Рош Хашана и Йом Кипур, верно, реб Ури? Дни эти особенные: евреи совершают тшуву (раскаиваются) и ждут записи в «Книгу жизни». Вот и в этот год на небесах готовился новый приговор: будет ли год добрым для евреев или, не дай Б-г, нет. Приговор был подписан в Рош Хашана и до Йом Кипур мог быть обжалован.
У небесных Врат милосердия стоял рабби Леви-Ицхак из Бердичева с телегой, нагруженной доверху добрыми делами евреев. Но кони не могли прорваться сквозь Врата: дорогу преграждали горы наших грехов.
И так и этак уговаривал коней рабби, но напрасно: не хватало у них сил на последний рывок. И в эту минуту раздались три звонких щелчка извозчицкого кнута, и повозка вкатилась в ворота. Добрые дела перевесили грехи, и народ Израиля удостоился доброго нового года.
Вот и вся история о второсортном этроге, купленном рабби Ури из Стрелисска в Лемберге за пять злотых.
shofar.ru
Опубликовал:
Оцените пост
(ещё не оценено)
Загрузка...
