Собака и друг человека

Запоминается, вопреки Штирлицу, не последняя фраза. Запоминается самая яркая. Или нелепая, но такая, что тянет на символ.

Путин на прямой линии 2015 года выглядел умиротворенным
Путин на прямой линии 2015 года
выглядел умиротворенным

Год назад на прямой линии Путина спросили насчет личной жизни, а он вдруг вспомнил про «бывшую жену», которую сперва «замуж надо выдать, а потом уже и о себе подумать», и это воспринималось как основная часть президентского послания. Вольно или невольно, в отсутствие подруги или не желая углубляться в тему, Владимир Владимирович говорил совсем о другом.
О своем геополитическом одиночестве в мире, с которым он насмерть рассорился. О жизни в эпоху санкций, а еще о том, как ему хорошо, освобожденному от всякий условностей, законов, обязательств, долгов и правил. Теперь он гулял по Украине как по буфету, раздумывая вслух о грядущей судьбе Новороссии, и легко сознавался в том, что Крым с самого начала аннексировали российские войска. Теперь ему даже хотелось в этом сознаться.
Однако с непривычки президенту было все-таки не по себе, и для демонстрации его бесстрашия и прекрасного настроения выдумывались разные панические вопросы и реплики. Например, знаменитый телеведущий Дмитрий Киселев, изображая дурака, рассказывал, что его душит НАТО, и бился в истерике знаменитый писатель Лукьяненко. Путин их обоих успокаивал. На фоне телеведущего, писателя-фантаста и прочей патриотической массовки национальный лидер должен был представляться довольно счастливым и вменяемым человеком, и он таковым представлялся. С поправкой на всеобщее безумие.
Год спустя все это уже отчасти история — Крым, Новороссия, санкции, одиночество. То есть страна и мир по-прежнему избывают прошлогодний триумф воли российского руководителя, но как бы и свыклись с происходящим. Свежие новости давно вытеснили крымские, и среди них преобладают те, что связаны с попытками как-то упорядочить хаос. Война то ли приостановлена, то ли отложена, и одинокий Путин выглядит умиротворенным. Он слегка даже похож на человека, который навоевался и хочет поделиться с публикой этими новыми ощущениями. Он желает внести в мир гармонию.
Оттого про новую жену его никто не спрашивает, зато некая Елена в своей эмэмэске просит президента вступиться за подругу. У той день рождения, юбилей, она мечтает о собаке, но муж, полковник в отставке, «человек железный», против. Вот пусть главнокомандующий прикажет отставнику, и тогда подруга будет счастлива.
Путин отвечает цитатой из жуткой песни, но далее становится серьезен и мудр, вырабатывая план миротворческой семейной спецоперации в присущем ему стиле дзюдо. Надо, учит гарант, сперва согласиться с мужем — и «после этого он ей не только собаку — слона подарит». Завершив мастер-класс, он потом обращается к жестокому полковнику с просьбой пойти навстречу жене. Иными словами, разведенный президент буквально в прямом эфире спасает семью, и это история совсем не про собачку. Это новый образ Владимира Владимировича, та самая фраза, которая запоминается. Свыкшийся со своим одиночеством Путин спешит делать добро.
В рамках этой прямой линии он вообще произносит немало слов, почти немыслимых в его устах. Он, понимаете ли, «с уважением» относится к выбору украинского народа, поправляя изображающего дурака ведущего Клейменова, который обеспокоился проблемой «отторжения» Украины от России. И с тем же уважением Путин готов относиться к государствам, чьи лидеры не приедут 9 мая, хоть они и действуют под диктовку «вашингтонского обкома». И с приравниванием коммунизма к нацизму тоже, оказывается, все не так просто. С одной стороны, «ставить их на одну доску», конечно, нельзя, Сталина с Гитлером. Но, с другой стороны, «после Второй мировой войны мы пытались навязать многим восточноевропейским странам свою модель развития — и делали это силой… и это нам аукается сегодня». Мы сами виноваты перед поляками, прибалтами и другими, можете себе такое представить? Кажется, еще минута, и Путин согласится вывести российские войска из Донбасса, но российских войск там, как говорится, нет, и от роковых слов он все-таки удерживается.
Более того. Когда Алексей Венедиктов обращается к нему с призывом воспрепятствовать разрушению мемориала возле Кремля, президент выражает согласие и обещает решить этот вопрос с Собяниным. Правда, другой вопрос, о «свидетелях» убийства Бориса Немцова, которых невозможно допросить в кадыровской Чечне, Путин игнорирует, но это его молчание можно трактовать по-разному. То ли гаранту действительно нечего сказать, то ли не время. Не исключено, что преступление давно и полностью раскрыто и заказчик найден, но о том, что с ним делать, в Кремле решение пока не выработано. Или это преступление не имеет ни малейшего отношения к Чечне, но тогда еще удобней будет все свалить на Кадырова. Хотя, разумеется, проще всего обойтись без заказчиков и объявить убийство полностью раскрытым, на что Путин откровенно намекнул в ходе прямой линии. Привычно забывая о презумпции невиновности, но это как раз не удивляет. Если же говорить совсем уж всерьез, то Путин умиротворенный, спасающий семьи, обличающий сталинизм и рассказывающий о своих «достаточно добрых отношениях» с погибшим Немцовым, вызывает куда большие опасения, нежели Путин обыкновенный. Он как бы со всеми соглашается и всех как бы понимает, но что это означает — неясно.
Оптимист предположит, что ему вправили мозги за время десятидневного отсутствия. Реалист вспомнит, что до завершения Олимпиады Владимир Владимирович тоже долго сдерживался, почти не высказываясь по поводу событий на Украине, и кто тогда мог предположить, что совсем скоро мы будем наблюдать аншлюс по классическим образцам? А также войну в Донбассе и холодную войну с самыми умопомрачительными перспективами.
Сейчас у него другой рубеж — парад Победы. Праздник, который надо пережить без лишних скандалов, а то ведь и Ким Чен Ын призадумается о том, что он забыл в Москве. В общем, похоже на то, что до 9 мая Владимир Владимирович берет паузу, великодушно отпуская нас всех на каникулы и по-доброму отвечая на самые каверзные вопросы. А вот о том, что начнется после того, как он отпразднует 70-летие Победы, мы можем только гадать. Гадания эти тревожны, и горький опыт, которому мы научены, внушает мысли тягостные. О бессмысленных в сущности, хотя и запоминающихся фразах, которых мы наслушались уже за 15 лет пребывания Путина у власти. И о том, что ни единому его слову верить нельзя.

Илья МИЛЬШТЕЙН

Оцените пост

Одна звездаДве звездыТри звездыЧетыре звездыПять звёзд (голосовало: 4, средняя оценка: 3,25 из 5)
Загрузка...

Поделиться

Автор Редакция сайта

Все публикации этого автора

1 комментарий к “Собака и друг человека

  1. «И о том, что ни единому его слову верить нельзя» — заканчивает свою статью гн Мильштейн.
    Именно к такому мнению о «творчестве» самого автора неминуемо должен прийти любой сколько-нибудь порядочный и трезво рассуждающий человек, прочитав эту его статью.

Обсуждение закрыто.