- Иллюзия “нормальности” за счет предназначения отрицает смысл нашего пребывания здесь и бьет по легитимности нашего существования. Чтобы разбить этот заколдованный круг, нужно сознание альтернативного руководства
“Мой друг Охад Камин когда-то объяснил мне, как ловят шимпанзе”, – написал я на этой неделе в Фейсбуке. – “Это происходит так: берут бочку, делают в ней дырку величиной с кулак и засовывают туда пучок бананов. Это все.
Приходит обезьяна, чует запах бананов, засовывает лапу в дыру, хватает бананы – и она поймана. Вытащить лапу с бананами невозможно, оставить бананы и освободиться – выше понимания обезьяны.
Мои друзья, наверно, поражаются: с чего вдруг я занимаюсь шимпанзе в это прекрасное отро, через 2 дня после освобождения террористов – может, автомобильная авария повлияла на меня? Кто тут шимпанзе, кто бананы? Кто охотник и кто добыча?
Пока я выздоравливаю от автомобильной аварии дома и жду ваших идей. Главный приз – банан”.
И идеи посыпались. Один написал, что банан – это Ципи Ливни, другой утверждал, что я шимпанзе, застрявший в Ликуде.
Наутро я изложил читателям мораль басни: “Бананы – это естественное и легитимное желание всех нас жить обычной жизнью, помирать со скуки, а не от болезни; убегать от какого-либо слысла и идентификации – а также от свободы, которая является оборотной стороной монеты под названием “ответственность”. Бананы – это полная волшебства песня Джона Леннона “Imagine”.
С самого начала сионизма мы пытались быть “как все”, убежать от груза нашей еврейской идентификации и нашего еврейского предназначения. Мы хотели быть “нормальными”, как все народы. Но действительность – синоним Всевышнего – не позволяет нам сделать это. Мир знает, кто мы на самом деле, ожидает от нас выполнения нашего предназначения, злится и давит на нас.
В начале пути было легко убежать от вопроса предназначения к вопросу существования, который был всегда. Нечаянно мы использовали проблему существования, чтобы продолжать убегать от предназначения. Музей “Яд ва-шем” стал нашим Храмом, выходя из которого уже не задают вопросов.
Но парадоксальным образом, чем больше мы достигаем цель и строим суперсовременное, сильное и процветающее государство, тем больше отступает сознание существования. Предназначение, без которого у существования нет смысла, все более мощно требует свое место в нашем национальном бытие. Оно требует, а мы убегаем.
Наш премьер-министр отражает положение нашего сознания, он точно представляет внешнюю оболочку израильского сознания. Перед его глазами нет социальной – а тем более армейской – элиты, у которой “есть что-то, за что стоит умереть”, кроме самого существования.
Глава правительства дает нам именно то, чего мы хотим, – еще 24 часа иллюзии “нормальности”. Проблема в том, что эта нормальность за счет предназначения отрицает смысл нашего существования здесь, разрушает легитимность нашего существования, делает нас зависимыми от милостей мира и подставляет нас под возрастающее давление. И тут премьер-министр, верно представляющий наши желания, вынужден все время жонглировать перед чудовищем и отдавать ему минимум пищи, чтобы добиться для нас еще один скучный день.
Чудовище требовало отступление, чудовище требовало замораживание строительства. Глава правительства с редким талантом сумел купить для нас еще несколько нормальных дней в обмен на освобождение стареющих террористов, а неблагодарные “вязаные кипы” бросают в него помидоры.
Это в самом деле неблагодарность, потому что религиозные сионисты не принимают на себя ответственность и не выдвигают альтернативное руководство, а сидят под мантией Биньямина Нетаниягу и “стреляют внутрь бронетранспортера”. Когда можно было воспрепятствовать освобождению террористов посредством голосования против бюджета, никто во фракции “Байт йегуди” не дерзнул сделать это. Я был единственным, кто осмелился – не потому что больший патриот или смельчак, чем они – а потому что я действую из сознания альтернативного руководства. Но одного человека было недостаточно, требовались еще 3-4, чтобы остановить освобождение террористов, но их не нашлось. И так мы остаемся без свободы, держа банан, который невозможно съесть, и все, что остается на, – это устраивать демонстрации и жаловаться.
Нет настоящего выхода из этой ситуации, кроме руководства, которое поставит предназначение во главу национального сознания, выстроит из этого здравую политику и гарантирует нам всем и свободу, и смысл, и существование.
Автор: Моше Фейглин
(“Макор ришон” 1.11.13)
Оцените пост
(голосовало: 9, средняя оценка: 5,00 из 5)
Загрузка...
Согласится ли средний израильтянин на снижение материального уровня для исполнения Предназначения ? Понятно что нет . Вся надежда на подрастающее поколение .Это новые школьные программы , сильная экономика и объединение народа на основе еврейской культуры . Впереди долгий путь .