Уважаемые читатели!
Как вы успели заметить, эта страница под рубрикой «ШАХМАТНЫЙ ДОСУГ» на протяжении длительного времени рассказывает о жизни и судьбе великих шахматистов, в основном чемпионов мира. Автор бесценных, на наш (и не только на наш) взгляд, материалов уважаемый Борис Смоленский.
В прошлом номере (№ 902) мы простились с гением шахмат Робертом Фишером…
На подходе Анатолий Карпов.
Сегодня мы предлагаем вам интервью с известным шахматистом и пианистом Марком Таймановым…
Он едва не стал чемпионом мира по шахматам, а записи его концертов вошли в сборники величайших пианистов ХХ века. Ему 83 года. Его детям-двойняшкам – нет и шести.
Мы с легендарным гроссмейстером переходим Каменноостровский проспект. Садимся за столик в кафе – напротив его дома.
Пора начинать интервью – но мы вглядываемся в это лицо, в эти глаза. Так когда-то вглядывался, должно быть, Бобби Фишер.
Мы смотрим – и не верим, что это тот самый человек, который встречался с Вертинским и Шостаковичем. Пожимал руку Че Геваре и расспрашивал о чем-то Черчилля.
– Юрий Любимов когда-то сказал: «Мне надоело быть актером в 45». В какой момент вам надоело быть шахматистом?
– Этот возраст еще не пришел. Мне не надоело.
– А пианистом?
– Вот с этим делом жалко было расставаться, но сейчас музыка требует ежедневного внимания. А у меня оно переключено на детей. Это самая большая радость, которую преподнесла мне судьба, – поздние детки. Когда родился первенец, Игорь, в двадцать с лишним лет, было много другого увлекательного. А Димочка и Машенька появились, когда мне стукнуло 78. Все внимание им.
– Ваши фортепианные записи вошли в цикл «Великие пианисты ХХ века».
– Я себя никогда не считал великим пианистом. Был хорошим – в рамках Советского Союза. Известным. А в этом цикле оказался вместе с именами, которые боготворил: Рубинштейном, Рахманиновым, Гофманом, Рихтером, Гилельсом… Гении! И рядом с ними – дуэт Любовь Брук и Марк Тайманов. Для меня это стало потрясением. Хотя наши пластинки неплохо расходились. Натыкался на них даже в домах у людей, которые не шибко интересовались музыкой.
– Забавно.
– Куда забавнее было, когда в квартире Шостаковича увидел на стене два портрета – Бетховена и Блантера. Ничего себе, думаю, сочетание. А Шостакович говорит: «Это Мотя принес свой портрет и повесил. Ну и пусть висит».
Шостакович – самый удивительный человек, которого я встречал в жизни. Современный князь Мышкин. Как-то муж моей сестры, талантливый пианист, написал музыку – и захотел показать ее Шостаковичу. Тот отдыхал где-то под Москвой. Так Дмитрий Дмитриевич ответил на его телеграмму: «Конечно, приезжайте, уважаемый. Жаль, не смогу вас встретить на вокзале. Вот как ходят электрички»… И от руки на целую страницу выдал все расписание! К ученикам Шостакович обращался исключительно на вы и по имени-отчеству. Он был депутатом Верховного Совета, в приемные часы постоянно сталкивался с людским горем. И готов был снять последнюю рубашку.
– Шахматы любил?
– Он рассказывал, что в юности работал тапером в кинотеатре и в перерывах забавлялся шахматами. Как-то быстро проиграл незнакомцу. Позже выяснилось, что это был… великий Александр Алехин. Не забыть, как однажды Шостакович пришел ко мне домой. Очень смущался – для него это было обычное состояние. Выпалил скороговоркой: «Чем бы я мог вам помочь? Хотите, картошечку почищу? А потом – водчонки выпьем, водчонки…»
– Не позволили чистить?
– Как можно?!
– Лучший рояль, на котором вы играли?
– Недавно прочел историю рояля Льва Толстого из Ясной Поляны. Кто приезжал к писателю в гости – тот на нем музицировал. Во время войны этот инструмент немцы переправили в Дрезден. И вдруг заметка заканчивается: «Когда гастролировал Тайманов с женой, ему этот рояль очень понравился, отыграл на нем концерт».
– Сейчас дома рояль есть?
– Да. Тоже Bechstein, как и тот, толстовский. Но подхожу к нему, лишь когда просят дети. Профессиональные проблемы с суставами, играть трудно.
– Зато шахматами каждый день занимаетесь и сегодня?
– Абсолютно не занимаюсь. Поддерживаю интерес благодаря Интернету. Слежу за событиями, не выходя из дому. Компьютер я освоил. Между прочим, до сих пор за рулем – с 56-го года, как получил «Победу» от Микояна за шахматную олимпиаду. Теперь, правда, езжу на «Додже». Я не такой ретроград, как можно подумать. Мне Интернет гораздо интереснее, чем телевидение. Очень аккуратно выбираю программы, которые смотрят мои детки – столько зла, столько пошлости!…
– Что предпочитаете?
– Канал «Культура».
– Пенсия у вас, человека заслуженного, солидная?
– Как у ветерана труда – около шести тысяч. Немножко помогает городская федерация. Олимпийским чемпионам давно платят 15 тысяч рублей, однако шахматисты, у которых своя олимпиада, из указа выпали. Мы на обочине. Но почему человек, который полвека назад один раз удачно толкнул ядро, ценится выше, чем Смыслов или Тайманов?
– Уютно вам в кругу 80-летних сверстников?
– Среди моих друзей нет таких стариков. Из ровесников большинство поумирали. Разве что иногда приезжают в Петербург Виктор Корчной или Борис Спасский. Вот с ними встречаемся. Созваниваюсь с Василием Смысловым, но он чувствует себя скверно. Что делать, старость – единственный путь к долголетию… А мне детки не дают переключиться на мысли о годах. Рядом с ними я молодею. Кстати, на днях наткнулся в Интернете на заметку – будто у Тайманова семь детей. Принялся считать.
– И что?
– Не сходится! Только трое. Старший, Игорь, завкафедрой в консерватории. Пианист. Тоже играл в шахматы в чемпионатах Ленинграда. Ему уже 62. Внучка у меня была хорошей пианисткой.
– Почему была?
– Училась музыке в Санкт-Петерубурге, в Париже, участвовала в международных конкурсах. И вдруг бросила. Занимается бизнесом.
– Как сын и внучка восприняли вашу новую жену?
– Прекрасно. Надю иначе воспринимать нельзя. Сын был счастлив, когда узнал, что у меня еще будут дети. Сейчас он очень нежный братик для них. Хотя мне многие говорили: «Ты что, спятил?» А я отвечал – не лезьте не в свое дело. Как-то пригласили на телепрограмму, обсуждали вопрос о пожилых родителях.
– Сколько Надежде?
– Сорок девять.
– Как очаровать женщину, которая на тридцать с лишним лет моложе?
– Рецепт один – надо быть интересным человеком. Не потерять любви к жизни. Эмоциональность души.
– Как вы познакомились?
– Любовь с первого взгляда. В гости зашел друг, профессор-отоларинголог. Надя была его пациенткой – у нее болело горло. Она мне сразу понравилась. И вскоре я понял, что Надя – моя судьба. Хотя в тот момент официально еще был женат.
Беседовали
Александр КРУЖКОВ, Юрий ГОЛЫШАК,
DeFacto
Другие встречи в дальнейших номерах
Опубликовал:
Оцените пост
(ещё не оценено)
Загрузка...
