Evreimir

Продолжение.

Начало в № 880

О составах советского правительства в разные годы читаем в книге Аркадия Ваксберга «Из ада в рай и обратно»: «В первом советском правительстве среди 15 народных комиссаров был один еврей – Лев Троцкий», нарком иностранных дел. Позднее он «возглавит военный комиссариат и создаст Высший революционный военный совет». Солженицын пишет: «Троцкий, не колеблясь, назначил своим заместителем врача Эфраима Склянского, никакого не боевого и не штабного командира,… (позднее пользовавшегося) в Москве репутацией «первого покупателя бриллиантов». В книге Ваксберга находим: «Среди нескольких десятков членов (Высшего революционного военного) совета евреями, кроме него (Троцкого), были двое: Эфраим Склянский и Аркадий Розенгольц и ещё в течение нескольких недель Сергей Гусев (Яков Драбкин)… Во втором (коалиционном – с левыми эсерами) правительстве (кроме Троцкого) появились ещё два еврея (среди 24 наркомов): нарком юстиции эсер Штейнберг и нарком земледелия большевик Шлихтер…» (Как показал В. Каджая («Еврейские новости», № 12, 2004), А. Г. Шлихтер не имеет никакого отношения к евреям). В «правительствах двух первых десятилетий советской власти» евреями были «Аркадий Розенгольц, Арон Шейнман, Григорий Каминский, Яков Яковлев – Эпштейн… все основные посты занимали русские, да ещё один молдаванин (Фрунзе), два грузина (Орджоникидзе и Лежава), латыш (Рудзутак), эстонец (Янсон)… В тридцатые годы в состав Совнаркома входили евреи Максим Литвинов (Валлах-Финкельштейн) – нарком иностранных дел, Генрих (Иегуда-Генах) Ягода – нарком внутренних дел, Лазарь Каганович – нарком путей сообщения, Аркадий Розенгольц – нарком внешней торговли, Израиль Вейцер – нарком внутренней торговли, Моисей Калманович – нарком совхозов, Моисей Рухимович – нарком оборонной промышленности, Исидор Любимов – нарком лёгкой промышленности, Александр Брускин – нарком среднего машиностроения, Григорий Каминский – нарком здравоохранения. (Почти все они погибли во время Большого террора.)

Во главе правительства в довоенные годы стояли Владимир Ленин (Ульянов) (1917 – 1924 гг.), Алексей Рыков (1924 – 1930 гг.) и Вячеслав Молотов (Скрябин) (1930 – 1941 гг.).

С явной насмешкой говорит Солженицын, что вся советская дипломатия времён Лиги Наций была представлена дипломатами-евреями школы Максима Литвинова: К. Уманский, Я. Суриц, Б. Штейн, Иван Майский (Израиль Ляховецкий), А. Иоффе и другие. Действительно, евреев было много среди дипломатов и торгпредов. Однако все они без единого исключения утверждались на Политбюро, т. е. лично Сталиным. Сталин даже отправил послом в Берлин в 1934 году еврея Якова Сурица, когда уже год как у власти находился Гитлер.

Теперь о карательных органах. Солженицын пишет: «К тем чекистам-евреям в то время (20-е – начало 30-х годов), верховным по положению и чинам представителям российских евреев (как страшно это ни звучит) прикатила власть в неслыханных размерах…». Это правда, но лишь отчасти, ибо никого, кроме самих себя, они не представляли. Никакой связи с еврейским народом у них не было, да и терзали они евреев ничуть не меньше, если не больше, чем других российских граждан. Достаточно вспомнить, как буквально «выпаривали» золото и валюту у бывших еврейских нэпманов. Не будем удивляться значительному числу евреев среди чекистов, ведь «евреи по определению не могли оказаться детьми царских чиновников, дворян, православных священников – наиболее враждебных большевикам слоев российского общества» (М. Лейбельман «Чекисты = евреи? Мифы Александра Солженицына», часть 1, «Каскад», 18 окт. 2006)

В конце 1936 года Николай Ежов сменил на посту наркома внутренних дел Генриха Ягоду. Именно с именем Ежова связано начало Большого террора в стране. В уже упоминавшейся статье Марка Дейча «Бесстыжий классик» читаем: «С приходом Ежова число евреев среди руководящих работников НКВД сократилось с 43 до 6. Доля же русских в руководстве наркомата резко увеличилась с 33 до 102 человек (67 %). В Большом терроре евреи были в гораздо большей степени жертвами, чем исполнителями. Если в 1936 году среди высшего эшелона НКВД было 39 % евреев, то в 1938 году – 21 %, а уже летом 1939 года – только 4 %.

Не было в том изгнании антиеврейского мотива, – уверяет Солженицын. – Даже напротив: судя по имеющимся данным, одним из немногих национальных меньшинств, принадлежность к которому в конце 30-х годов не являлась для сотрудника НКВД «составом преступления «были евреи…». Однако сменивший Ежова Берия утвердил (декабрь 1938 г.) «Инструкцию» о подборе кадров для НКВД, в которой говорилось, что «важно отсекать в основном лиц, у которых присутствует еврейская кровь. Вплоть до пятого колена» (читай поколения). Репрессии 1937 – 39 годов смели старые кадры евреев-чекистов, приказ Берия перекрыл дорогу в органы молодым евреям. Из работы Л. Кричевского «Евреи в аппарате ВЧК-ОГПУ» (М., 1999) узнаём о национальном составе карательных органов в довоенные годы:

Национальный состав комиссаров ВЧК на 25 сентября 1918 года:

латыши – 38 человек 54,3 %

русские – 22 31,4 %

поляки – 7 10,0 %

евреи – 3 4,3 %

Национальный состав руководства ОГПУ на 15 ноября 1923 года:

русские – 54 человека 57,4 %

евреи – 15 16,0 %

латыши – 12 12,8 %

поляки – 10 10,6 %

немцы – 1

эстонцы – 1

швейцарцы -1

Национальный состав центрального аппарата ОГПУ на 1 мая 1924 года:

русские – 1670 человек 72,0 %

латыши – 208 9,0 %

евреи – 204 8,8 %

белорусы и украинцы – 146 6,3 %

поляки – 90 3,9 %.

Национальный состав местных органов госбезопасности (без Главного управления) на 1 апреля 1937 года:

русские – 15670 человек 70,8 %

украинцы – 2509 11,3 %

евреи – 1776 8,0 %

белорусы – 980 4,4 %

армяне – 426 1,9 %

татары – 363 1,6 %

латыши – 256 1,1 %

поляки – 90 0,6 %

Национальный состав центрального аппарата НКВД в начале 1940 года:

русские – 3073 человека 83,7 %

украинцы – 221 6,0 %

евреи – 189 5,1 %

прочие – 5,1 %.

Вот вам, читатель, и поголовное засилье евреев в органах. Так, может быть, Солженицыну неизвестны эти данные? Известны, – он даже упоминает Л. Кричевского. Однако стоит на своём: «Как же объяснить, что население России – в целом – сочло новый террор «еврейским террором»? Ведь сколько и ни к чему не касавшихся евреев обвинены так? (Чуть ли не сочувствует он нам, следуя линии шекспировского Брута). Почему и в красных рядах,… и в белых, вообще у народа, – отложилось впечатление, что чекисты и евреи – едва ли не одно и то же? И кто виновен в таком впечатлении?» (выделено мной, – С. Д.).

Да, очевидно, виноваты те же самые люди, кто утверждали, что октябрьский переворот совершили евреи. Добавим сюда и шестерых берлинских евреев 1924 года, которых Вы, Александр Исаевич, постоянно цитируете. Вот Д. С. Пасманик: «Надо понять психологию русских людей, когда они вдруг должны чувствовать над собой власть всей этой поганой мрази (это он о евреях-большевиках – С. Д.), заносчивой и грубой, самоуверенной и нахальной». Ему в помощь И. М. Бикерман: «Русский человек никогда прежде не видел еврея у власти». А за ним и сам Солженицын: «А теперь – увидел на каждом шагу. И во власти жестокой и неограниченной». (А если не согласны со мной), – продолжает он, – (тогда) «откуда же вновь этот заклятый антисемитизм? Лишённый всякой силы, дискредитированный и раздавленный окончательно, – откуда он опять?» (выделено мной – С. Д.). Ну прямо по Достоевскому: «… Ведь что-нибудь да значит же эта всеобщая ненависть…» И опять верный Пасманик: «Мы должны признать, что многие евреи собственными действиями вызывают настроение обострённого антисемитизма». Из берлинского далёка он чётко разглядел: «Ширится грозное антисемитское настроение, питаемое исключительно большевизмом, который продолжают отождествлять с еврейством».

Продолжение следует

Опубликовал: Соломон ДИНКЕВИЧ

Оцените пост

(ещё не оценено)

Загрузка...

Поделиться