Материалы сайта www.evrey.com
29 июля около побережья Омана было атаковано судно Mercer Street, выполняющее подряды британской судоходной администрации. В результате погибли двое моряков, которые в тот момент были на палубе. Один из них — гражданин Великобритании, другой — гражданин Румынии. Сообщается, что подвергшееся атаке судно находится в управлении судоходной компании Zodiac, принадлежащей израильскому бизнесмену Эялю Оферу. По первоначальным оценкам израильских военных, нападение на нефтяной танкер Mercer Street предположительно осуществлено иранским боевым беспилотником. К настоящему времени Иран не взял на себя ответственность за нападение. Однако ряд иранских официальных лиц сделали заявления, которые можно расценить как косвенное признание причастности Ирана к атаке на коммерческое судно.
О причастности Ирана к случившемуся свидетельствуют и сообщения в иранских СМИ. Так, на иранском телеканале «Аль-Алам», со ссылкой на «осведомленный источник», прозвучало заявление, что нападение на судно Mercer Street — «ответ на недавнюю атаку израильских ВВС на сирийский военный аэропорт «Аль-Дабаа» в результате которого «погибли двое бойцов сопротивления». Напомним, что в ночь на 22 июля в районе военного аэропорта Аль-Дабаа и в районе Аль-Кусайр на западе сирийской провинции Хомс, израильские ВВС, как сообщают в мировых СМИ, несмотря на активные действия российских ПВО — уничтожили склады оружия и боеприпасов ливанской «Хизбаллы». Были атакованы также опорные пункты и объекты «Хизбаллы» на востоке провинции Хомс (см. на сайте материал «Период сжатия пружины» — 27.07.21). Даже несмотря на то, что израильская «причастность» к атакованному судну носит достаточно опосредованный характер: судно «ходит» под флагом Либерии и формально принадлежит Японии (запутанная «национальная принадлежность» коммерческих кораблей — распространенная практика в международных морских перевозках), четко обозначенной причиной атаки стала именно «израильская составляющая». Впрочем, по оценкам экспертов, одной из целей нападения, судя по всему, должна была стать демонстрация иранской готовности к резкому ужесточению отношений с Западом после прихода к власти нового президента Ирана, протеже верховного руководителя Ирана аятоллы Али Хаменеи, консерватора-фанатика Эбрагима Раиси. На языке восточного политического торга, эта атака означает резкое повышение цены, которую Запад должен будет заплатить за «покладистость» Ирана в ходе переговоров о возобновлении «ядерной сделки». Вполне вероятно, что составляющей этой цены будет и молчаливое согласие стран, участвующих в сделке, на активность Ирана во всем ближневосточном регионе, на предпринятые им атаки. И, прежде всего — против Израиля.
В таких обстоятельствах Израилю придется действовать в принципиально иной ситуации — в случае обострения противостояния с Ираном. В новой ситуации еврейское государство будет в гораздо большей степени ограничено в своей реакции на иранские враждебные действия, включая поставку вооружений «Хизбалле» и обучение ее боевиков военным действиям против Израиля. Один из первых «тревожных звоночков» — казалось бы, позитивное сегодняшнее сообщение официального представителя госдепартамента США Неда Прайса о том, что в ходе переговоров госсекретаря США Энтони Блинкена с главой МИДа Израиля Яиром Лапидом «достигнута договоренность о совместном расследовании нападения на судно Mercer Street». Дополнительная часть договоренностей на этот счет вызывает серьезную тревогу. «США и Израиль, — говорится в сообщении Госдепа, — также договорились о согласовании действий по результатам расследования». Другими словами, реакция Израиля на действия Ирана «по итогам» данного расследования, результат которого с большой степенью вероятности ясен уже сейчас (речь идет об очередной иранской террористической атаке) — находится под полным контролем внешних сил, интересы которых совсем не обязательно совпадут с интересами и задачами обороны Израиля. Нет сомнения, что глава израильского МИДа Лапид и санкционировавший данное решение премьер-министр Израиля Беннет таким образом сделали американской администрации «царский подарок». Вопрос в том — какую цену Израилю придется заплатить за этот «подарок» в краткосрочной и долгосрочной перспективе.