Многие светские евреи менее связаны с Израилем, чем предыдущие поколения. И значительное число евреев не учитывают политику в отношении Израиля или факты антисемитизма в демократической партии. Это не затрагивает те вопросы, в которых они идентифицируют себя либеральными демократами.
«Но опыт и история учат, что народы и правительства никогда ничему не научились из истории и не действовали согласно поучениям, которые можно было бы извлечь из нее».
«В сутолоке мировых событий не помогает общий принцип или воспоминания о сходных обстоятельствах, потому что бледное воспоминание прошлого не имеет никакой силы по сравнению с жизненностью и свободой настоящего».
Г. В. Ф. Гегель «Философия истории»
Периодически, но на постоянной основе и в течение длительного времени, мы с друзьями обмениваемся информацией, обсуждаем насущное, делимся соображениями по поводу и без, ведем споры. Иногда это принимает достаточно острую форму, и тогда, верный своей привычке всё доводить до конца, устав от перепалок, сажусь к ПК, чтобы изложить свои мысли на бумаге, упорядочить их и выстроив так, чтобы, по крайней мере, самому прийти к логически обоснованному выводу.
Итак, в 1925 году Адольф Гитлер опубликовал свой политический манифест «Майн кампф», где описал процесс становления своей антисемитской идеологии и, в этом ключе, планы на будущее Германии. Его идеи могли оказаться пустым бредом, интересным только историкам патологических процессов общества.
Могли, но не оказались.
Предвидели ли это те, кто расстались с жизнью в ходе «Окончательного решения»? Они считали это неким перегибом, надеялись, что перебесятся и успокоятся…
Именно в те, еще почти пасторальные времена, все портил Жаботинский — все время бил в «тревожный колокол». Как Кассандра, он предостерегал евреев и предсказывал грядущие бедствия. Ему было очевидно — в Германии к власти пришел Гитлер, и все, что нужно, о нем сказала «Хрустальная ночь».
До улицы имени многолетнего главы Всемирной сионистской организации Менахема Усышкина в г. Натания мне ехать минут 15. На мемориальной доске нет надписи, рассказывающей о том, как он подошел на улице к пожилой матери Жаботинского и сказал в упор: «Повесить надо вашего сына».
Это разрушает образ, он же был «за всё хорошее».
И еврейский писатель Шолом Аш всего за несколько лет до Катастрофы восклицал:
«Надо быть совершенно бесчувственным, с каменным сердцем… чтобы предложить то, что он [Жаботинский] предложил еврейству… Горе народу, у которого такие лидеры!»
А Аша сердце было не каменное. Он избегал покидать Европу до самого последнего возможного момента, а затем, так и быть, нехотя переселился в США.
Но вот что важно. Те, кто слушали не Жаботинского, а Аша и Усышкина большей частью вошли в число тех шести миллионов, которых мы поминаем в Йом а-Шоа.
Макс Нордау тогда говорил Жаботинскому:
«Это, молодой человек, логика; а логика есть искусство греческое, и евреи терпеть его не могут. Еврей судит не по разуму — он судит по катастрофам. Он не купит зонтика «только» потому, что в небе появились облака: он раньше должен промокнуть и схватить воспаление легких -тогда другое дело».
«Воспаление легких» становилось все ближе. Об этом упорно говорил Жаботинский.
Но как оказалось, не только у евреев специфическое отношением к логике, тучам и зонтику, есть еще американцы, англичане с французами. Только разница та, что у них и легкие крепче, и больше денег на лекарство.
Но евреям казалось, что «покупать зонтик» еще рано.
— Мало ли что заявляет Гитлер для своих политических целей, все это «предвыборная болтовня». Немцы — культурная нация. И даже если Гитлер на самом деле собирается делать то, о чем он кричит в своих выступлениях, то кто же ему это позволит?
И еще:
— Я хорошо знаю немцев, пришлось работать в Германии в фирме Круппа три года. Их бог — «орднунг», они просто поклоняются порядку. Не слушайте паникеров. Какая Палестина, разве ее можно сравнить с благодатной Польшей?
Был и такой вариант рассуждений:
— Нет, реб Борух, ехать нужно, это бесспорно, только не нужно суетиться. Вот Мойшеле закончит учебу, Цилечка чуть подрастет, так сразу и поедем. Жить в Земле Израиля — это же заповедь!
В более современной редакции это звучит иначе:
— Не нужно упрощать. Фанатизм (что правых, что левых) есть фанатизм. Да и отождествление ситуации в Израиле с ситуацией в Америке не правомерно.
И другой голос:
— Ну что ты, Володя. Американская демократия такая сильная, что сама по себе все уравновесит.
Неприемлемый для большинства американских евреев Трамп, неоднократно названный на Портале «бревном с куском рыжей пакли сверху», поддержал группу Jexodus[1], призывающую евреев оставить Демократическую партию за антиизраильскую политику и «сверхмягкую реакцию» на антисемитизм в своих рядах.
В статье говорится, что опросы показывают — многие светские евреи менее связаны с Израилем, чем предыдущие поколения. И важно признать, что значительное число евреев не учитывают политику в отношении Израиля или факты антисемитизма в демократической партии. Это не затрагивает их «священную корову», то есть те вопросы, в которых они идентифицируют себя либеральными демократами.
Вроде рост антисемитизма левых демократов должен усиливать отток евреев. Но куда? Не к Трампу же! Трамп для них не решение проблемы, он сам проблема. Американских евреев, по мнению статьи, пугает националистическая риторика Трампа.
Американская еврейская дилемма выглядит так:
это выбор между Демократической партией, ставшей чрезмерно терпимой к антисемитизму, но с которой они в основном согласны, и Республиканской партией, с которой они в основном не согласны, которая возглавляется кем-то, в ком они видят поощрение фанатизма.
Дилемма между неприятием националистической риторика Трампа и антисемитизмом-антиизраилизмом демократов выглядит абсолютно аморальной, предельно безнравственной, напоминающей реакцию на «Майн кампф». Ставить их на одну доску нужно страдать историческим беспамятством, этаким «историческим Альцгеймером».
Не так давно в Израиле узники концлагерей встречались с местными школьниками и рассказывали о Холокосте.
Рассказали, а потом учитель стал спрашивать школьников, какие они выводы сделали. Те отвечали, что надо уважать людей, которые такие испытания пережили, ценить мир на земле и все такое.
Седая женщина, пережившая концлагерь, вежливо кивала головой, а потом с горечью улыбнулась и сказала, что это все правильно конечно, но главный вывод должен быть совсем другой:
«ЗАПОМНИТЕ НАВСЕГДА, — сказала она, — что если кто-нибудь где-нибудь обещает вас убить — ПОВЕРЬТЕ ИМ. Не рассуждайте как мы тогда, перед холокостом, что это у них политика такая, а сами они хорошие и милые люди, что они это просто так говорят. Когда они перейдут от слов к делу СТАНЕТ ПОЗДНО. Верьте тем, кто обещает вас убить. И, если у вас есть силы, берите в руки оружие и убейте их первыми, чтобы защитить себя и свои семьи, если нет — хватайте детей, что можете взять и бегите оттуда, но только не рассуждайте о том, что говорят плохое, а думают хорошее».
Не знаю, запомнили ли это школьники, но очевидно, что большинство американо-европейских евреев стараются думать так же, как и до Холокоста.
— Ну что Вы, Владимир. Я вынужден вам сказать, что отождествление ситуации в Израиле с ситуацией в Америке неправомерно.
Конечно неправомерно. Мы здесь ближе к линии фронта, рассуждать об антисемитизме, рассказывая, что психология правых того же типа, что и левых, и что правый экстремизм не менее отвратителен, чем левый, — «фанатизм есть фанатизм» — хорошо вдали.
Не будем уходить далеко в историю. Кроме Баруха Гольдштейна в качестве «отвратительного правого экстремизма» ничего либералы вроде не припомнили.
Правда и тут подошли упрощенно.Житель Хеврона, художник Ш. Мушник, рассказывает туристам о подвиге Б.Гольдштейна
По мнению ряда источников Барух Гольдштейн своими действиями остановил готовящийся погром.
В ходе слушаний специальная государственной комиссии во главе с бывшим председателем Верховного суда справедливости судьей Меиром Шамгаром было установлено, что имелись разведывательные данные, указывавшие на готовившееся нападение арабов на евреев в Хевроне в период праздника Пурим.
Мать Гольдштейна утверждала, что перед этими событиями в хевронских мечетях распространялись массовые призывы к резне евреев, в листовках и надписях на стенах в арабской части были призывы запасаться продуктами на период предстоящего после резни комендантского часа. За несколько дней до превентивной атаки Баруха в Пещере Праотцев (Маарат А-Махпела) — и это могут подтвердить члены городского совета Кирьят Арба, которые присутствовали при разговоре, — высокопоставленный офицер армии предупредил Баруха, что следует держать в готовности вверенную сыну клинику и приготовить операционные мощности — из-за ожидавшегося в Пурим нападения на евреев.
О готовившемся погроме косвенно свидетельствует и большое количество холодного оружия, найденного в мечети после убийства.
А что еще «отвратительного»? Возможно либералы знают, но, скорее всего, не скажут. Сказав — можно нарваться на опровержение. А так — общая высокоморальная сентенция…
Но тогда в ход идет:
— Мне не по душе большевистский лозунг «Кто не с нами, тот против нас!».
Что в этой высокоморальной максиме имеется ввиду? А то, что лояльно нужно относиться к тем, кто делает свой выбор в пользу антисемитских выступлений демократов-либералов. Ну это просто такое мнение, имеет право…
Поскольку евреи-демократы ненавидят Трампа очень персонально и поскольку он будет реальным кандидатом в 2020, то они лучше проголосуют за антисемитов. Кто бы сомневался.
По большому счету «общая» история имеет в виду евреев где-то там, на далекой-далекой периферии. Если вообще замечает. И, конечно, левые евреи, выбрав Обаму, почти выбрав Хиллари, и выбрав в будущем Камасутру Харрис, не очень изменят историю. Особенно если на нее смотреть из Китая или из Польши лет так через -надцать.
Впрочем, я свой выбор сделал и буду заботиться о своей и своей семьи мелкой, локальной истории не как еврей определенной ориентации или как еврей-интернационалист и еврей-добрый человек, а как американский гражданин, категорически отрицающий идеи и идеологию шурочек (шурочек — видимо конгрессвумен Александрия Окасио-Кортес — В.Я.) и камасутр Харрис (видимо. сенатор Камала Харрис — В.Я.). А также понимая их прямую и непосредственную угрозу Израилю. Понимая, что при этом придется идти против движения, сегодня олицетворяемого именно левыми евреями. То есть, большинством хороших, добрых, умных и интеллигентных. Понимая все недостатки другой — правой — стороны. Если при этом меня назовут радикалом и крайне правым, если надо будет поддержать идиотов правых, даже тех, что с приязнью относятся к «на стол нас*авшим» и не очень заботящихся о неграх в Сомали и прочих угнетенных и обездоленных, что ж, придется пережить.
P.S.
«Демократия долго не живёт. Она вскоре выдыхается, устаёт и убивает себя. Не было такой демократии, которая не совершила бы самоубийства». Сэмюэл Адамс. Один из американских отцов-основателей. 1722–1803
Года три назад бесконечно уважаемый мой американский друг-еврей говорил:
— Ну скажи, для чего США сдался Израиль?
По его мнению — ни для чего. А потому антиизраилизм вроде не так уж и важен.
— Но это временно. Вот Эрдоган уже пригрозил Израилю отыграться на турецких гражданах-евреях.Из истории 1930-х гг. ..
— Так то Эрдоган. А у нас это невозможно!
Возможно. И индикатором является рост репатриации из англоязычных стран в Израиль…
Давно известно, что «нет ничего нового под солнцем». Все повторяется. Перед Холокостом левые евреи дали Жаботинскому прозвища «дуче», а Бен-Гурион называл его «Владимир Гитлер». Что поделаешь, «нельзя спасать Отечество [и соотечественников] без приглашения».
Но нужно помнить, что угрозам злодеев следует верить сразу, это подтверждается всей нашей историей. Жаль, что мы не всегда умеем и хотим учить уроки истории.
___ [1] JEXODUS — это новая платформа для американцев, которые верят в защиту своей еврейской идентичности. Это движение для тех, кто понимает важность решительной поддержки еврейского государства и народа Израиля.
Спасибо автору за упоминание об этой встрече. » Не так давно, в Израиле, узники концлагерей встречались с местными школьниками и рассказывали о Холокосте, а потом учитель стал спрашивать школьников, какие они сделали выводы. Те отвечали, что надо уважать людей, которые пережили такие испытания и ценить мир на земле и все такое. Седая женщина, пережившая концлагерь, вежливо кивала головой, а потом с горечью улыбнулась и сказала, что это все правильно, но главный вывод должен быть совсем другим: «ЗАПОМНИТЕ НАВСЕГДА, — сказала она, — что если кто-ни будь где-нибудь обещает вас убить — ПОВЕРЬТЕ ИМ. Не рассуждайте как мы тогда, перед холокостом, что это у них политика такая, а сами они хорошие и милые люди, что они это просто так говорят. Когда они перейдут от слов к делу СТАНЕТ ПОЗДНО. Верьте тем, кто обещает вас убить. И, если у вас есть силы, берите в руки оружие и убейте их первыми, чтобы защитить себя и свои семьи, если нет — хватайте детей, что можете взять и бегите оттуда, но только не рассуждайте о том, что говорят плохое, а думают хорошее». А я подумал, какое чудо, что родился наш сын. Я родился в марте 1941 года в городе Чита в военном городке на станции Песчанка, на краю с тайгой, где служил мой отец — офицер — танкист. За пару месяцев до начала войны их бригаду погрузили на железнодорожные платформы и отправили на Запад, и мама решила перебраться к лету на Украину в город Житомир, где ее уже ждали большие семьи ее и отца. Но, врач предупредил: Ты столько лет ждала ребёнка, а теперь хочешь потерять? Он слишком мал, чтобы его тащить за тысячи километров, да ещё в вагоне с разными болячками. И что ты потом скажешь своему Арончику?! И мама осталась в городке, а обе семьи в Житомире, были убиты и закопаны неизвестно где. И наверняка, для нас с мамой, там тоже было бы место! Ведь эвакуацией евреев — никто не занимался, а старики ещё помнили — доброжелательное отношение к ним немцев из оккупационной администрации в период революции. Да и в газетах писали с явным одобрением, о победах вермахта в Европе, и об беспомощных атаках польской кавалерии на танковые армии Гитлера. И вдруг, на тебе Житомир — бомбардировка — в первый же день войны, ибо рядом большой военный аэродром! Моей жене — было чуть больше года. Ее отец военврач, служил в военном госпитале в городе Львове. О том, что там творили бандеровцы с евреями, ещё до прихода немцев — рассказывать не надо. Каким — то образом, врачи раздобыли грузовик для своих семей и отправили их в тыл, ещё до погромов. Но, ведь наш тыл — все время удалялся, а нацисты уничтожали все, что было на дорогах. И снова чудо. Таки выжили. Её мама, старший брат и она. И это надо же — мы с ней встретились — уже в Житомире. В девяностом году, мы репатриировались в Израиль. На государство не обижены. Все житейское — восстановили с нуля, но одного не понимаем? Мы прилетели в еврейское государство, где активных юдофобов необходимо депортировать, за антигосударственную деятельность, ну а все те, что покушались на жизнь евреев — должны быть повешены, а не размещать их по тюрьмам — на содержании у еврея — налогоплательщика, у которого, и без того полно работоспособных иждивенцев! А вот, сэкономленные деньги, должны идти на поощрение опасного труда — полиции и армии, а заодно, избавляется от военнослужащих — миротворцев, ибо эта профессия — уничтожать, а не умножать ряды противника — своей нерешительностью в ответственные моменты, создавая таким образом, у врага, иллюзии — о возможности нас сломить, изгнать или уничтожить. По фронту — у нас окружение, а Троянский конь — давно получил свой статус КВО, и состоит на довольствии у государства. Наша страна, как проходной двор. И никто не знает сколько уже у нас спящих или разбуженных террористов. После приезда, старожилы нам сказали, что здесь постоянный балаган и надо иметь еврейское терпение. Но, что мы ждём? Если ничего не делаем, ради положительных перемен?!
По-видимому, мы тоже ждем Машиаха, который придет и решит все наши проблемы, с арабами — в первую очередь. Вообще-то ортодоксальные евреи его ждут не одну тысячу лет. А ну как он не придет и в наше время? Говорят, что Бог помогает тому, кто сначала пытается помочь себе сам. Это говорил еще и раввин Авраам (кажется) Кук, но не похоже, что израильские ортодоксы приняли его слова к сведению…
Владимир Янкелевич
Именно в те, еще почти пасторальные времена, все портил Жаботинский — все время бил в «тревожный колокол». Как Кассандра, он предостерегал евреев и предсказывал грядущие бедствия. Ему было очевидно — в Германии к власти пришел Гитлер, и все, что нужно, о нем сказала «Хрустальная ночь».«Надо быть совершенно бесчувственным, с каменным сердцем… чтобы предложить то, что он [Жаботинский] предложил еврейству… Горе народу, у которого такие лидеры!»
«ЗАПОМНИТЕ НАВСЕГДА, — сказала она, — что если кто-нибудь где-нибудь обещает вас убить — ПОВЕРЬТЕ ИМ. Не рассуждайте как мы тогда, перед холокостом, что это у них политика такая, а сами они хорошие и милые люди, что они это просто так говорят. Когда они перейдут от слов к делу СТАНЕТ ПОЗДНО. Верьте тем, кто обещает вас убить. И, если у вас есть силы, берите в руки оружие и убейте их первыми, чтобы защитить себя и свои семьи, если нет — хватайте детей, что можете взять и бегите оттуда, но только не рассуждайте о том, что говорят плохое, а думают хорошее».
Спасибо автору за упоминание об этой встрече.
» Не так давно, в Израиле, узники концлагерей встречались с местными школьниками и рассказывали о Холокосте, а потом учитель стал спрашивать школьников, какие они сделали выводы. Те отвечали, что надо уважать людей, которые пережили такие испытания и ценить мир на земле и все такое.
Седая женщина, пережившая концлагерь, вежливо кивала головой, а потом с горечью улыбнулась и сказала, что это все правильно, но главный вывод должен быть совсем другим:
«ЗАПОМНИТЕ НАВСЕГДА, — сказала она, — что если кто-ни будь где-нибудь обещает вас убить — ПОВЕРЬТЕ ИМ. Не рассуждайте как мы тогда, перед холокостом, что это у них политика такая, а сами они хорошие и милые люди, что они это просто так говорят. Когда они перейдут от слов к делу СТАНЕТ ПОЗДНО. Верьте тем, кто обещает вас убить. И, если у вас есть силы, берите в руки оружие и убейте их первыми, чтобы защитить себя и свои семьи, если нет — хватайте детей, что можете взять и бегите оттуда, но только не рассуждайте о том, что говорят плохое, а думают хорошее».
А я подумал, какое чудо, что родился наш сын. Я родился в марте 1941 года в городе Чита в военном городке на станции Песчанка, на краю с тайгой, где служил мой отец — офицер — танкист. За пару месяцев до начала войны их бригаду погрузили на железнодорожные платформы и отправили на Запад, и мама решила перебраться к лету на Украину в город Житомир, где ее уже ждали большие семьи ее и отца. Но, врач предупредил: Ты столько лет ждала ребёнка, а теперь хочешь потерять? Он слишком мал, чтобы его тащить за тысячи километров, да ещё в вагоне с разными болячками. И что ты потом скажешь своему Арончику?! И мама осталась в городке, а обе семьи в Житомире, были убиты и закопаны неизвестно где. И наверняка, для нас с мамой, там тоже было бы место! Ведь эвакуацией евреев — никто не занимался, а старики ещё помнили — доброжелательное отношение к ним немцев из оккупационной администрации в период революции. Да и в газетах писали с явным одобрением, о победах вермахта в Европе, и об беспомощных атаках польской кавалерии на танковые армии Гитлера. И вдруг, на тебе Житомир — бомбардировка — в первый же день войны, ибо рядом большой военный аэродром!
Моей жене — было чуть больше года. Ее отец военврач, служил в военном госпитале в городе Львове.
О том, что там творили бандеровцы с евреями, ещё до прихода немцев — рассказывать не надо. Каким — то образом, врачи раздобыли грузовик для своих семей и отправили их в тыл, ещё до погромов. Но, ведь наш тыл — все время удалялся, а нацисты уничтожали все, что было на дорогах. И снова чудо. Таки выжили. Её мама, старший брат и она. И это надо же — мы с ней встретились — уже в Житомире.
В девяностом году, мы репатриировались в Израиль. На государство не обижены. Все житейское — восстановили с нуля, но одного не понимаем? Мы прилетели в еврейское государство, где активных юдофобов необходимо депортировать, за антигосударственную деятельность, ну а все те, что покушались на жизнь евреев — должны быть повешены, а не размещать их по тюрьмам — на содержании у еврея — налогоплательщика, у которого, и без того полно работоспособных иждивенцев! А вот, сэкономленные деньги, должны идти на поощрение опасного труда — полиции и армии, а заодно, избавляется от военнослужащих — миротворцев, ибо эта профессия — уничтожать, а не умножать ряды противника — своей нерешительностью в ответственные моменты, создавая таким образом, у врага, иллюзии — о возможности нас сломить, изгнать или уничтожить.
По фронту — у нас окружение, а Троянский конь — давно получил свой статус КВО, и состоит на довольствии у государства. Наша страна, как проходной двор. И никто не знает сколько уже у нас спящих или разбуженных террористов.
После приезда, старожилы нам сказали, что здесь постоянный балаган и надо иметь еврейское терпение. Но, что мы ждём? Если ничего не делаем, ради положительных перемен?!
По-видимому, мы тоже ждем Машиаха, который придет и решит все наши проблемы, с арабами — в первую очередь. Вообще-то ортодоксальные евреи его ждут не одну тысячу лет. А ну как он не придет и в наше время? Говорят, что Бог помогает тому, кто сначала пытается помочь себе сам. Это говорил еще и раввин Авраам (кажется) Кук, но не похоже, что израильские ортодоксы приняли его слова к сведению…