На прайде с сенатором Шумером

Парад «гордости» в Нью-Йорке. Википедия

28 июня я, как обычно, отправился освещать ежегодный прайд, то есть гигантский гей-парад, несколько десятилетий проходящий в конце этого месяца на Пятой авеню.

Много лет подряд он начинался в центре Манхэттена, но потом его начало по какой-то причине перенесли южнее, на 26-ю улицу, куда я и направился в 11 утра, благо, это недалеко от моего дома. За день до этого на Пятой состоялся ежегодный лесбийский марш (dyke match), начавшийся в 5 часов вечера у публички на 42-й улице. Обычно я хожу на них, чтобы полюбоваться на плакаты «Еврейки за Палестину». Но синоптики предсказывали в этот день осадки, и я решил ограничиться одним большим воскресным прайдом, который и на этот раз получился на славу, хотя активисты жаловались, что многие корпоративные спонсоры, напуганные Трампом, резко сократили пожертвования на однополые мероприятия. Трамп не гомофоб — иначе он не сделал бы Скотта Бессента своим министром финансов — и не приказывал нашим толстосумам сократить пожертвования на ЛГБТ и т.д. Я не уверен, что он так же расположен к однополым, как Джо Байден, но, мне кажется, что Трамп относится к ним прагматически, как мой покойный приятель Жириновский — к Кашпировскому. В 90-х я познакомился с Кашпировским, которого до этого высмеивал, как-то написав в «Новом русском слове», что он пассами отращивает выкрестам обрезания, или что-то в этом роде. В тот же день мой приятель импресарио Виктор Шульман провел меня на выступление Кашпировского, во время которого у меня вдруг разболелась голова, обычно она болела лишь после того как по ней ударят. Я всем рассказывал, что это была месть Кашпировского за эти обрезания. Но потом мы с ним сошлись, и он поведал мне, что у него проблема. Она состояла в том, что ему пришлось публично заявить в США нечто нелестное о Жириновском, который имел тогда здесь ореол рвущегося к власти русского диктатора. Кашпировский опасался, что его брань дойдет до Жириновского, ссора с которым не входила в его планы, и он попросил меня замолвить за него слово в мой предстоящий визит в Москву, где я обычно навещал грядущего диктатора, обещавшего мне бессрочную визу-многократку. Добравшись до Белокаменной, я сдержал слово и объяснил Жириновскому, что Кашпировский обругал его лишь под дулом общественного мнения США. Оказалось, что Володя на того и не дулся, поскольку ему важны голоса любых избирателей, что бы они там о нем ни несли. Я подозреваю, что Трамп смотрит на геев аналогично. Один из его самых ярых недругов, лидер демократической фракции Сената США Чак Шумер, чьи предки приехали сюда из Галиции, то есть из Украины, положительно любит однополых, к которым принадлежит и его дочурка. О нем чуть ниже. Обычно я прохожу с колоннами геев вниз по Пятой десятки кварталов, но годы берут свое, и уже второй год я топчусь в районе 25-26-й улиц, высматривая там местных знаменитостей.

На прошлогоднем прайде я впервые увидел живого Зохрана Мамдани, который тогда только баллотировался в наши мэры, и пришел на 26-ю стрит за ручку с генпрокурором штата Летишей Джеймс, избранной с обещанием разобраться с Трампом и таки его засудившей. В другой руке наш будущий мэр держал трансгендерный флажок, о существовании которого я и не подозревал. Эта парочка хранила свою сладость не бесконечно: я читал недавно, что Мамдани оказался слишком левым даже для левачки Джеймс. Я приветствую такие разрывы: пусть они грызут друг друга, а не нас.

У головы прайда меня встретила могучая кучка задорных геев, одетых в одни плавки. Свирепствовала июньская жара, так что в 11.30 утра я занял позицию в тени деревьев на восточной стороне Пятой, прямо напротив большой трибуны (granstand), выстроенной специально для гейского торжества. Над прайдом неслась беспрерывная танцевальная музыка с упором на барабанный бой. У трибуны сквозь нее пробивались слова ведущего, который через матюгальник просил всех в полдень замолчать на минуту в память о геях, ушедших от нас с прошлогоднего прайда. Как я понял из его слов, зрители, сидевшие на трибуне, заплатили за эту честь весьма, как он выразился, «респектабельные» суммы, но вид на парад им заслоняла толпа зевак, стоявших задами к ним у ее перил. Ведущий вежливо попросил их сдвинуться, и они покорно унесли куда-то свои зады, открыв плательщикам вид на происходившее. На этих мероприятиях неизменно царит дружелюбная атмосфера, которую в первые годы нарушали лишь маленькие группки верующих, агитировавших с тротуаров против мужеложства. Они мне давно не попадались, однако, в этот раз, идя к метро, я увидел на углу 6-й авеню двух парней, один из которых высоко держал на палке душеспасительный плакат, призывавший геев завязать с грехом, а другой, как я понял, его оберегал. Мимо них шли на прайд толпы однополых и их болельщиков, смотревших на оппозицию отсутствующими взглядами и ее не задиравших. В 11.33 послышался рев моторов, и мимо трибуны проехала на внушительных байках пара десятков бородатых и седобородых геев, выглядевших как «ангелы ада». Сидевшие на трибуне VIP и плательщики положили на колени веера и встретили их овациями. За бородачами проследовал контингент «dykes on bikes», то есть лесбиянки на мотоциклах. За моторизованными лесбиянками к трибуне подошел сенатор Шумер с небольшой свитой, включавшей охрану, которая в последние годы ему все больше необходима, поскольку он — видный сторонник Израиля и отказывается обвинять его в геноциде. Ему также 75 лет, а новое племя леваков, которые сейчас рвутся подмять под себя Демпартию, не уважают седины.

У правых тоже много к нему претензий. Как в общем (потому что он левый), так и в частности (потому что он левый зловредный). Шумер, например, стоял в марте героического 2020 года у здания Капитолия и выкрикивал в микрофоны угрозы в адрес двух членов Верховного суда США, Нила Горсача и Бретта Кавано, назначенных Трампом и собиравшихся голосовать за передачу законов о разрешении абортов из федеральной юрисдикции в ведение отдельных штатов.

«Горсач! — орал Шумер в матюгальник. — Кавано!» и обещал им, что они «пожнут бурю», если проголосуют за эту инициативу. Они проголосовали, и у дома Кавано был арестован очередной народный мститель с оружием и намерением того ликвидировать. Если память не изменяет, несостоявшийся убийца не был трансгендером, что редко случается с народными мстителями нашего времени. Он сознался и получил смехотворный срок в 8 лет отсидки.

Но сейчас сенатор, который говорит, что не пропустил за последние десятилетия ни одного прайда, вступил на вражескую территорию. Ведущий, как положено, превозносил при его появлении поддержку, которую однополые всегда видели от Шумера. Он, в частности, вынес на рассмотрение Конгресса законопроект, наделяющий радужный стяг ЛГБТ таким же статусом, что и Государственный флаг США. Сенатор говорил что-то духоподъемное в крошечный белый матюгальник, легко умещавшийся в его маленькой ладони, но из-за барабанного рева я не услышал ни слова и даже его пожалел. Я пожалел Шумера еще больше, когда он перешел Пятую авеню и начал говорить милые глупости зевакам рядом со мной, но и тут его не слышали. Однако здесь гадостей никто ему не кричал.

Открываю на следующий день «Нью-Йорк пост» и вижу заголовок: «Сенатора Чака Шумера безжалостно освистали (booed) на нью-йорском прайде». Шумер, как положено, выкривал дальше на ходу «Happy Pride!» и перечислял в мини-матюгальник свои заслуги перед однополыми: «Я был первым сенатором, который маршировал на этом параде в 1999 году!», — кричал он недружелюбной толпе, которая его не оценила и продолжала мычать «бууу!». Но не по всему маршруту. Идя дальше, Шумер похвалился, что гордится дочерью-лесбиянкой: «Я был первым лидером Сената, выступившим за однополые браки, — орал он, — и 15 лет спустя оно свершилось, а моя дочь вступила в брак с красивой молодой дамой!». В этом месте толпа его шумно приветствовала.

Но Шумер недостаточно радикален и слишком стар, чтобы долго удерживаться на своем посту в нынешней Демпартии, даже если он породнен с однополой. Не случайно недавняя статья на сайте Института American Enterprise была озаглавлена «Трагедия Чака Шумера».