Мыльный пузырь Эпштейнианы лопается

Принц Эндрю, Вирджиния Джуффри и Гилейн Максвелл. Фото: ru.diez.md

У истоков мифа об Эпштейне стояла некогда пригожая блондинка Вирджиния Джуффри, чью фамилию иные переведут как «Вольная еврейка» и будут неправы. Здешние космополиты часто произносят ее фамилию как Жюффре, а нативисты — как Гуффри.

Джуффри, ставшая на этом мифе миллионершей, прошлой весной, когда ей был 41 год, наложила на себя руки, и ее мемуары вышли уже посмертно. Мировая пресса встретила их восторженно. Созданный ею миф продолжал жить до последнего дампа Минюстом США миллионов страниц из архивов Эпшейтна.

Главным разоблачителем Джуффри является независимый 37-летний журналист Майкл Трейси, чьи доводы получили сейчас неопровержимые, на мой взгляд, подтверждения в 86-страничном секретном меморандуме, вышедшем 19 декабря 2021 года из-под пера федеральной прокуратуры Южного округа Нью-Йорка, самого крутого в стране. Едва появившись в открытом доступе, меморандум снова исчез в прокурорских закромах, но бывалый Трейси успел его скопировать и сейчас им делится. Он писал на днях, что «Вирджиния Джуффри не просто одна из взаимозаменяемых «жертв». Она являла собою само первоначало всех наиболее вздорных теорий об Эпштейне, в которые уверовала масса людей: поставленное на поток «вовлечение детей в секс», широкомасшабная «шантажная» операция, активное заманивание видных людей в ловушку” и т.д. Однако в прокурорском меморандуме, который подписала в числе прочих Морин Коми, — дочь бывшего главы манхэттенской прокуратуры, экс-директора ФБР Джеймса Коми, — констатируется, что «ни одна другая жертва не показала, что (Гилейн) Максвелл или Эпштейн открыто велели ей заниматься сексом с какими-либо другими мужчинами». Иными словами, резюмирует Трейси, даже после интенсивного расследования федералами теория о педофильском промысле детьми и шантаже продолжает основываться лишь на голословных утверждениях Вирджинии Джуффри. Так что когда она, наконец, сподобилась явиться на допрос, то дознаватели, которые до этого сбились с ног, пытаясь выявить хоть одного реального «сообщника» Эпштейна, даже не внесли ее в категорию «несовершеннолетних жертв».

По идее, она была бы бетонобойной свидетельницей обвинения на процессе Гилейн Максвелл, любовницы и сообщницы Эпштейна, но прокуратура не доверяла Джуффри настолько, что ее услугами не воспользовалась.

Прокуроры, как явствует из их мимолетно рассекреченного меморандума, «были не в состоянии подтвердить» главную деталь ее предполагаемой виктимизации Эпштейном и знатными мужчинами, такими, как бывший принц Эндрю, бывший глава сенатского большинства Джордж Митчелл, бывший губернатор штата Нью-Мексико Билл Ричардсон или видный гарвардский адвокат Алан Дершовиц, которого Джуффри поливала грязью на протяжении 9 лет, пока суд не обелил его подчистую.

Ее единственный допрос в прокуратуре состоялся 9 сентября 2019 года. В меморандуме отмечается, что ее утверждения о половых муках, которым она якобы подвергалась, были «внутренне противоречивы», то есть недостойны доверия. Более того, Джуффри призналась в неоднократной лжи о самых заурядных фактах, уничтожении вещдоков и вранье прессе. Вот примеры ее выдумок. По словам Трейси, Джуффри сговорилась с бульварной журналисткой британской «Дейли мейл» Шерон Черчер, которая генерировала с ее подачи кричащие заголовки, обвиняя видных мужчин в чудовищных половых преступлениях с детьми в расчете на то, чтобы соблазнить книгоиздателей на покупку за больше деньги рукописей их мемуаров.

Как явствует из прокурорского меморандума, Джуффри утверждала, что ФБР сообщило ей о наличии у него данных о «40 других жертвах Эпштейна», но ФБР никогда ничего подобного ей не говорило. По ее словам, ФБР известило ее, что «у Эпштейна были камеры, всегда следившие за ней». Она неоднократно повторяла это соблазнительное утверждение прессе, но ФБР ничего подобного ей не говорило и, наоборот, заявляло, что у него вообще «нет данных о подобных камерах». Их наличие является одним из основополагающих мифов Эпштейнианы, которые много лет жужжат у нас в ушах.

Прокуроры отметили, что Джуффри делалась «особенно задиристой», когда ей задавали вопросы о конкретных деталях ее утверждений, и однажды наорала на них, когда они попросили ее предоставить больше информации о том, что Гилейн Максвелл якобы «велела ей заняться сексом с очередным человеком». Как говорится в меморандуме, «Джуффри так подсела на наркотики, что Эпштейн не хотел ее больше видеть». По словам Трейси, она признала, что поглощала в предполагаемую бытность свою «секс-рабыней» богатых и знаменитых уйму наркотиков, которые разрушали ей память. Журналист, который топил на президентских праймериз 2016 года за единственного тогда в Конгрессе главного социалиста, сенатора Берни Сандерса, пишет, что сейчас в приличном обществе не принято упоминать об исполинских дозах наркотиков, принимавшихся Джуффри, а не то вас обвинят в попытке «ошеймовать» ее, что у образованных классов нынче первородный грех.

Манхэттенские прокуроры заключили, что первый вариант рукописи мемуаров Джуффри является «беллетризованным повествованием о ее общении с Эпштейном и Максвелл», и что она описала ряд эпизодов, «которые, как она потом призналась, не имели места». Один из них «содержал описание ее сексуального контакта с ученым, лауреатом Нобелевской премии, и сцены, в которой [купюра] поймали с кокаином у нее в комнате и уволили». Если верить Трейси, закодированное имя принадлежит Саре Келлен, одной из взрослых помощниц Эпштейна, которая, очевидно, тоже рассматривается сейчас прокуратурой как одна из «жертв» из ее подозрительного гигантского списка, насчитывающего на данный момент от 1000 до более чем 1200 «потерпевших» (кавычки везде принадлежат Трейси, который копается в Эпшейниане куда прилежнее меня). .

Спору нет, Эпштейн был идейным педофилом и использовал (по крайней мере, до своего первого ареста в 2008 году) несовершеннолетних девушек для своих причудливых сексуальных забав, но к ним присоединились задним числом масса женщин, чья виктимность нередко вызывает сомнения у скептиков. Некоторые из них, по словам скептиков, движимы обыкновенной жаждой наживы, часто подогреваемой их адвокатами, которым тоже хочется подзаработать. Джуффри была одной из тех, кому удалось подзаработать на славе, благо, она первой раструбила, что Эпштейн и его верная спутница Максвелл якобы еще малолеткой вовлекли ее в свои порочные забавы, а потом подкладывали знакомым мужчинам и тайно снимали в целях шантажа их утехи. Хотя, как они могли это делать без скрытых камер?

Как сообщают, Джуффри слупила с ныне покойной королевы английской Елизаветы пожертвование в 2,7 млн долларов на свой некоммерческий проект SOAR, предназначенный для агитации против сутенерства. Как писал Трейси в июне, эта контора в основом ограничилась созданием невзыскательного сайта, по сути дела, посвященного разнообразным медийным мероприятиям самой Джуффри. Она выиграла минимум пять судебных исков, вчиненных в рамках Эпштейнианы, поскольку ответчики боялись репутационного ущерба и сочли разумным заключить с нею мировое соглашение. По одному из них принц Эндрю отслюнявил ей 10 млн долларов. По другому Гилейн Максвелл лишилась «миллионнов долларов». По третьему основоположнице Эпштейнианы достались 500 тысяч долларов из наследства Эпштейна и неоглашаемая доля от 290 млн, выплаченных банком JPMorgan по иску, который подала большая группа истиц лишь за то, что у оберпедофила было в банке несколько счетов. «Дойчебанк» выложил за то же самое 75 млн. Обвинения в растлении детей настолько токсичны, что капитуляция вышеуказанных ответчиков выглядит совершенно рациональной. Джуффри мертва, но ее дело пока продолжает жить, хотя этот пузырь уже вряд ли долговечен.