Корреспондент германского журнала Spiegel Ульрике Путц побывала на фабрике по производству палестинских ракет в северной части Газы.
По словам журналистки, фабрика представляет собой хибару размером пять на пять метров. Металлические заготовки «Касамов» выстроены вдоль стен. На полках лежат несколько туго набитых мешков из-под мусора.
Руководитель предприятия, 22-летний мастер по имени Абдал объясняет: «Это TNT. Мы его получаем из Судана через Египет». Рядом – мешки с удобрениями, надписи – на иврите. Абдал, усмехаясь комментирует: «А это – удобрения. Мы их используем для изготовления топлива для ракет. Удобрения мы покупаем в Израиле».
Производство «Касамов», по словам работников предприятия – «детская забава» – одна команда занимается сборкой металлического корпуса, а другая – набивает его взрывчаткой. В один «Касам» помещается до трех килограммов.
Затем Абдал выгоняет всех из хижины и лично приступает к самой ответственной и опасной части – «варению» на газовой плите ракетного топлива, состоящего из глюкозы, удобрений и еще нескольких ингредиентов. После того как все компоненты собраны, он надевает на ракету головку с детонатором, который взрывается при ударе ракеты о поверхность.
Абдал утверждает, что за ночь его фабрика может произвести до ста «Касамов». В момент визита германского корреспондента, на фабрике находились только трое рабочих, поэтому и производительность невелика – лишь 12 ракет за смену.
Остальные рабочие находились в это время по ту сторону границы, в Египте. «Делают покупки», – усмехнулся в бороду Абдал.
Исходные материалы для производства одной ракеты стоят 500 евро. Некоторые материалы поступают из Восточной Европы.
Абдал не боится аварии на рабочем месте. Он хорошо знает, что у него гораздо больше шансов погибнуть от ракеты, выпущенной израильским вертолетом. Он говорит: «Мы – легкая добыча».
За чашкой чая он рассказывает о своей карьере ракетных дел мастера. Несколько часов теории и затем – практические занятия. Они происходили не в Газе, а на территории Сирии, Иордании, и «еще одной страны». Абдал прямо не отвечает на поставленный вопрос, но из контекста ясно, что речь идет об Иране.




