![](https://evreimir.com/wp-content/uploads/2011/05/717_26_3.jpg)
«– На «Альталене» мои братья. Я не буду стрелять, я готов идти под суд.
– Это отказ выполнить приказ!
– Я не буду стрелять по братьям.
– Ты пожалеешь об этом. Это будет стоить тебе жизни.
– Я беру на себя ответственность. Я знаю, что такое военно-полевой суд и что такое отказ выполнить приказ. Я не выполню его, даже если я заплачу за это жизнью».
Диалог офицера Йосефа Аксена, бежавшего из СССР,
с Хайманом Шехтером
Часть 1
Кровавый погром в Амоне останется одним из самых омерзительных моментов израильской и еврейской истории. Что может быть страшнее, чем когда детям пробивают головы, ломают руки, ноги и ребра; когда пожилого человека бросают, как тряпку, он падает замертво, и его подхватывают медработники? Разбитые в кровь детские лица, девочек тащат за волосы, конная полиция, врезавшись в толпу, бьет всех, даже тех, кто стоит в стороне. Окровавленных, упавших на землю продолжают бить. Самое страшное происходит внутри домов, где сидят подростки, сковавшие себя наручниками в знак гражданского неповиновения. Сначала ясамники разбивали стекла, так что осколки летели в тех, кто внутри, потом начинали бить их по головам, ногам, рукам, половым органам, топтать сапогами, бросать об стенку. А затем выбрасывали из окна, головой вниз. Арестованных скручивали, нанося удары по голове, позвоночнику, куда придется. Девушек на крыше бросали в ковши трактора и топтали так, что оттуда доносились жуткие крики. На землю их выбросили израненных, одну с переломанными ногами. Ynet показал старика, раненного в голову: «Они налетели, как дикие звери. Нет других слов, – как хищные звери». Откуда взялись эти конники в черной форме, врезающиеся в толпу и беспощадно разящие еврейских детей, как рыцари крестовых походов, как царские казаки и жандармы, громившие евреев?
Россия — СССР
Они пришли издалека – из тех времен, когда, по словам Жаботинского, «все, в ком только было достаточно задору, все побежали на шумную площадь творить еврейскими руками русскую историю». Все эти революционеры, оставив еврейство, отбросили человеческий облик и приняли новую религию конфискаций, экспроприаций, пыток, расстрелов и истребления людей, прежде всего евреев.
Те, кто остались в России, далеко продвинули искусство зубодробительной науки в застенках ЧК-НКВД-МГБ-КГБ, до самых зияющих высот, как родоначальник большого террора Генрих Ягода, бывший агент ИНО ОГПУ в Палестине и глава «террористической группы Яши», травивший людей ядами, Яков Серебрянский. Фармаколог Григорий Майнаровский, испытывавший яды на зеках. Убийца Наум Эйтигон, работавший вместе с Серебрянским и Майнаровским. Нафталий Френкель, превративший лагеря в золотую жилу для НКВД и вдохновивший начальство на расширение ГУЛАГа. Следователи: Шварцман, выбивший электропроводом глаз Григорию Штерну с одного удара, бивший Ванникова и Вавилова; Родос, мучивший Бабеля, Мейерхольда, Мерецкова; убийца Александр Орлов, похититель золотого запаса Испании. И братья Берманы, и Мироновы, и Черток, Гай, Курский, Софья Гертнер и другие. Стахановцы НКВД, искатели еврейского золота, режиссеры кровавых оргий и спектаклей, сочинители легенд для казни миллионов невинных, и зодчие террора, разработавшие самые тонкие методы истязания людей, воспетые в кагебистском фольклоре.
Палестина
«Целью Бен-Гуриона и его поколения была власть. Не они основали сионизм, не они положили начало поселениям. Они принесли в сионизм организацию – так было построено Государство. Но вместе с организацией они принесли на Землю Израиля вирус большевизма. В халуцианских движениях еврейская молодежь Восточной Европы проходила программу промывания мозгов, курс молодого бойца, удачный во всех отношениях. Это было подражанием обучению в иешиве для тех, кто отверг иешиву. Молодежное движение давало веру, их Талмудом была Идеология Социалистического Сионизма» (Ури Мильштейн. «Миф Рабина»).
Бен-Гурион, вдохновленный Лениным, хотел, чтобы профсоюз контролировал все аспекты жизни и владел имуществом и заработками рабочих, «выдавая каждому по потребности», а также отбирал работу у членов Бейтара. Бен-Гурион называл Жаботинского Владимиром Гитлером, и ненависть давала быстрые всходы: на митинге в Тель-Авиве в апреле 1933 г. в бейтаровцев полетели камни. Взрослые бросились с палками на детей, и вскоре на земле валялись 24 тяжело раненных ребенка.
В июле 1929 г. во время дебатов на заседании выборных представителей в Тель-Авиве для расширенного правления Еврейского Агентства, около 100 левых делегатов набросились на ревизионистов и избили их до крови. Жаботинского спасли бейтаровцы. «Никогда в моей жизни я не видел проявлений такой нечеловеческой ненависти – ни в России, ни даже среди арабов во время погрома в Иерусалиме. Безграничная ненависть, слепое стремление бить, разить, разорвать на клочки», – писал он в газете «Хайнт». Нападали на него и за границей. В Брест-Литовске и Каунасе левые встретили его градом камней, в другой раз в него полетели куски стекла и железа. Бен-Гурион сорвал бойкот Германии и пошел с немцами на соглашение о трансфере. В 1933 – 39 гг. в Палестину перекачали 8 миллионов стерлингов, в то время как имущество евреев в Германии оценивалось в 360 миллионов. Из 226 тысяч евреев, бежавших из Германии в 1933 – 39 гг., 45 тысяч прибыли в Палестину, из них 18 тысяч были капиталистами. 8 миллионов для немцев были каплей, зато это сломало бойкот и спасло режим Гитлера.
Злобная клевета, культ личности вождя, переписывание истории, присвоение иммиграционных сертификатов, чтобы не допустить приезда правых и, наконец, позорное сотрудничество с англичанами, «Сезон» – охота на членов Иргуна и Лехи, которых били, иногда пытали и выдавали англичанам вместе со складами с трудом добытого оружия. Троих ревизионистов обвинили в убийстве Арлозорова. Их казнь должна была стать для Бен-Гуриона первым шагом для уничтожения Жаботинского. Но правда восторжествовала, и невинные были оправданы. Однако в 1948 г., во время расстрела «Альталены», привезшей людей и оружие, Абраша Ставский, за 15 лет тайно перевезший в Палестину 20 тысяч евреев, был убит еврейской пулей. По раненым, бросившимся в воду с горящего корабля, открыли прицельный огонь, стараясь попасть в голову. 16 евреев были убиты. Бен-Гурион тогда заявил: «Будь благословенны пули, убившие врагов Израиля. Пушка, уничтожившая «Альталену», – святыня и должна быть помещена в храм».
Левые во всем уступали англичанам, которые закрыли наглухо ворота Палестины, надеясь превратить ее в свою колонию. Бен-Гурион помогал Англии противодействовать созданию Еврейской Армии и спасению евреев Европы, чего добивались ученики Жаботинского. Организованное еврейство США выполняло приказы Бен-Гуриона, тормозя все усилия Хилеля Кука и его товарищей. «Сохнут (Бен-Гурион) выиграл эту битву. Несмотря на то, что мы сумели пробить стену молчания на больших митингах, а также в печати, мы не могли дотянуться до уха правительства. Бойкие и уважаемые еврейские организации США держали это ухо наглухо закрытым. На нашей стороне, работая с нашим Комитетом для создания Еврейской Армии в Палестине для сражения с немцами, для освобождения Палестины от англичан, для нелегальной доставки туда погибающих евреев Европы, в роли лоббистов, сборщиков денег, постановщиков пьес, организаторов конференций, прокламаций и воззваний, – были 33 сенатора, 109 конгрессменов, 14 губернаторов, 14 послов и членов кабинета, 55 судей Верховного и прочих судов, 60 мэров главных городов Америки, 400 раввинов и в 2 раза больше священников, много генералов, полковников, адмиралов и контр-адмиралов, много высокопоставленных деятелей, 500 президентов университетов и профессоров, столько же драматургов, писателей, поэтов, редакторов и антрепренеров. Но сколько бы… знаменитостей мы ни собрали, еврейские организации собирали в 5 раз больше… Они знали, на чьей они стороне, и сражались неустанно на два фронта. Один был фронт замалчивания, и директивы для него прибывали от Бен-Гуриона, Вейцмана и прочих социалистов Палестины… Они знали, что происходит. А американские евреи, подобно обреченным евреям Европы, переводили их трусливую тактику оппортунизма и местечковой политики в высшую из еврейских целей. Вторым фронтом было старание убедить мир, что мы, кричащие об убийстве евреев Европы, – лгуны, аферисты, и, в лучшем случае, истеричные невежды… Я верю, что почти все 6 миллионов евреев можно было спасти, и вместе с ними была бы спасена и честь ХХ века, если бы евреи США соединились для этого в одном порыве» (Ben Hecht. Perfidy).
Кастнер вел переговоры с Эйхманом о спасении его родственников и сионистских деятелей, украшенных для вида известными раввинами (всего 1686 человек), в обмен на поддержание порядка в гетто Венгрии и удержание 1 миллиона евреев от сопротивления депортации в концлагеря. В 1947 г. Кастнер дал аффидэвит американскому суду в Нюрнберге в защиту нацистского преступника Курта Бехера, изъявшего у евреев более 2 миллионов долларов, и спас его. Он пытался спасти шурина Гиммлера, фон Вислецени, командовавшего убийством 60 тысяч евреев Словакии и помогавшего депортировать евреев Венгрии, но словаки казнили его. Другой друг Кастнера – Г. Крумей, командовавший расстрелами евреев Австрии, Венгрии и Польши, попал к американцам и, благодаря Кастнеру, назвавшему его посланцем «доброй воли», был выпущен на свободу. В 1961 г. этот посланец «доброй воли» Лидице и концлагерей ожидал суда. За него просили Бехер и Кастнер, член правящей партии МАПАЙ и будущий министр.
Отношение к нефильтрованной иммиграции у лидеров «Сохнута» и окружения Бен-Гуриона отражают слова будущего президента Израиля Хаима Вейцмана, который произнес в 1930-х годах много вдохновенных речей о его сионизме. Выступая на Конгрессе в Лондоне в 1937 г., президент Всемирной Сионистской Организации Вейцман сказал: «Палестина не сможет абсорбировать всех евреев Европы. Нам нужна только лучшая часть молодежи. Только образованные люди для поднятия уровня нашей культуры. Другие евреи должны оставаться там, где они есть, и встретить свою судьбу. Эти миллионы евреев – пыль, экономическая и моральная пыль на колесах истории в жестоком мире, они должны уйти… Только отдельные выживут… Они должны принять это… В страданиях они найдут дорогу – б‘ахерет хаямим (когда придет Мошиах). Мы не хотим, чтобы они приехали в Палестину. Мы не хотим, чтобы Тель-Авив стал еще одним низкосортным гетто».
Жаботинский ответил ему ужасающим пророчеством: «Евреи Европы сидят на пороховой бочке. Если они не ликвидируют диаспору, то диаспора ликвидирует евреев. Они будут уничтожены в страшнейшей битве истории». Вейцман оставался англофилом до конца его дней. Когда 22 июня 1941 г. его спросили, что будет с евреями СССР, он ответил: «Наших людей, миллионы из них, ждет ужасная судьба. Но в конце концов, и это главное, – эта война принесет благословление Англии». И глаза его засверкали» (S. N. Behrman. Chaim Weizmann – Builder of Zion). Услышав об убийстве министра колоний Англии лорда Мойна, ярого противника евреев Палестины, он сказал, что смерть Мойна была для него более болезненна, чем гибель его сына при защите Лондона. После этого он поспешил в Палестину организовывать с помощью Бен-Гуриона разгром Иргуна и Лехи.