Для чего сотворён наш мир? Есть ли у него цель, каковы главные приоритеты? Только он «коридор перед залой Будущего мира», как утверждает мудрец Талмуда, или существуют собственные ценности, подготовкой ко входу в зал не исчерпываемые?
Планы Создателя и Человека разошлись. Разумеется, Б-г создавал миры, учитывая такую возможность, прозревал её в будущем. Выбор Адама абсолютно реален, ему дан карт-бланш: дорога, по которой двинется человечество. Формула рабби Акивы: «всё предопределено, но право дано» проявилась буквально.
«Грех Адама» — съел «запретный плод»? Но наказание ослушникам Всевышний сформулировал так: «за то, что слушал голоса жены своей и ел от дерева…». Первая причина изгнания более значима, ибо с неё начал Творец. «Послушался жены, а не Меня».
Согласитесь, нелепо, чтобы общающийся с Б-гом, простёртый «от конца до конца мира» предпочёл каприз женщины? Настоящим двигателем проступка была любовь и благодарность Создателю. Адам, зная, что Б-г после сотворения дурного начала произнёс: «очень хорошо», захотел впустить его в себя и подчинить, использовать для служения.
Дальнейшее повествование Торы выглядит как гнев и возмездие. Но вспомним, что качества Всевышнего и Его действия вызваны не настроениями, а бесконечной мудростью и милостью. «По пути, которым человек желает идти, ведут его». Как позже Шехина «уйдёт за еврейским народом в изгнание»,- Отец, прогоняя детей из рая, отправил Эден вслед за ними.
Где на земле поселился рай? Там, где исполняется намерение первых людей: дурное начало совместно с добрым служит Г-споду. Такова мечта человека. «Если бы не злое начало, не женились бы и не рожали детей». «Дурное начало без уточняющего эпитета означает разврат»: неуправляемую страсть, женско-мужской магнит. Мустанг оно норовистый, оседлать змея, подчинить высокому — труд долгий и умелый. И — награни фола. Взгляните на публичный дом современного общества, «романтическую» тему искусства: «меня не любишь, но люблю я — так берегись любви моей!»…
Рай поселился у служителей Всевышнего. В настоящей, освящённой еврейской семье. Ради неё Адам выбрал «голос жены», подчинился необходимости отведать «плода древа познания добра и зла». Впустил в себя зло: лень, гордыню, страсть, фантазии…
Впрочем, в семье поселился и ад. Объясняя имена «иш и иша», мужчина и женщина, отличающиеся только последними буквами, мудрецы утверждают: «мир между ними — Шехина меж ними, а нет — огонь пожирает их». Общие алеф и шин дают «эш» — огонь, а собранные вместе йюд мужа и hей жены — Имя Создателя в аспекте милосердия.
Не простой это пламень, но — огнь Гейинома. «Нашёл женщину — обрёл беду» — говорит об этом мудрейший из людей. Однако в его же «Притчах»: «нашёл женщину — достиг добра»! Что же правда?
Оба. Или — или, серединки нет. Поскольку «милость Создателя превышает Его строгость по крайней мере в 500 раз» — счастье и другие проявления присутствия милосердного Б-га многократно сильней самого грозного в Творении огня. Если в семье мир, любовь и духовное сотворчество, члены её — не аллегорически, а буквально! — обитают в той реальности блаженства, которую как цель Творения изначально задумал Б-г. А если нет… Костёр Гейинома через страдания очищает, ибо пылает в мире, где спали покровы лжи, и обычно конечен — а семейный, коль не приложить чрезвычайных усилий, оскверняет и поддерживает сам себя. То есть хуже адского. Добавь к нему рутину быта…
Ещё камушек. «В Будущем мире праведники сидят с коронами на головах и наслаждаются сиянием Шехины». Они «идут от великолепия к великолепию и нет у них успокоенности ни в этом, ни в будущем мире». Есть ли этому противоречию соответствие на земле? Да.
Три называются «малым храмом»: синагога, молитва и еврейский дом. Синагога сегодня имеет уменьшенный статус по сравнению с «домом собраний», о котором сие сказано. Молитва ослабела и мы, даже утратив сосредоточенность, обычно не возвращаемся к её началу. А еврейский дом — тот же! Сейчас это главный «малый храм», потенциальное жилище Присутствия Всевышнего.
Известно, что «нет награды за заповеди в этом утекающем мире» — кроме, возможно, самой жизни. Но сё верно «в этом мире», а малый храм семьи возведён не только в нём. Если там истинный мир, Шалом — сюда может прийти благость, которая сопряжённей вечности, чем временному, исчезающему бытию. Мы трудимся, растём — и при этом Шехина к нам ближе, чем в Будущем мире: «меж ними», а не сияньем вокруг!
Действенное снадобье при неверном употреблении губительно, непонимание значения семьи, ролей мужчины и женщины уносит ко лжи и страданиям. Творец пояснил: «нехорошо человеку быть одному, сделаю ему помощника кенегдо». «Негед» можно перевести и «против», и «соответственно». «Или помощник, или противник» — молвит агада.
Но то функциональный уровень, земной. В малом же храме дома (буде выстроен!) оба первосвященники, у каждого, помимо общих, свои возношения и заботы. Служат в храме и дети, прочая родня — «просто коэны».
Все слышали, что «религиозная женщина угнетена»… Есть странное утреннее благословение: «благословен… что не сделал меня женщиной». Мужской шовинизм сияет: «я главный!». Больше заповедей, изучение Торы повелено и оттого важнее. Но вот оборотная сторона: спасибо, что не заставил пройти её испытания, например беременность и роды. Жена произносит: «благословен сотворивший меня по желанию Своему» — с симпатией и галантностью.
Тора дошла до нас в основном через рабби Акиву и его учеников. Рабби возвращался домой, окружённый учениками, женщина попыталась подойти. Питомцы начали её отталкивать и услышали: «моё и ваше — её это». Верно такое не лишь из-за самоотверженности Рахели. Помыслив, то же скажет любой мужчина — сопряженность душ мужа и жены открывает обоим иные масштабы и горизонты, сопрягает с бытиём первых Мужчина и Женщины в Ган Эдене под сенью Древа Жизни…
Но коли сопряжение поверхностно и нет стремления к единству — бросает в морок склок, взаимных претензий, расходует впустую их жизнь. Чтобы дать шанс не провалиться, Творец подарил народу особые качества. Говорят мудрецы: еврейство того, у кого их нет, под сомнением. Это: «ватран, бойшан, гомель хасадим» — прощающий, стыдливый и милосердный. Таковы и «три столпа семьи», подобные трём опорам мира: Торе, работе в Храме и милосердию. Милосердие у семьи и мира — опора общая, самое значимое оно — меж мужем и женой, родителями и детьми. Скромность именуют «женской Торой». И с буквальным Законом она повязана: «Моше — смиреннейший из людей». Умение же прощать, понимать и принимать резоны другого — главная и труднейшая работа в храме семьи. Храм строят законы Торы и качества его служителей.
Уточняют мудрецы: общая атмосфера в доме, конфликтная или мирная, зависит в основном от женщины, а детали устройства алтаря — в ведении мужчины.
Прообраз Храма — шатёр Сары. Ривка направила народ по пути Якова, перехитрив мужа. Рахель оберегает нас от бед. В заслугу женщин мы вышли из Египта, они не участвовали в грехе Тельца, добрались до Страны Израиля…
Горели свечи Сары всю неделю,
И облако стояло над шатром,
И ангелы на свежий хлеб глядели,
И счастье – что не описать пером.
Мы шли с тех пор сквозь смех, огонь и воду,
Привычны нам поминки и пиры.
Но в этом мире споров и разводов
Тепла не держат прочные шатры.
Разрушен дом, что был нам лучшим даром,
Бездомен Б-г и бесприютны мы.
И кажется, что свечи мамы Сары
Тускнея, не растопят лёд зимы.
Я думал – мир в печали и угаре,-
Но я проснулся утром на заре,
И мне открылось: скоро свечи Сары
Зажгут огни на Б-жьем алтаре.
Тепло семьи, мезуза над порогом,
Свеча жены – царицы в доме том,-
И это то, что нас помирит с Б-гом.
И это нам отстроит Б-жий дом.
Оцените пост
(ещё не оценено)
Загрузка...
