Они были первыми. 75 лет остаются в забвении герои-разведчики, первыми водрузившие красное знамя над Рейхстагом

unnameпппd444

Фото Евгения Халдея

Каждый год 9 мая я зажигаю свечу в память о моем отце и миллионах пропавших, как и он, без вести. Их пепел стучит в моем сердце…

С момента моей первой публикации о героях разведчиках, которые первыми водрузили знамя Победы, прошло 27 лет. Ничего не может быть святее Победы для советских людей, потерявших во имя ее десятки миллионов отцов, матерей, братьев и сестер. Вся страна ждала этой Победы и Красного знамени над фашистским рейхстагом. Но документы, которые принес в апреле 1993 года в редакцию петербургского «Часа пик» Яков Резник, потрясли не только тем, что генерал Шатилов, а вслед за ним и маршал Жуков на 8 часов 15 минут раньше свершившегося отрапортовали генералиссимусу: «Рейхстаг взят! Знамя Победы водружено!», а тем, что специально подобранные услужливыми политотдельцами русский Егоров и грузин Кантария, мир праху их, не были первыми.

Меня потрясла длящаяся к тому времени около полувека трагедия забвения пятерых разведчиков, которые, по праву, должны носить звезду героя Советского Союза. Единожды совравши в угоду Сталину, никто из последующих военачальников не желал восстановить историческую справедливость. Не хотели этого ни Хрущев, ни Брежнев, ни Горбачев, ни Лукьянов, ни Гречко, ни Язов. Не удалось оставшимся в живых ста семидесяти ветеранам 136-й армейской Краснознаменной орденов Суворова и Кутузова Режицкой пушечной артиллерийской бригады достучаться и до тогдашнего министра обороны России Павла Грачева…

Казалось бы, чего проще — целые народы реабилитируют, но разведчики капитана Владимира Макова никакими ножницами не могут перекусить российскую бюрократическую «колючку», оказавшуюся для них неприступнее ощетинившегося пушками и пулеметами фашистского рейхстага… Нет, не только дураки и плохие дороги погубят Россию. Чиновники тоже.

В России сегодняшней, как и 75 лет назад, звучит в учебниках христоматийное: знамя Победы над рейхстагом водрузили русский М. Егоров и грузин М. Кантария, за что им было присвоено звание героя Советского Союза. Нисколько не умаляя ратных заслуг этих воинов, хочу, ссылаясь на свидетельства участников штурма и ученых, рассказать о том, как это историческое событие было сфальсифицировано.

Многократно проверенные данные, которыми располагали Институт военной истории Минобороны СССР, отдел истории Великой Отечественной войны, институт истории СССР АН СССР и главная редакция 5-го и 10-го томов «Великой Отечественной войны советского народа» свидетельствуют, что дело обстояло так: к утру 30 апреля 1945 года были закончены бои за здания, которые прикрывали рейхстаг, — швейцарское посольство и министерство внутренних дел, или, как называли его в то время, «дом Гиммлера». Попытка трех стрелковых батальонов из 150-й и 171-й стрелковых дивизий с ходу захватить рейхстаг не привела к успеху. Только поздно вечером, после мощной артиллерийской подготовки, три стрелковых батальона смогли совершить бросок к рейхстагу. По центру шел первый батальон 765-го стрелкового полка капитана С. Неустроева, а справа от него — первый батальон 674-го стрелкового полка капитана В. Давыдова. Эти два батальона входили в 150-ю стрелковую дивизию, которой командовал генерал-майор В. Шатилов.

При батальоне С. Неустроева действовала штурмовая группа капитана В. Макова. В том, что рейхстаг будет взят в короткий срок, никто не сомневался. Кто же окажется первым? Вот что рассказал Михаил Петрович Минин, один из участников группы В. Макова: «Наша штурмовая группа имела задание водрузить знамя Победы. В период штурма мы должны были идти впереди атакующих и первыми ворваться в рейхстаг. Не исключался и такой вариант: если позволит обстановка, то незаметно просочиться к рейхстагу еще до подхода передовых стрелковых подразделений и водрузить на видном месте красное знамя, которое бы послужило сигналом общего штурма. Однако после первых неудач взятия рейхстага, по указанию штаба корпуса нашей штурмовой группе было приказано провести тщательную разведку обороны гарнизона рейхстага и вскрыть его систему огня.

Было это 30 апреля 1945 года. Мы до вечера готовились к штурму…

Так как же появилось в истории время 14 часов 25 минут 30 апреля 1945 года, когда будто бы штурмом был взят рейхстаг и над ним водружено знамя Победы?

Вот что выяснилось. Первое сообщение исходило от командира 150-й стрелковой дивизии генерал-майора В. Шатилова, который преждевременно доложил командованию 79-го стрелкового корпуса о захвате рейхстага и водружении над ним знамени Победы.

Что же произошло на самом деле? Согласно донесению командира артиллерийского Краснознаменного корпуса прорыва РГК (резерва главного командования) гвардии генерал-лейтенанта артиллерии Игнатова командующему артиллерией 1-го Белорусского фронта, группа капитана В. Макова установила знамя над рейхстагом в 22 часа 40 минут 30 апреля 1945 года. Об этом событии В. Маков прямо из рейхстага доложил по своей рации (документ сохранился) командиру корпуса Переверткину.

Через два-три часа, в ночь на 1 мая на крыше рейхстага было установлено еще одно знамя Военсовета 3-й ударной армии, известное как знамя № 5. По непосредственному приказу Ф. Зинченко знамя водрузили разведчики 756-го полка М. Егоров и М. Кантария. Водрузили, но не на куполе. По свидетельству М. Егорова и М. Кантария, они прикрепили знамя над депутатским входом в рейхстаг. И только 2 мая 1945 года знамя было перенесено на купол рейхстага и стало именоваться Знаменем Победы советского народа в Великой Отечественной войне».

На самом же деле пятеро воинов во главе с капитаном В. Маковым первыми водрузили знамя Победы над рейхстагом. Вот хроника их подвига:

28 апреля. Разведчики группы капитана В. Макова зашли в тыл к фашистам. Сняли пост и ворвались в подвал, пленив 25 немецких солдат.

29 апреля. Группа В. Макова пробралась в расположение немцев и корректировала огонь артиллерии по рейхстагу. Дом, в котором они находились, был окружен немцами, но разведчики, действуя автоматами и гранатами, отбили нападение фашистов и продержались в этом доме до подхода наших частей.

30 апреля. В. Маков, А. Бобров, Г. Загитов, М. Минин, А. Лисименко разведали необозначенный на карте канал, проходящий в 100 метрах от рейхстага, и обнаружили переправу. Вечером во время штурма разведчики первыми ворвались в здание рейхстага, взобрались на крышу здания, отражая нападение немцев, и установили знамя Победы.

За этот подвиг капитан Владимир Николаевич Маков, старшие сержанты Алексей Петрович Бобров, Газий Казиханович Загитов, Александр Филиппович Лисименко, сержант Михаил Петрович Минин были представлены к званию Героя Советского Союза. Эти исторические наградные документы (копии архивохранилища Советской армии) подписаны высокими должностными воинскими лицами. Представлены, но не награждены.

Знали ли о неправомерности досрочного сообщения о взятии рейхстага Верховный главнокомандующий И. Сталин и маршал Г. Жуков — сегодня судить трудно. Как такое могло случиться? Вот что сообщает заместитель начальника Института военной истории МО СССР профессор М. Кирьян, ссылаясь на воспоминания командира 765-го стрелкового полка Ф. Зинченко: «Всему виной поспешные, непроверенные донесения. Возможность их появления была не исключена. Бойцы подразделений, залегших перед рейхстагом, несколько раз подымались в атаку, пробивались вперед в одиночку и группами. Вокруг все гремело и грохотало. Кому-то из командиров могло показаться, что его бойцы если не достигли, то вот-вот достигнут заветной цели. Особенно твердым было такое убеждение у каждого из нас в самом начале штурма, когда еще не вполне представлялось, какое сопротивление способен оказать противник. Вот и полетели по команде донесения. Ведь всем так хотелось быть первыми!»

Именно такое донесение дошло до штаба корпуса и сразу без оговорки было передано выше — в штаб фронта. Маршал Жуков прислал в ответ телеграмму, в которой объявлял благодарность всем участникам штурма («Герои штурма рейхстага» М.,1983, сс.149-150).

Однако здесь полковник Ф. Зинченко говорит не всю правду, пишет дальше в официальном документе профессор М. Кирьян. На встрече участников штурма рейхстага, организованном в Институте марксизма-ленинизма при ЦК КПСС 15-16 ноября 1961 года, командир первого батальона 756 стрелкового полка 150-й стрелковой дивизии С. Неустроев сказал: «Группа артиллеристов, пять человек, лучших воинов, во главе с капитаном Маковым, шла в первых рядах атакующих бойцов 756-го стрелкового полка. Им первым принадлежит честь в установлении Красного знамени на крыше рейхстага…».

Такова историческая правда. Институты, музеи всецело поддерживают версию воинов-артиллеристов. Изменена экспозиция в Центральном музее вооруженных сил СНГ в Москве, в музее города-героя Бреста, Военно-историческом музее артиллерии, инженерных войск и войск связи (Санкт-Петербурга), музее Второй мировой войны в Карлгофе (Германия) имена разведчиков капитана Макова значатся первыми, водрузившими знамя Победы на крыше рейхстага.

Уже много лет ветеран войны, прошедший ее с первых дней от Бреста до Берлина, Леонид Аронович Крок, председатель Совета ветеранов 136-й армейской Краснознаменной орденов Суворова и Кутузова Режицкой пушечной артиллерийской бригады, входившей в состав 1-го Белорусского фронта, штурмовавшего рейхстаг, не может добиться справедливости. 9 мая 1993 года он в очередной раз встретился со своими однополчанами. Бойцы, а их, увы, от встречи к встрече становится все меньше, с горечью вспоминают минувшие дни. И, несмотря ни на что, верят, что подвиги их пяти однополчан будут Россией оценены по достоинству.

Вот что рассказал мне журналист из районной газеты Яша Резник, в надежде, что петербургский «Час пик» сможет пробиться через бюрократический кордон. И я решил продолжить этот поиск.

Четверо русских и татарин не ровня Егорову и Кантария. Итак, еще один миф, еще одна большая ложь в угоду Сталину. Не первая, да, наверное, и не последняя. Но кто же конкретно мешает восстановить историческую справедливость?

Встреча с Леонидом Кроком, изучение документов, продолжение переписки по этому вопросу многое прояснили. Вот что он рассказал: «Я сам участник штурма рейхстага, так что рассказываю не с чужого голоса. 30 апреля первая попытка ворваться в рейхстаг была в 14 часов 20 минут, но фашисты буквально прижали к земле наши батальоны. Войти в рейхстаг тогда никому не удалось, но полковник Зинченко уже послал рапорт. В 18 часов вновь была попытка штурма рейхстага и вновь неудача. Был назначен ночной штурм. Ровно в 22 часа началась массированная артподготовка. Затем — последний победный штурм.

Разведчики капитана Макова прорвались к главному входу и вначале повесили знамя на колонну. Дверь главного входа в рейхстаг была замурована, но с помощью телефонного столба она была выбита. И в прорыв кинулись пятеро разведчиков, расчищая себе путь гранатами и автоматным огнем. Газий Загитов был, как потом оказалось, смертельно ранен, но душевный подъем был настолько высок, что у Газия хватило сил утром сфотографироваться у колонны рейхстага.

Ворвались разведчики Макова на крышу рейхстага, помогли Мише Минину взобраться на башню. Маков доложил по рации: «Древко знамени установили в дырку богини!» На часах истории было 22 часа 40 минут. Через несколько часов Егорову и Кантария по приказу Зинченко было вручено так называемое «Знамя № 5», придан взвод автоматчиков, и они пошли на крышу рейхстага. С точки зрения воюющего солдата, это уже был парадный марш. Фашисты были загнаны в подвалы батальонами Неустроева, и крышу рейхстага не контролировали.

Вы видели наградные листы, которые с большим трудом удалось достать в архиве Михаилу Петровичу Минину. Несмотря на представление пятерки воинов к званию Героев Советского Союза, их наградили орденом Красного Знамени. Егорова и Кантария тоже.

Год спустя, за час (!) до парада Победы М. Кантария и М. Егорову выдали золотые звезды Героев Советского Союза. И только через 3 (!) дня, 8 мая 1946 года, был подписан указ Президиума Верховного Совета СССР…

Даже в то время мы понимали, что Егоров и Кантария стали игрушками в руках подхалимов: нужно было, чтобы рядом с русским обязательно был грузин. Четверо русских и татарин, первыми ворвавшиеся в рейхстаг, не подходили для создания идеологического мифа».

victory-day-834612_640ккккк

Как же пробивались к правде друзья-однополчане пятерых разведчиков. На апрель 1993 года в живых оставались только двое: Владимир Николаевич Маков и Михаил Петрович Минин. Леониду Ароновичу Кроку легче перечислить, куда и к кому они еще не обращались. Но все вожди и маршалы, за исключением заместителя министра обороны СССР по кадрам В. Ермакова и маршала авиации Е. Шапошникова, отфутболили ветеранов в ГУК (главное управление кадров) Минобороны.

Вот что писал в апреле 1991 года Л.А. Кроку заместитель начальника управления ГУКа генерал Ю. Розов: «Ваше ходатайство о присвоении звания Героя Советского Союза группе военнослужащих во главе с капитаном Маковым В.Н., отличившихся в штурме рейхстага, адресованное маршалу артиллерии Михалкину В.М., по поручению рассмотрено в Главном управлении кадров Минобороны. По данному вопросу Вам неоднократно давались обстоятельные ответы. Разъясняю. Пересматривать значимость событий, роль и место личностей в штурме рейхстага в компетенцию Главного управления кадров Минобороны СССР не входит. Министерство обороны СССР также не находит оснований отменять решения военного командования периода Великой Отечественной войны. В связи с изложенным удовлетворить Вашу просьбу не представляется возможным».

Л. Крок обратился к народному депутату России от Ленинградской области генералу армии В. Ермакову с просьбой передать лично тогдашнему министру обороны Е. Шапошникову документы, собранные Советом ветеранов 136-й армейской пушечной артиллерийской бригады. К чести генерала Ермакова просьбу он выполнил. И вот, наконец-то долгожданный ответ ГУКа.

«Уважаемый Леонид Аронович! Ваши обращения в различные государственные организации по вопросу присвоения звания Героя Советского Союза группе разведчиков капитана Макова В.Н. рассмотрены Министром обороны СССР. Материалы направляются в Комиссию по государственным наградам СССР при Президенте СССР.

Зам. начальника Управления В. Криунев».

Но история еще раз сыграла над разведчиками злую шутку: СССР, как и его министерства обороны, не стало. Но, может быть, новые люди в новом российском Министерстве обороны, новый министр доведут дело до конца и восстановят справедливость?

Через два дня после празднования Дня Победы, 11 мая 1992 года, вместо указа, Совет ветеранов получил письмо из ГУКа российского Минобороны: «Обращение Совета ветеранов 136-й бригады по вопросу присвоения звания Героя Советского Союза группе разведчиков капитана Макова В.Н., отличившихся в штурме рейхстага 30 апреля 1945 года, было рассмотрено Главнокомандующим Объединенными Вооруженными Силами СНГ маршалом авиации Шапошниковым Е.И. и 19.12.1991 года было направлено для согласования советнику Президента РФ по оборонным вопросам генерал-полковнику Волкогонову Д.А. Эти документы в Главное управление кадров не возвращены. Принятые меры по их возвращению положительных результатов не дали.

В связи с изложенным, удовлетворить Вашу просьбу не представляется возможным.

Зам. начальника Управления В. Криунев».

Новый виток отказов не убавил у ветеранов веры в справедливость, хотя доводы в ответе смехотворны и больше смахивают на издевательство. На очередное обращение к министру обороны России — до боли знакомый ответ. Только вот подпись под ним не прежнего заместителя начальника управления ГУКа Минобороны СССР Ю. Розова, а начальника управления ГУКа министерства обороны России… Ю. Розова:

«… Пересматривать значимость событий, роль и место личностей в штурме рейхстага в компетенцию Главного управления подготовки и распределения кадров Министерства обороны не входит. В связи с изложенным удовлетворить Вашу просьбу не представляется возможным».

Круг замкнулся.

В то же самое время в адрес Л.А. Крока приходят на официальных бланках письма. Вот одно из них — из Института военной истории Минобороны СССР, датированное 31 июля 1991 года: «Ваше письмо внимательно изучено в Институте военной истории МО СССР. В оценке событий штурма рейхстага и водружения знамени Победы мы стоим на тех же позициях, что и Вы. Эта позиция отражена как в справке Института, отправленной в Ваш адрес, так и в различных публикациях сотрудников Института. Институт военной истории поддерживает Вас и в своих трудах будет продолжать отстаивать эту точку зрения.

Всего Вам доброго.

Начальник отдела истории Великой Отечественной войны, кандидат исторических наук В. Елисеев».

Добавлю от себя, что на настойчивость и убедительность документов, представленных Советом ветеранов бригады, и публикация в «Часе пик», откликнулся музей вооруженных сил России. В нем сообщалось, что из экспозиции штурма рейхстага изъяты бюсты Егорова и Кантария. Итак, в музях и научно-исследовательских институтах историческая правда восстановлена. В министерских кабинетах нет.

Приближавшийся в 1993 году праздник Победы для единственного оставшегося в живых к тому времени Михаила Минина был «со слезами на глазах». Потому что и солдаты плачут от обиды. И вот тогда я через газету обратился с открытым письмом к президенту России. Я и сегодня, перечитывая эти строки, не стесняюсь своей наивности:

«Уважаемый Борис Николаевич!

Я обращаюсь к Вам, Верховному Главнокомандующему России, не только как журналист, но главным образом как сын солдата, погибшего в Великую Отечественную. Разорвите, наконец, порочный и бессовестный круг, который полвека назад замкнул подвиг гвардейцев капитана Владимира Макова, старших сержантов Александра Лисименко, Газия Загитова и Алексея Боброва, сержанта Михаила Минина.

Разве совместимы Победа и ложь? Хотелось бы, Борис Николаевич, чтобы оставшийся в живых один из пяти разведчиков, первых водрузивших знамя Победы над поверженным рейхстагом, еще при жизни получил из рук первого президента новой России звезду Героя.

Верю в Вас.

Лев Корсунский».

… Ответа не было. Были у Бориса Николаевича дела поважнее: подготовка к дирижированию немецким оркестром, к пляскам на предвыборной поляне, к бросанию в Волгу своего пресс-секретаря и другие особой значимости государственные дела, настоянные на алкоголе, не позволили ему восстановить Истину…

Три четверти века прошло с того самого дня, когда над фашистским рейхстагом взвилось Знамя Победы. И вот, наконец-то, в Википедию черным по белому вписано: «Группа капитана В. Макова ворвалась в здание рейхстага. В 22 часа минут 40 минут они установили Красное Знамя в отверстие короны скульптуры Богини Победы».

Но золотая звезда героя так и не нашла до сей поры ни одного из тех, кто был первым. Последним из группы героев разведчиков ушел из жизни в 2008 году Михаил Петрович Минин. Единственная его награда после ордена Красного Знамени — звание почетного гражданина города Пскова…

Трагична судьба капитана В. Макова. Так и не добившись правды во всех инстанциях, В. Маков пришел в Истрицкий райком партии и швырнул в физиономию секретаря райкома свой партбилет. Из ВКП(б) его исключили на следующий день. В альбоме, посвященном 50-летию Победы над фашистской Германией, изданном в 1995 году, о группе капитана В. Макова не было сказано ни слова… Маков заливал обиду алкоголем. Распалась семья, друзей сменили собутыльники. В марте 1996 года его нашли мертвым в собственной квартире…

Что и говорить, получился праздник со слезами на глазах, но с большой ложью. Героями за подвиг при взятии рейхстага были назначены другие. Так что советский лозунг «Никто не забыт и ничто не забыто», как и множество других, оказался очередным блефом.

Лев КОРСУНСКИЙ, лауреат международной премии имени Дмитрия Холодова «За мужество и профессионализм»

9р

Оцените пост

Одна звездаДве звездыТри звездыЧетыре звездыПять звёзд (голосовало: 10, средняя оценка: 4,50 из 5)
Загрузка...

Поделиться

Редакция сайта

Автор Редакция сайта

Все публикации этого автора

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *