Доцент Белоконь и «Вилла Белый конь» Агаты Кристи

Александр Кирпичников(1ввввввввв)

Эту необычную мистическую криминальную историю рассказал мне один из известнейших юристов Санкт-Петербурга — адвокат А.И. Кирпичников.

Кирпичников Александр Иосифович родился в 1931 году в Ленинграде. Закончив в 1952 году юридический институт, был направлен на работу в Грозный. Затем работал следователем районной прокуратуры, следователем по особо важным делам горпрокуратуры Ленинграда. Переехав в Москву, работал следователем по особо важным делам прокуратуры РСФСР, заместителем начальника следственной части российской прокуратуры. Защитил кандидатскую диссертацию по теме «взяточничество», в которой обобщил уголовные дела по взяткам в Ленинграде и области за период с 1962 по 1972 годы, по которым были осуждены 364 должностных лица и 23 «подстрекателя». Цифры для тех лет впечатляющие, ведь по УПК того времени за взятку можно было получить и «вышку»…

Позже Александр Кирпичников занимался морским правом, а в 1990 году перешел на адвокатскую работу.

В 2004 году Александр Кирпичников написал и опубликовал книгу «Взятка и коррупция в России». Книга сразу же обрела популярность. Примечательно, что книгу раскупали не только ее жертвы, но и ее «герои»… И на Александра Иосифовича было совершенно нападение в подъезде его дома: он так и не смог вернуться в строй, на всю оставшуюся жизнь став инвалидом… Это за то, что не поверил тем, кто неоднократно угрожал ему по телефону, требуя выйти из дела, где он защищал одного из пострадавших от строительной мафии Петербурга… Так что почерк расправы с адвокатами в России (напомню об аналогичном случае с С.А. Хейфецом) не меняется. В 2009 году, так и не сумев восстановиться, Александр Иосифович скончался.

 Зачастую новое — это хорошо забытое старое. Когда читаешь о том, что с конкурентами в России пытаются расправиться и с помощью радиоактивных изотопов, вживляемых в сиденья их офисных кресел, я невольно вспоминаю уголовное дело, о котором мне рассказал Александр Кирпичников. Дело в том, что помог разоблачить убийцу роман гениальной англичанки.

Эта история из прокурорской практики Кирпичникова насколько мистична, настолько же и реальна. Продолжительность этого уголовного дела рекордная — заведено оно было в 1970 году. Тем не менее при расследовании криминалистика и судебная медицина обогатились новым подходом к раскрытию такого рода преступлений, новыми методиками анализов и эксгумации. А ведь все начиналась так обыденно…

На кафедре физики во Владивостокском университете работал доцент Белоконь. Руководила кафедрой доцент Черненко. Были они любовниками, и их связь длилась несколько лет. Но жизнь есть жизнь, и однажды Белоконь сообщил своей начальственной подружке, что надумал обзавестись семей. Как прошло их расставание и объяснение, сказать трудно, но было решено последний раз вместе отпраздновать встречу Нового 1970 года, на которой Белоконь обещал Черненко познакомить ее со своей будущей супругой. Новогодняя ночь удалась: пили шампанское, пели романсы, плясали до утра. Через неделю Белоконь сыграл свадьбу, и молодые переехали в дом ее родителей. Но через месяц-другой у Людмилы Белоконь начались страшные головные боли, затем стали выпадать волосы и случались обмороки. Из Владивостока доцент привез жену в Ленинград, где специалисты Военно-медицинской академии определили у нее белокровие. Через полгода Людмила Белоконь умерла, и ее похоронили на родине — в деревне под Харьковым.

Прошло полгода. Белоконь купил на книжном развале роман Агаты Кристи «Вилла Белый конь». Начав его читать, он не смог оторваться от романа, потрясенный невероятным открытием: в книге этой убийства совершаются с помощью радиоактивного тория. А симптомы болезни, описанные Агатой Кристи (медиком по образованию), полностью совпадали с симптомами заболевания его умершей жены. Вот тут-то Белоконь вспомнил угрозы своей бывшей любовницы, а заодно и то, что на кафедре Черненко велись работы с торием.

Так появилось заявление в прокуратуру, в котором Белоконь на основании вышеперечисленных подозрений обвинял доцента Лидию Черненко в убийстве своей жены. Дело это для того времени было настолько неординарным, что его взяла в свое производство прокуратура РСФСР. Черненко арестовали, а для эксгумации трупа Людмилы Белоконь на Украину выехала бригада экспертов. Было решено не ограничиваться обычным вскрытием, а провести анализы на радиоактивность трупа, ибо обычный химический анализ при вскрытии не обнаруживает следов радиоактивности. Итак, эксперты вскрыли могилу Л.Белоконь, и приборы, определявшие радиоактивность, зашкалило. К слову сказать, после этого уголовного дела в СССР, если требовалось, стали проводить при вскрытии замеры на радиоактивность.

Вот тогда прокуратура провела ревизии в лабораториях кафедры, которой руководила Черненко и зафиксировала грубейшие нарушения правил техники безопасности и отпуска тория лаборантам. Это усугубило ее вину. Приморский краевой суд признал отравление Людмилы Белоконь доказанным и присудил Черненко к 15 годам тюремного заключения.

Однако Верховный суд РСФСР, рассмотрев кассационную жалобу, отменил решение краевого суда, и Черненко была освобождена из-под стражи под подписку о невыезде…

В руки Кирпичникова это уголовное дело попало через 14 лет после совершения преступления. Внимательный анализ материалов этого уголовного дела заставил Александра Кирпичникова обратить особое внимание на то, что в ходе расследования следователи Приморья не удосужились проверить тот факт, что в Томске, где в свое время работала Черненко, также было отравление радиоактивным торием. Тогда погибла преподаватель института Т.Ершова. По ходатайству Кирпичникова, уголовное дело было вновь возбуждено.

Дело это стали расследовать по всей стране. Но особенно тщательное расследование велось в Томске, Норильске и Хабаровске, ибо там были зафиксированы случаи смерти, сходные по признакам со смертью Людмилы Белоконь. И всюду были при эксгумации обнаружены следы радиоактивного тория. Один из последних случаев буквально потряс Норильск: директор крупнейшего в стране обогатительного никелевого комбината, где в это время находилась в командировке Черненко, выпил налитый ею стакан воды и спустя полгода умер от белокровия. Там, где работала эта ученая дама, образовывался зловещий треугольник: Черненко-торий-смерть.

Александр Иосифович не помнит, по каким причинам это дело не было доведено до конца: расследованию очень противились спецотделы «почтовых ящиков», да и Черненко к этому времени уже не было в живых. Но уже тогда, в процессе расследования этого дела Кирпичников поднял перед прокурором Росссии вопрос о том, сколько же лет может находиться человек под подпиской о невыезде? Черненко пребывала в таком состоянии более 15 лет. Но ответ на этот важнейший вопрос Александр Кирпичников получил только через четверть века, когда с таким же вопросом обратился в Конституционный суд РФ, ибо фигуранты по так назывемому «делу Балтийского морского пароходства» с 1993 по 1998 годы были «невыездными».

Конституционный суд ответил адвокату Кирпичникову, что он не вправе исправлять недостатки Уголовного кодекса, но запрос его переслали в Генеральную прокуратуру России. Генпрокуратура потребовала от питерской прокуратуры немедленно отменить подписку о невыезде всем, кто проходил по «делу Балтийского морского пароходства», закончившегося большим позором для питерской прокуратуры. Но это уже другая история.

На фото: автор Лев Корсунский (слева) и герой истории Александр Кирпичников

Автор — лауреат Международной премии им. Дмитрия Холодова «За мужество и профессионализм»

Лев Корсунский, автор — лауреат Международной премии им. Дмитрия Холодова «За мужество и профессионализм»

6-Depositphotos_21189811_s-2019ффффффффффф

Оцените пост

Одна звездаДве звездыТри звездыЧетыре звездыПять звёзд (голосовало: 1, средняя оценка: 5,00 из 5)
Загрузка...

Поделиться

Редакция сайта

Автор Редакция сайта

Все публикации этого автора

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *