Погромщики Рунета встали на защиту карателей

Clip2net_190904185339кккккк

Многочисленные видео и фото, свидетельствующие о садистских избиениях силовиками участников протестов в Москве, в структурах российской власти и в кругах ее обслуги восприняты по-разному.

Есть такие, кто, как Маргарита Симоньян, полагают, что настоящих патриотов России возмущает «мягкость власти по отношению к несистемной оппозиции». Есть те, у кого публичное ломание костей случайным прохожим вызывает эстетическое неприятие.

Нет-нет, вопрос «бить или не бить» у этих гамлетов не возникает. Конечно, бить! Но не так грубо, нагло и открыто. Более человечнее, что ли… Хоть бы за угол отвели… Одним словом — фи. Самым ярким выразителем настроений гуманистического кремлевского крыла стал сенатор Владимир Лукин, который внес в Госдуму законопроект, обязывающий сотрудников Росгвардии носить на форме хорошо читаемые идентификационные знаки. Законопроект этот, несомненно, очень правильный и важный, в том числе и для самих карателей, поскольку анонимность садистов в погонах не только влечет их безнаказанность, но и, как правильно заметил автор этого законопроекта яблочник Борис Вишневский, передавший этот текст своему однопартийцу Лукину, эта анонимность неизбежно приведет к коллективной ответственности путинских силовиков, как это случилось сотню лет назад с карателями, защищавшими царский режим.

У «закона Вишневского-Лукина» о деанонимизации карателей будет трудная судьба, поскольку этот проект зародился в партии «Яблоко», многие члены которой в эти дни подверглись репрессиям наряду с другими участниками протеста. Большинству членов Госдумы и Совета Федерации явно ближе позиция Маргариты Симоньян, сетующей на излишнюю мягкость власти по отношению к оппозиции. И это большинство уже сформулировало свой ответ Лукину с его неуместным гуманизмом.

Против «закона Вишневского-Лукина» выступили авторы закона о «суверенном Рунете» — депутат Андрей Луговой и сенатор Людмила Бокова. Они выдвинули встречную идею: вместо того чтобы идентифицировать тех, кто калечит людей на улицах, деанонимизировать пользователей Интернета.
Сенатор Людмила Бокова подошла к этому вопросу математически. По ее подсчетам, «инциденты с участием анонимных росгвардейцев единичны, в то время как рост количества правонарушений, совершенных с помощью анонимности в интернете, куда более значим и затрагивает не единицы пострадавших на митингах, а сотни тысяч россиян». Кроме того, сенатор Бокова предложила провести парламентское расследование об иностранном вмешательстве в российские выборы и предложила оригинальный способ борьбы с зарубежными кознями с помощью закона, который в каждом городе определит специальное место для проведения политических акций, за пределами которого любые митинги, демонстрации и пикеты будут запрещены.

Соратник сенатора Боковой по борьбе с интернетом депутат Луговой пожаловался на то, что добиться полной идентификации в Интернете технологически сложно, но заявил, что «к этому надо двигаться». Надо отметить, что некоторые «движения» Лугового по воспрепятствованию свободы слова в Интернете уже увенчались успехом. В частности, «закон Лугового» о досудебной блокировке сайтов действует, и аудитория таких медиа, как «ЕЖ», Каспаров.ru, Грани.ru и других независимых ресурсов, вынуждены либо искать пути обхода блокировок, либо отказываться от независимой информации.

«Битва за Москву» постоянно расширяется и меняет места отдельных «боестолкновений». Сначала это была попытка нескольких несистемных оппозиционеров избраться в Мосгордуму по тем абсолютно абсурдным правилам, которые установила власть. Затем, после небывалой по наглости кампании по непризнанию реально собранных подписей и признанию подписей, которые никто не собирал, «битва за Москву» переместилась на улицу, где протестующих стали бить дубинками каратели.

Карателей было много, больше, чем протестующих. Но их все равно не хватало, и столичный ОМОН объявил набор из числа жителей регионов России, желающих приехать в Москву, чтобы бить москвичей дубинками за вознаграждение от 55 до 65 тысяч рублей в месяц.

Попытки яблочников Вишневского и Лукина перевести «битву за Москву» в законодательное поле и путем идентификации садистов в форме снизить уровень садизма тут же встретили сопротивление от депутатов — защитников садистов, которые предложили перенести очередное сражение на поле интернета. Одной из очередных атак власти на этом поле стало уголовное дело по части 2 статьи 315 УК РФ («злостное неисполнение решения суда»), возбужденное против директора ФБК Ивана Жданова за то, что он не удалил из Интернета фильм «Он вам не Димон».

Пока все отдельные «боестолкновения» с протестующими власть, как правило, выигрывает. Возможно, это потому, что отдельную «битву за Москву» выиграть в принципе невозможно, если не превратить ее в «битву за Россию». Если программа такого переформатирования протеста созреет в головах его лидеров и будет воплощена в жизнь, то сопротивление режиму станет подобно сибирским пожарам, тушить которые у власти не будет ни сил, ни желания…

Фото: 1. Россия. Москва. 03.08.2019. Задержание в центре города во время несанкционированной акции в поддержку незарегистрированных кандидатов на выборах в Мосгордуму. EPA/MAXIM SHIPENKOV/ТАСС

Игорь Яковенко

ej.ru

5-Depositphotos_19508375_s-2019ффффффффффф

Оцените пост

Одна звездаДве звездыТри звездыЧетыре звездыПять звёзд (ещё не оценено)
Загрузка...

Поделиться

Редакция сайта

Автор Редакция сайта

Все публикации этого автора

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *