Вид на иммиграцию из-под пятки Статуи Свободы

0

В минувший День Независимости на подножие, а точнее, под правую пятку медной Статуи Свободы на одноименном острове в Нью-Йоркский гавани на юге Манхэттена забралась 44-летняя Тереза Патриша Окуму, которая почти на четыре часа обосновалась там на высоте примерно 25 футов.

Проживающая в районе St. George на Staten Island иммигрантка из Конго и натурализованная гражданка США была в розовых теннисных туфлях и фиолетовой футболке с надписью «Rise and Resist» («Восстань и сопротивляйся»). Футболку она сняла и, оставшись в разноцветной маечке, показала толпившимся внизу туристам как знамя движения противников президента Трампа. На спине футболки было написано «Trumpcare Makes Us Sick» («От Трампкера меня тошнит). Одновременно группа прибывших с ней на остров свободы участников движения «Rise and Resist» развернули плакат со словами «Abolish ICE” («Упразднить полицию иммиграционно-таможенной службы»). Отменить «отраслевую» полицию иммиграционной службы, которая занимается розыском и задержанием иностранцев, подлежащих депортации по решению суда, так же абсурдно, как упразднять службы охраны аэропортов, школ или сабвея. Но в Нью-Йорке эту истеричную риторику поддерживают левофланговые политики от сенатора Кирстен Джиллибранд и губернатора Эндрю Куомо до киноактирсы Синтии Никсон, которая метит на его место, и социалистки Александрии Окасио-Кортес, недавно выбранной в палату представителей.

Тереза приплыла на Либерти-Айленд с этой группой туристов и позже заявила стащившим ее полицейским, что протестует против того, как Трамп и его подручные обращаются с детьми нелегальных иностранцев, задержанных на мексиканской границе. Поскольку этот остров и стоящая на нем дама высотой 305 футов -федеральное имущество, арестованную доставили в манхэттенскую федеральную тюрьму МСС, а на следующий день в манхэттенский федеральный суд, где обвинили во вторжении, нарушении общественного порядка и во вмешательстве в работу властей. Последнее означало, что при аресте на высоте 25 футов Тереза изящно помахивала ножкой, а все три обвинения вкупе грозят отважной конголезке лишением свободы на срок до 18 месяцев.

В суд Тереза Окуму прибыла с адвокатом Райей Триведи из офиса именитого адвоката-правозащитника Рональда Кьюби. На сей раз она была в черной футболке с белой надписью «White Supremacy Is Terrorism» («Белый расизм — это терроризм») — фразой бывшей первой леди Мишел Обамы. По совету адвоката, пред входом в суд Тереза сняла футболку и надела наизнанку. Заседание длилось недолго, и федеральный манхэттенский прокурор Джеффри Берман был немногословен. «Хотя мы должны уважать право народа на мирный протест, — сказал Берман, — это право не должно доходить до нарушения закона, чтобы другие оказывались в опасности. Обвиняемая совершила опасный трюк, который встревожил публику и угрожал ее собственной жизни и жизням полицейских, прибывших на место происшествия». Судья-магистрат Она Ванг освободила Окуму без залога и назначила следующее заседание по ее делу на 3 августа. Перед зданием суда, где ее поджидала толпа «сопротивленцев», Тереза снова надела футболку надписью наружу. «Мишел Обама, наша любимая Первая леди, о которой я так забочусь, — заявила Тереза Патриша, — сказала, что ‘чем они ниже, тем мы выше’. Вот и я поднялась как можно выше. Дала знать — ни одного ребенка в клетке. Детей нельзя разлучать с родителями, особенно в такой день, как этот».Конечно, можно было бы возразить, что День Независимости может означать и независимость ребенка от мамы с папой, но я не пурист.

О Терезе Окуму известно, что она иммигрировала в США в 1991 году и примкнула к «Сопротивлению» несколько месяцев назад, до этого будучи индивидуальной протестанткой. В 2005 году Тереза Окуму обратилась в городскую Комиссию по правам человека с жалобой, что на работе ее дискриминировали и уволили, но ее жалобу отклонили. В 2011 году городской отдел коммунального хозяйства оштрафовал Терезу Окуму на 4,5 тыс. долларов за то, что она в воскресный день расклеила по Манхэттену на уличных столбах 60 объявлений, предлагая свои услуги частного тренера. В 2017 году ее арестовали за то, что, участвуя в демонстрации протеста у здания городского отдела труда на Varick Street, Тереза залепила себе рот клейкой лентой и не подчинялась требованиям полиции.

Но всё это прелюдия серьезного разговора о сути борьбы с «детками в клетках», которую сейчас превратили в предвыборный козырь игры против Дональда Трампа. Изначально речь идет о том, что занудно для левой Америки твердит правая — закон есть закон. Применительно к иммиграционному закону дело обстоит так, что иностранцы, решившие законно обосноваться в Соединенных Штатах, ждут разрешения годами и, наверное, чувствуют себя идиотами, наблюдая за тем, что происходит на нашей южной границе. К такому немудреному выводу пришла обозреватель и историк Бетси Маккафи, которая в прошлом была вице-губернатором штата Нью-Йорк при республиканце Джордже Патаки, а сейчас, среди прочих заслуг, профессорствует в лондонском Центре политических исследований (London Center for Policy Research). Сотни тысяч мигрантов из стран Латинской Америки на этой границе, пояснила Бетси Маккафи, не стоят в очереди, а просто проходят, и речь не идет о нелегалах — «они пользуются прошениями ‘убежища (‘asylum’) как электронным пропуском E-ZPass». По данным министерства внутренней безопасности, разрешение получают только 12% сальвадорцев, 11% гватемальцев и 7,5% гондурасцев, но остальных не отправляют по домам.

Существующую практику Бетси Маккафи назвала «позорным извращением программы, рассчитанной на предоставление убежища истинным жертвам государственного преследования на почве религии, происхождения или политических убеждений». Маккафи напоминает, что наша страна предоставляла убежища венграм после подавления там советскими танками антикоммунистического восстания 1956 года. Кубинцы получали убежище, спасаясь от режима Кастро; южные вьетнамцы после падения Сайгона в 1975 году; китайские диссиденты после событий на площади Тяньаньмэнь в 1989 и т.д. О массовом предоставлении статуса беженцев советским евреям Бетси Маккафи не упоминает, наверное, потому, что «беженец» («refugee») и «убежище» («asylum») законодательно разные вещи. Тот, кто просит власти США принять его, находясь в своей стране, — «refugee», а тот, кто при этом уже оказался на территории США — «asylum».

На границе с Мексикой всё не так, и Трамп здесь ни при чем. Повторяю, речь не идет о нелегалах, которые переходят границу окольными тропами или в кузовах грузовиков — на пограничных КПП появятся иностранцы, обычно женщины, чаще всего с детьми и одной и той же историей про то, что просят убежище, спасаясь от жестоких бандитов, мужей или бойфрендов. Их ненадолго задерживают, а затем в основном освобождают, назначив дату рассмотрения в суде их прошения убежища. Получить такое убежище для них все равно что главный выигрыш в лотерею. Счастливицам положена программа Refugee Cash Assistance, куда входят медицинское обслуживание, обеспечение платы за жилье и несколько сотен долларов в месяц наличными. Обычные иммигранты, претендующие на гринкарту, годами ничем подобным не пользуются, а приглашая их на постоянное жительство в США, родственник-американец не просто соглашается фактически содержать их, а обязан представить налоговые документы, подтверждающие, что у него есть на это деньги. Но вернемся на границу с Мексикой. Как написала Бетси Маккафи в газете New York Post на прошлой неделе, половина тех, кто попросил убежище при переходе границы, в назначенное время в суды не являются. Эти тоже в выигрыше, так как попали в страну, где трудолюбивый нелегал без особого труда найдет низкооплачиваемую работу, тогда как жители стран Восточной Азии ждут рабочую визу в США 12 лет.

В прошлый уикэнд по стране прошли около семисот многолюдных демонстраций протестов против иммиграционной политики администрации Трампа, которую сам президент назвал «нулевой терпимостью» к появлению в США нелегалов вообще, а нежелательных иностранцев — особенно. Одним из объектов протестов стал министр юстиции Джефф Сэшнс, который недавно разъяснил, что жалобы иностранца на бытовое насилие — недостаточный аргумент для получения убежища в США. Лидер демократов палаты представителей Нэнси Пелоси немедленно обвинила Сэшнса в «ошеломляющей жестокости», хотя министр был прав, заявив, что закон об убежище не распространяется «на все виды житейских тягот». Но куда там, протестанты под лозунгами «Запретить ICE», «Депортировать Трампа», «Иисус тоже был беженцем» и «Человек не нелегал» выступают именно против этого, утверждая, что любое ограничение иммиграции — преступление против человечности. Или, если угодно, против человечества. «В Америке и Европе, — заключает Бетси Маккафи, — демагоги призывают нас иметь сердце и впускать кого ни попадя. Но народ понимает, что иммиграция влияет на школы, заработки, налоги и даже на специфику национальной культуры. Вот почему у нас есть иммиграционные законы». И вот почему, добавлю от себя, Тереза Патриша Окуму так любит Мишел Обаму за фразу «Белый расизм — это терроризм», что в День Независимости забралась под пятку Статуи Свободы.

3

Об авторе

Александр Грант

Нью-Йорк, США

Одна звездаДве звездыТри звездыЧетыре звездыПять звёзд (голосовало: 5, средняя оценка: 5,00 из 5)
Loading...

Оставить комментарий

Войти с помощью: 

Notice: Unknown: failed to delete and flush buffer. No buffer to delete or flush in Unknown on line 0