Гений: Игорь Стравинский в историях и фотографиях

0

Композитора Игоря Стравинского нельзя было назвать красавцем. Небольшого роста — 160 см, лысеющий, с большими ушами и выдающимся носом. Кроме того, он был очень худым и панически боялся простудиться, а потому постоянно ходил укутанный шарфами, свитерами и пальто, а берет, говорят, надевал даже на ночь. И при этом его фотографиями невозможно не любоваться!

Похожий парадокс можно наблюдать и в отношении характера и личности Стравинского. История сохранила немало случаев, когда композитор выглядел, мягко говоря, не самым приятным человеком. И в то же время, эти случаи совершенно не мешают нам восхищаться им!

Фото Ричарда Аведона, 1959 г.

Фото Ричарда Аведона, 1959 г.

Стравинский любил деньги и поклонялся им, и при одной только мысли, что кто-то может их отнять, он приходил в неистовство. Он экономил, где только можно. Он ломал себе голову над тем, как бы составить телеграмму так, чтобы как можно меньшим количеством слов передать как можно больше информации: лишнее слово — лишние деньги.

Другой страстью Стравинского был алкоголь, особенно виски. Если бы у него была такая возможность, он пил бы его с утра до вечера. Он сам говорил: «Меня нужно называть Стрависки!» В старости алкоголь действовал на него лучше любого лекарства, однако много раз бывало и по-другому. Например, однажды он должен был встретиться с великим художником Марком Шагалом и обсудить с ним возможности сотрудничества. К сожалению, перед встречей Стравинский отправился обедать и выпил столько, что, когда подошло время встречи, он крепко спал, и его не смогли добудиться.

Фото Арнольда Ньюмана, 1946 г. Ньюман рассказывал, что ему пришло в голову, что «крышка рояля похожа на форму музыкального знака бемоль — сильного, линейного и красивого, как работы самого Стравинского».

Фото Арнольда Ньюмана, 1946 г. Ньюман рассказывал, что ему пришло в голову, что «крышка рояля похожа на форму музыкального знака бемоль — сильного, линейного и красивого, как работы самого Стравинского».

В другой раз правительство США устроило в честь Стравинского обед в Белом доме. Присутствовал и тогдашний президент Америки Джон Кеннеди. Стравинский напился в стельку, был вынужден воспользоваться помощью президента, чтобы добраться до мужского туалета, и с большим позором был рано отправлен домой — так, по крайней мере, пишет в своих книгах его жена Вера. Правда, она с облегчением вздохнула, узнав, что её мужу не удалось, как он собирался, затащить президента США в укромный уголок и поинтересоваться у него, как можно уклониться от уплаты налогов. Кстати, когда вскоре Джона Кеннеди убили, Стравинский отправил его вдове телеграмму с соболезнованиями — но поздно вечером, чтобы воспользоваться дешёвым ночным тарифом. Вера снова ничуть не удивилась.

Однажды в Неаполе Стравинский и Пабло Пикассо так сильно напились, что им пришлось справить нужду на стенку дома. За этим занятием их застал местный полицейский и арестовал. Они потребовали отвести их в местный оперный театр, что полицейский и сделал — препроводил туда обоих «хулиганов», по дороге не спуская с них глаз. Однако когда они пришли в театр и полицейский увидел, как перед этими «хулиганами» все склоняются и расшаркиваются, он исчез в мгновение ока.

image3iii

Еще одной одержимостью Стравинского были мысли о собственном здоровье, и это несмотря на пристрастие к алкоголю, высококалорийной пище и табаку. Композитор вёл подробные медицинские дневники, в которые записывал все лекарства, которые регулярно принимал, и все свои симптомы. Он был Стравинским и считал, что состояние его здоровья должно заботить окружающих ничуть не меньше, чем его самого. Даже когда его первая жена Екатерина была при смерти, Стравинский писал ей длинные письма, жалуясь на своё здоровье. Правда, бывало, особенно в ранней молодости, когда он и в самом деле серьёзно болел туберкулёзом и другими болезнями, но он страдал ещё и ипохондрией. Например, как-то раз ему неожиданно позвонил один репортёр и попросил дать интервью. Стравинскому было неохота, и он, извинившись, сказался простуженным, а потом забыл, что просто выдумал простуду как предлог, и провёл остаток дня в тяжёлой хандре, уверенный, что и впрямь простудился.

Фото Денниса Стока, 1957 г. Стравинский в студии Columbia Records

Фото Денниса Стока, 1957 г. Стравинский в студии Columbia Records

Он, как никто другой, умел игнорировать чужие творения. Как-то раз один несчастный молодой человек сделал глупость, попросив Стравинского просмотреть его только что написанную симфонию. Стравинский велел молодому человеку прийти к нему в гостиницу на следующий день. Композитор пришёл в назначенное время с симфонией в руках. «Ох, я сейчас слишком занят», — сказал Стравинский. «Когда же я смогу показать вам мою симфонию?» — спросил композитор. Стравинский заглянул в ежедневник. «Завтра — нет, на той неделе — нет. — Он просмотрел ежедневник до конца и захлопнул его. — Как насчёт никогда? Вас это устроит?»

Стравинский обожал животных, и у него в доме их всегда было множество. Например, у него был попугай Попка, которому дозволялось летать по комнате и садиться на головы всех, в том числе гостей. Коронным номером Попки было открыть клетку подруги — канарейки Лысой Душки и летать вместе. Еще одним любимцем Стравинского был кот Васька, очень избалованный. Когда Стравинские взяли ещё одного кота, Васька так расстроился и так ревновал, что не на шутку заболел, и Стравинские в конце концов (о ужас!) высадили второго кота в шестнадцати километрах от дома, привязав ему на шею записочку, в которой говорилось, что кота можно подобрать. Однако второй кот тоже оказался не промах и нашёл дорогу обратно в дом Стравинских.

image1tttt

Но среди всех его многочисленных увлечений, страстей и одержимостей самой главной была, конечно, музыка. Через несколько лет после того как Стравинский прибыл в США, обстановка там стала довольно напряжённой и Стравинский очень серьёзно поинтересовался у своего друга, не начнётся ли революция. Друг ответил, что это вполне возможно. Стравинский пришёл в ярость. «Где же мне тогда работать?» — возмутился он.

Когда Стравинский совсем состарился и лежал в больнице, медсестра спросила, не хочет ли он чего-нибудь. «Я хочу работать (то есть сочинять), — ответил Стравинский. — А если я не смогу работать, то лучше умереть».

Игорь Стравинский с женой Верой в Венеции, 1956 г.

Игорь Стравинский с женой Верой в Венеции, 1956 г.

 

 

 

 

 

 

По материалам книги Стивена Иссерлиса «Всякая диковина про Баха и Бетховена»

2

Об авторе

Редакция сайта
Одна звездаДве звездыТри звездыЧетыре звездыПять звёзд (голосовало: 1, средняя оценка: 5,00 из 5)
Загрузка...

Оставить комментарий

Войти с помощью: 

Notice: Unknown: failed to delete and flush buffer. No buffer to delete or flush in Unknown on line 0