Подгузники для взрослых

0

Федеральная прокуратура Южного округа Нью-Йорка объявила, что пять фигурантов крупного дела о махинациях с медицинскими страховками, нанесших ущерб в сумме 33 млн. долларов, в последние дни признали себя виновными в обмен на снисхождение.

Пять других обвиняемых вину отрицают и продолжают ожидать суда, начало которого назначено на 23 апреля 2018 года. Мошеннические операции происходили в восьми клиниках, которые открыл для этой цели в Бруклине бывший киевлянин Александр Бурман, параллельно несколько лет работавший тайным осведомителем ФБР и давший показания на двух процессах медицинских мошенников, проходивших в манхэттенском федеральном суде в 2004 и 2009 годах.

Я присутствовал на его показаниях 2004 года и изложил их в «Новом русском слове». Я был, как часто случается, единственным журналистом в зале суда, не хотел выдавать его сотрудничество с властями и назвал Бурмана в своей статье «Берманом».

После этого мы встретились с Бурманом в Бруклине. Проявив недюжинную осведомленность по части подпольного медицинского бизнеса, он заявил мне в интервью, что отошел от страховых афер. Как оказалось, не вполне.

Сейчас, когда прокуратура рассказала о своих отношениях с ним в судебных документах, которые находятся в открытом доступе, я решил называть Бурмана его настоящей фамилией.

По словам прокуроров, он сотрудничал со следствием с 2001 по 2012 год и посадил многочисленных преступников.

Чернокожая манхэттенская судья Дебора Бэттс, единственная на тот момент гласная лесбиянка среди федеральных судей страны, учла его заслуги перед правосудием и в 2012 году, когда приговорила его за старую медицинскую аферу к двум годам условно.

Нынешняя афера длилась с 2007 по 2013 год, то есть захватила период, когда Бурман еще был осведомителем.

По словам его адвокатов, еще в 2014 году ФБР арестовало одну подельницу Бурмана. Она обратилась к нему за советом.

Бурман связал ее с адвокатом и рассказал, как себя вести, в частности, обсудил с ней вариант сотрудничества со следствием. После этого его защитник, мой добрый знакомый Барри Зоун, вступил в переговоры с прокуратурой и, в частности, поднял вопрос о том, как тот может ей помочь.

Как писал перед его приговором другой адвокат Бурмана, Эдвард Сэйпон, «с самого начала позиция Бурмана была ясна: он выражал желание признать ответственность за свои проступки и помочь прокуратуре. Зоун поддерживал связь с прокуратурой на протяжении последующих двух лет, встретившись с ней четыре раза и дважды вместе с Бурманом, который давал показания».

Следователи в конечном итоге отказались от помощи Бурмана. Обычно это бывает, когда они заключают, что им говорят неправду. Либо они посчитали, что у них достаточно компромата и без Бурмана.

Так получилось, что на сей раз у 55-летнего арестанта не было заслуг перед правосудием, кроме того что он признал себя виновным всего через 10 дней после того как впервые предстал перед судьей и сэкономил всем массу времени. В мае он получил десять лет тюрьмы, хотя защита доказывала, что ему хватит и четырех. Судья также распорядился взыскать с него компенсацию убытков в сумме 18,7 млн. долларов. Бурман вкладывал барыши от махинаций с медстраховками не в дорогие машины или драгоценности, а в недвижимость. Прокуратура взялась продавать 22 объекта бурмановской недвижимости, но сомневалась, что выручит близко к этой сумме.

Адвокаты просили о снисхождении, ссылаясь на то, что, живя в Киеве, Бурман мог пострадать от радиоактивных выбросов в Чернобыле, что на него наложил отпечаток антисемитизм, которому он подвергался в Советском Союзе, что он тяжелобольной наркоман. Бурман написал судье, что 20 лет сидел на опиоидах, от оксикодона до героина.

«Мистер Бурман родился в еврейской семье на Украине советской эпохи, — писал судье в апреле адвокат Сэйпон. — Политическая атмофера этого времени была крайне антисемитской, и семья Бурмана страдала от системной дискриминации, пронизывавшей все уровни власти и общественные институты. В любом заявлении о поступлении на работу или учебу требовалось указать, еврей ли заявитель; если заявитель отвечал «да», ему отказывали».

Тем не менее, Бурман поступил в Киевский технологический институт и закончил его в 1981году с дипломом специалиста по рефрижераторам и кондиционерам воздуха. На следующий год он поступил в Киевский университет на экономический факультет. По словам его адвоката, Бурман долго не мог устроиться экономистом, «поскольку эта область была просто закрыта для него как для еврея». Но он нашел работу в области транспорта.

В 1986 году семья переехала в Латвию, чтобы быть подальше от чернобыльской радиации. Бурман устроился в отдел кадров местного министерства просвещения, но «должен был работать напряженнее и больше часов, чем неевреи, получая при этом одну треть их зарплаты».

Как пишет Сэйпон, когда Латвия получила независимость, там наблюдался «всплеск латышского национализма и дискриминации против всех «инородцев», особенно евреев», квартплата вдруг подорожала более чем на 500%, и в 1992 году Бурман перебрался в США, а потом перетащил сюда всю семью. Это то, что называют «цепной иммиграцией».

Прокуратура отвергала доводы защиты и, например, отмечала, что от юдофобии страдали много евреев, но мало кто из них пошел по преступному пути. Возможно, судья все же принял во внимание жизненные тяготы Бурмана, потому что дал ему меньше, чем требовала прокуратура, просившая от 135 до 168 месяцев.

Защитник отметил в своем ходатайстве, что в 2015 году в Южном округе Нью-Йорка посадили за мошенничество 305 человек, и приговоры составляли в среднем 30 месяцев.

Бурман не мог открыть клиники на свое имя, поскольку, согласно нью-йоркскому закону, для этого необходимо иметь медицинскую лицензию, которой у него нет. В таких случаях мошенники нанимают врачей, которые числятся владельцами клиник и получают за это комиссионные.

В их обязанности входит подмахивать медицинские карточки, в которых говорится, что они якобы приняли какое-то количество пациентов, выписывать рецепты и справки для получения ненужных принадлежностей.

У Бурмана было три таких врача, на которые он записал свои клиники. Один из них, 44-летний Муштак Вайд из Мичигана, на прошлой неделе признал себя виновным в том, что выдавал себя за владельца клиники и подписывал ложные документы о предоставлении медицнских услуг. Счета за эти услуги посылались в Medicaid и Medicare, государственные программы медицинского страхования бедных и престарелых.

В прошлый вторник признала себя виновной и бывшая жена Бурмана, 54-летняя Марина, которая была хозяйкой магазина медицинских принадлежностей Universal Supply Depot и представляла в Medicaid липовые счета за якобы выданные пациентам товары, например, подгузники для взрослых.

Пациенты, которые вербовались за деньги, в подгузниках не нуждались и меняли рецепты на них на более полезный в хозяйстве товар, такой, как постельное белье, посуду и кухонную утварь, украшающую теперь жилье многих бруклинских стариков.

В пятерку признавших вину входят 49-летний Ашер Катаев и его сестра, 47-летняя Алла Цирлина, которые управляли одной из бурмановских клиник, а также 37-летний Иван Войчак. В прошлый понедельник он признался в том, что управлял компанией машин скорой помощи и получал с Medicaid плату за несуществующие перевозки больных.

По словам прокуроров, Войчак также давал взятки мнимым пациентам мошенников.

2

Об авторе

Владимир Козловский
Одна звездаДве звездыТри звездыЧетыре звездыПять звёзд (голосовало: 3, средняя оценка: 5,00 из 5)
Загрузка...

Оставить комментарий

Войти с помощью: 

Notice: Unknown: failed to delete and flush buffer. No buffer to delete or flush in Unknown on line 0