Обличитель лучше льстеца. Недельная глава Торы «Дварим», пост Девятое Ава

0

Готовя евреев к вступлению в Эрец-Исраэль, Моше говорит намеками о грехах поколения пустыни. Он вспоминает трагическую историю с разведчиками. Если бы евреи не поверили их паническому отчету, а сразу вошли в Страну Израиля, Б-г дал бы им всю обещанную землю.

Но они не приняли этот бесценный дар, и в результате все поколение было приговорено к постепенному вымиранию в пустыне. Моше с горечью говорит, что он тоже лишился права вступить в Эрец-Исраэль. Опомнившись в тот трагический день, евреи попытались исправить положение: они бросились в атаку на превосходящие силы эмореев, не слушая предостережений Моше, что Б-г не поддержит их, — и потерпели разгром. Отныне им запрещалось сражаться против царств Эсава, Моава и Амона, земли которых не войдут пока в состав Страны Израиля. Ее завоевание начнется с царств Сихона и Ога и будет проходить естественным путем, без видимой поддержки Б-га.

Три части

В первых пяти предложениях этого раздела трижды варьируется вступительная фраза: «Вот слова, которые говорил Моше…» (1:1), «И вот… говорил Моше сынам Израиля…»(1:3), «Начал Моше объяснять учение это, говоря…»(1:5). Отсюда следует, заключает Гаон из Вильно, что вся книга «Дварим» делится на три смысловые части.

Стих первый — «Вот слова, которые говорил Моше всему Израилю» — относится к первым трем разделам книги, где дается краткий, но весьма насыщенный обзор событий Исхода. В этих разделах вновь утверждаются принципы иудаизма в форме Десяти заповедей и двух первых частей декларации «Шма, Исраэль». Здесь же Тора напоминает о неразрывной связи между народом и страной Израиля. Хотя эти разделы содержат мало заповедей, в них присутствует самое главное: основы иудаизма, провозглашенные, как сказано в стихе, «всему Израилю».

Третий стих раздела — «…говорил Моше сынам Израиля обо всем, что повелел ему Б-г» — соответствует второй части книги: трем следующим разделам «Реэ», «Шофтим», «Ки Теце», где сосредоточено в общей сложности 170 мицвот, самая большая концентрация заповедей во всем Пятикнижии.

Заложив фундамент иудаизма, Моше излагает здесь законы повседневной еврейской жизни. В этой части собраны самые разные заповеди: обязанности еврея перед Б-гом, взаимные обязанности евреев в обществе, мицвот, относящиеся к земле, и другие.

Наконец, третья часть книги «Дварим», состоящая из пяти заключительных разделов, как и первая часть, бедна заповедями, но в ней подробно говорится о том, что значит быть евреем. В этих разделах часто звучат предостережения: не оставляйте Тору, храните верность ее законам и своей еврейской судьбе. Здесь же сформулированы концепции свободы выбора, раскаяния, преемственности поколений. На эту часть указывает пятый стих в сегодняшнем разделе: «Начал Моше объяснять учение свое, говоря…»

Как объяснять? РАШИ комментирует: «Моше объяснял Тору на семидесяти языках». Но зачем? Ведь сыны Израиля прекрасно знали святой язык, иврит. Почему Моше решил перевести Тору сразу на семьдесят языков народов мира, взял на себя такое хлопотное и сложное дело?

Б-г знал, что евреям суждено долго странствовать в ночи изгнания среди других народов, что многие из них забудут родной язык, на котором Он говорил с ними у горы Синай. Поэтому Творец велел Моше объяснить законы Торы на всех 70 языках, чтобы в каждом наречии, в каждой стране и в каждом народе осталась искра Торы.

«Вот слова, которые говорил Моше всему Израилю» (1:1).

Одна из главных целей предсмертной речи Моше — предостеречь евреев от повторения ошибок и грехов, совершенных ими в пустыне. Начинает он мягко, намеками: перечисляет географические пункты, напоминающие о самых неприятных событиях Исхода.

Но затем его тон меняется. Углубляясь в не столь далекое прошлое, Моше критикует евреев все резче, иногда прямо-таки бичует народные грехи. Он упрекает их в недоверии к его авторитету, из-за чего ему пришлось ввести сложную и многоступенчатую судебную систему. Еще резче он осуждает их поведение в истории с разведчиками. Доведя Моше до отчаяния своими бесконечными жалобами и придирками, евреи толкнули его на роковую ошибку, из-за которой он лишился права вступить в Эрец-Исраэль.

О самом тяжелом грехе — поклонении Золотому тельцу — Моше было даже трудно говорить. Он завел речь о нем только в разделе «Экев», третьем по счету в книге «Дварим». Упрекая евреев в частых бунтах, в недостатке веры, Моше не щадит их чувств. В одном месте он прямо называет сынов Израиля «бунтовщиками с тех времен, как я впервые встретил вас».

Если судить только по этим словам, можно было бы подумать, что Моше затаил личную обиду на евреев или даже («хас ве-шалом») возненавидел их. В конце концов, кому приятно слышать в свой адрес: «Поколение упрямое и изворотливое… изменники они, сыны, в которых нет верности» (32:5, 20)? Критика — вещь хорошая, но мы любим, чтобы нас изредка гладили по головке, называли умными, честными, интеллигентными. Такова природа человека: он ищет соринку в чужом глазу, а в своем бревна не замечает.

На самом деле, не было в нашей истории другого лидера, подобному Моше-рабейну, кто бы так самоотверженно и безответно любил евреев — каждого в отдельности и всех вместе, кто бы принес так много личных жертв ради этой любви. Уже после первого акта заступничества — убийства египетского надсмотрщика, мучившего еврейских рабов, он лишился звания принца и бежал из дворца фараона, спасаясь от мести. В дальнейшем, возглавив Исход, он пожертвовал своей семейной жизнью. Более сорока лет, 24 часа в сутки «находился при исполнении». Всякий раз, когда Б-г хотел излить Свой гнев на строптивое племя, он бросался на его защиту, хотя сам не раз страдал от непонимания, клеветы, вздорных обвинений и прямых бунтов. В конце концов, из-за народных грехов он сам лишился права войти в Эрец-Исраэль, умер на чужбине.

Мог ли Моше, так много сделавший для евреев, принесший столько жертв ради них, испытывать к ним ненависть? Конечно, нет. Его последней заботой, его последней болью перед уходом в небытие была их дальнейшая судьба.

В предсмертной речи он беспощадно критиковал евреев, напоминал о грехах, чтобы предостеречь их от опасных увлечений и прямой измены Творцу. Он знал, что только эти резкие слова помогут им избежать ошибок и падений на пути к духовному совершенству, к званию «избранного народа». Да, Моше был истинным другом евреев; он нес им мир, истинный «брит-шалом», который подразумевает целостность, гармонию во вселенной (не случайно, в русском языке мир имеет два значения: отсутствие войны и вселенная). Такой мир может существовать только между людьми и Б-гом.

В книге «Мишлей» (Притчи царя Шломо) сказано: «Обличающий человека впоследствии будет оценен выше, чем льстящий языком» (28:23). Комментаторы поясняют, что под обличающим имеется в виду Моше, а под льстящим — Билам. Моше осуждал сынов Израиля, предупреждал о горьких плодах греха, в то время как Билам (см. раздел «Балак») расхваливал их, льстил им сладкими речами: «Как прекрасны шатры твои, Яаков, жилища твои, Израиль! Как ручьи извиваются они, как сады при реке, как алоэ, посаженное Б-гом, как кедры при водах». К чему же привела эта сладкозвучная, поэтическая лесть? К трагедии. Евреи возомнили, что Б-г так любит их, что простит им любые прегрешения. Они поддались искушению разврата и идолопоклонства Баал-Пеору и в результате навлекли на себя страшную эпидемию, от которой погибли 24 тысячи человек.

Время все расставило по местам. В традиции и народной памяти горькие, обличительные речи Моше-рабейну ценятся гораздо выше, чем пророческая лесть Билама. Наше существование зиждется не на самолюбовании, а на мрачных библейских угрозах, гневных речах Моше и других пророков, их боли и горьких упреках. Преодоленные искушения и пережитые страдания не позволяют нам изменить своей исторической судьбе, ассимилироваться и исчезнуть с арены истории. Они же искупают наши грехи, поддерживают хрупкий баланс преступлений и наказаний.

Об авторе

Нахум Пурер

Израиль

Одна звездаДве звездыТри звездыЧетыре звездыПять звёзд (голосовало: 4, средняя оценка: 5,00 из 5)
Загрузка...

Оставить комментарий

Войти с помощью: 

Notice: Unknown: failed to delete and flush buffer. No buffer to delete or flush in Unknown on line 0