Эял Левит: Почему я люблю свою работу

0

Жизнь, карма и погоня за счастьем

levitt2

«Записки дерматолога»

Продолжение.
Предыдущая публикация здесь

Доктор Эял Левит – сертифицированный дерматолог и косметический хирург. Когда ему было восемь месяцев, его семья выехала из Украины в Израиль, а позднее иммигрировала в Нью-Йорк. Доктор Левит окончил медицинскую школу Альберта Эйнштейна, ординатуру по дерматологии в Columbia Presbyterian Hospital (Пресвитерианский госпиталь на базе Колумбийского университета), прошел обучение в University of Pennsylvania (Университет Пенсильвании) и Columbia University (Колумбийский университет) по специальностям – лазерная, косметическая хирургия и Mohs.
Недавно Ассоциацией ASDS он был назначен руководителем одного из немногих методических центров, получивших официальное разрешение на обучение сертифицированных хирургов специальности косметическая хирургия. Он читал лекции во многих странах мира – среди них Франция (Париж), Испания и Дубай. Доктор Левит является разработчиком правил ABC Nail Melanoma, а также соавтором книг по различным темам медицины – болезни волос, ногтей, лазерная и косметическая хирургия.
Доктор Левит – автор опубликованной книги (вся прибыль поступает организации «Друзья Армии Обороны Израиля» – Friends of IDF). Увлечения доктора Левита разнообразны – это сочинение стихов и музыки к ним (которые он сам исполняет) и написание детских рассказов, а также и спорт. Он завоевал множество медалей сначала в Израиле, а затем в США, в том числе и на международном уровне. Спортивные достижения он сочетал с учебой, которую завершил с отличием со степенью 4.0 GPA по своей основной специальности. Доктор Левит живет в Нью-Йорке и здесь же занимается главным делом своей жизни – лечит нуждающихся в его профессиональной помощи.
Мы гордимся тем, что он регулярно публикуется в нашей газете.

Продолжительная нехватка кислорода и отсутствие питания из-за сдавливания привело к отмиранию нерва и потере моторики срединного нерва, что в свою очередь стало причиной атрофии кисти и среднего пальца, а также и другие пальцы утратили способность сгибаться (он мог сгибать их только с внешней помощью, но не самостоятельно). Он пытался вылечить их, но из-за отсутствия кислорода — ничего не вышло.

Врачи продолжали подозревать инфекцию и назначали ему антибиотики до тех пор, пока у больного не возникли изменения на нижних веках. Он вспомнил, что это уже случалось и выправлялось открытием шунта, и вот сейчас ему предстояла та же процедура.

Так в чем же состояла моя роль?

Возможно, в том, что я мог объяснить происхождение его шрамов и вероятность рецидивов. Возможно, ему долго не удавалось записаться на прием, и пока время шло, решение было найдено, даже если хронология заболевания и не была в полной мере ясна. А может быть, он просто хотел, чтобы его кто-нибудь выслушал от начала до конца.

Я объяснил, как все это произошло, и пожелал ему удачи.

Выйдя наконец из смотровой, я не хотел думать о том, как сильно отстал от своего рабочего графика.

— Вы помните, как сделали мои губы? Я хотела бы, чтобы вы это точно повторили.

— О, — подумал я. – Я помню ее губы! У меня вечность ушла на их коррекцию.

Впервые она пришла ко мне много лет назад, надеясь исправить уродство – ассиметричную губу, дело рук другого доктора.

— Я переехала во Флориду, на Sunny Isles (это новый Брайтон Бич, хотя она и не говорит по-русски), приехала в Нью-Йорк на несколько дней и хотела бы подновить свои губы, — улыбнулась она. – Друзьям всегда нравились мои губы, но в последнее время речи об этом не заводят.

Действительно, многие клиенты просили меня сделать им такие же губы, как у нее. Она была милая женщина, вышедшая замуж за человека, который заставил ее подписать брачный контракт. Он дотошно следил за тем, как она тратит деньги, ни в коем случае не давал ей ничего лишнего, и в итоге держал в постоянной зависимости.

Пока я намечал рисунок ее губ, она сказала: «Знаете, а ведь счастья ему это не принесло».

В голосе ее слышался явный оттенок грусти.

— Наш недавний развод, его третий по счету, был безобразным… Он умер в возрасте 54 лет и в полном одиночестве. Видели бы вы его похороны! Я даже его пожалела, несмотря на все, что он мне сделал. Поэтому и приехала. Решила посвятить ему неделю траура – просто из уважения. А потом мои адвокаты займутся деньгами, которые он задолжал мне и нашим детям.

Я молча слушал и думал, что у меня нет права жаловаться: ведь я люблю свою семью и жизнь.

— Кстати, я теряю волосы, — сказала эта милая брюнетка.

Я заметил это, но промолчал. Она и так была в напряжении, и не хотелось добавлять ей проблем.

Она прошлась рукой по волосам, раскрыв ладонь, показала мне несколько волосков. Медсестра посмотрела на меня вопросительно. Я незаметно вздохнул. Повнимательней посмотрел на шею пациентки — и увидел небольшое утолщение слева. Ощупал это место, и мне показалось, что там шишка.

— У женщин сплошь и рядом встречаются узлы или некоторые уплотнения на щитовидке, — сказал я. – Волосы могут выпадать от стресса, но не исключено, что заболевание щитовидки усугубило это .

Некоторые из ее симптомов указывали на снижение обмена веществ, что могло быть признаком ослабленной функции щитовидки.

— Это не мой профиль, но я посоветовал бы вам пойти к врачу – сделать анализ крови, а может быть, и УЗИ щитовидной железы.

Я в очередной раз мысленно поблагодарил своего учителя по эндокринологии в больнице Монтефиоре при Медицинской школе имени Альберта Эйнштейна. У него было много пациентов с заболеваниями щитовидной железы, его уроки я ясно помнил, что не раз помогло мне обнаруживать рак или изменения в щитовидке у людей, которые приходили ко мне с совершенно иными проблемами.

Мы скорректировали ей губы и дали направление к доктору для дальнейшего обследования.
derma-4
Я вошел в смотровую, увидел Кевина и извинился за то, что заставил его ждать.

— Не извиняйтесь, доктор. Мне повезло, что вы вообще согласились лечить меня.

— Нет, — ответил я. – Повезло как раз мне.

Этот ирландский рабочий пострадал во время крушения Башен-Близнецов 11 сентября 2001 года. Он работал на расчистке завалов и заработал себе немало «неприятностей». Некоторые из его медицинских расходов ему помог покрыть Фонд 911.

— Доктор, вы сделали такую операцию у меня на лице, и ведь совсем незаметно получилось. Я вам очень благодарен, — сказал он.

Я посмотрел на его лицо. Мне шрам был виден, но, несмотря на красную угристую кожу Кевина, шрам выглядел куда лучше, чем я ожидал. Может быть, из-за освещения, но сначала я сам его не заметил.

Вдруг в смотровую вбежала сестра:

— Мне нужна ваша помощь в лазерном кабинете, — сказала она. Ее глаза говорили мне о том, что я уже и так констатировал… (Это не мой удачный день).

Продолжение следует
Подготовила Наоми Зубкова

Eyal Levit, M.D., F.A.A.D., F.A.C.M.S.
Diplomate, American Board of Dermatology
Associate Clinical Professor , Columbia University
Adjunct Associate Clinical Professor, Mt. Sinai School of Medicine
Fellow American College of Mohs Micrographic Surgery and Cutaneous Oncology

logofAdvanced Dermatology Laser & Cosmetic Surgery
1220 Avenue P, Brooklyn, NY 11229
(718)375-7546

levitdermatology.com

Предыдущие публикации:
Почему я люблю свою работу. Продолжение (II)
Почему я люблю свою работу. Продолжение
Почему я люблю свою работу. Начало
Эял Левит: До свидания, но не прощайте…
Сердце матери знает лучше. Записки дерматолога
Этюды врачебных будней (II). Записки дерматолога
Этюды врачебных будней (I). Записки дерматолога

Sponsored

Об авторе

Редакция сайта
Одна звездаДве звездыТри звездыЧетыре звездыПять звёзд (ещё не оценено)
Загрузка...

Оставить комментарий

Войти с помощью: 

Notice: Unknown: failed to delete and flush buffer. No buffer to delete or flush in Unknown on line 0