Эдуард Тополь: “Я еще ничего не сделал для Израиля…”

3

Полку репатриантов прибыло: новым израильтянином стал знаменитый писатель, который ныне живет в Нетании. Предлагаем вашему вниманию интервью, которое он дал корреспонденту «ИсраГео» Семену ХАЩАНСКОМУ

Эдуард Владимирович Тополь, известный писатель и сценарист, в далеком 1978 году покинул Советский Союз и обосновался в Америке. Но однажды… репатриировался в Израиль.

Его книги переведены на 18 языков. Каждая из них – бестселлер. “Красная площадь”, “Завтра в России”, “Россия в постели” и многие другие. Я решил во что бы то ни стало встретиться с писателем, чьи книги в юности читал запоем.

Эдуард Владимирович, самый, наверное, правильный вопрос будет звучать так: «Почему Израиль? Вы столько лет прожили в США. Получили признание».

Я даже не знаю, как лучше ответить: правду сказать или отделаться стандартной отговоркой. Здесь есть несколько вариантов ответа. Когда я, будучи в Москве, пришел в израильское посольство, меня принял консул, молодой парень. И он задал точно такой же вопрос. Я ему ответил, что мои книги изданы на 18 языках, общий тираж превышает 15 миллионов экземпляров, но для Израиля я ничего не сделал. Пресс-секретарь, представляя меня послу, сказал: “Это тот самый Тополь, чей “Любожид” способствовал репатриации многих евреев”.

Вы уехали из СССР в 1978 году. В этом же году эмигрировал Сергей Довлатов и многие другие люди искусства. Это был диссидентский шаг?

Наверное. Я не стану приписывать себе какую-то диссидентскую деятельность в России. Просто стало невыносимо. Невзирая на мои литературные и киношные успехи. Мне исполнилось сорок лет. Нужно было принимать решение: или оставаться у этого корыта, расталкивать локтями и соответствовать правилам быдла, или, хлопнув дверью, уехать. Что я и сделал. Главной задачей той эпохи была борьба с «Империей зла». В Нью-Йорке на 32-й улице рядом с публичной библиотекой находился Дом Свободы. У входа висела большая карта мира. Процентов семьдесят суши было окрашено в красный цвет.

Империя разрасталась…

Она уже разрослась по всему миру. От Африки до Никарагуа, Латинской Америки. Это сейчас мы узнали от Митрохина (бывший сотрудник архивного отдела Первого главного управления КГБ СССР, впоследствии — перебежчик), что советские дипломаты вывозили в Италию горы долларов. Я был в Италии в 1978 году. Весь Рим был заклеен гигантскими портретами Ленина, транспарантами с пятиконечной звездой, Че Геварой, Фиделем Кастро. Только Брежнев помешал им захватить власть. Он испугался, что это станет противовесом Кремлю. На Вио Витторио-Венето, одной из главных улиц Рима, шла многотысячная демонстрация медсестер. Девушки были одеты в строгие черные платья и белоснежные чепчики. Мой приятель перевел надписи на транспарантах: “Мы хотим, чтобы нам давали мясо дважды в неделю, как в России”. Вы понимаете меня? Нет, вы не понимаете. Суть в том, что итальянские журналисты напрямую переводили наш московский сленг. Раньше говорили: “Там дают мясо”, и это означало, что в каком-то магазине появилось мясо. Итальянцы полагали, что в СССР мясо раздают даром. А мы в это время стояли в огромных очередях на Мосфильме, где можно было отоварить талоны. Два килограмма в одни руки. Поэтому итальянские дуры голосовали за коммунистов – в надежде на бесплатное мясо. Так работала эта система. Хоть та страна была нищей, но все верили в ее могущество.

Значит, всему виной неправильный перевод?

Почему? Вот в Венесуэле попробовали внедрить.

Да, мы видим, к чему это привело.

Да. Вот на этом внутреннем драйве я и поехал в Америку, а не в Израиль. Я хотел при помощи своих книг объяснить Западу, что из себя представляет СССР. Мне повезло. Моя книга “Красная площадь” разошлась полумиллионным тиражом. Меня читали везде. На улице, в метро. Поэтому я могу смело сказать, что в развале СССР есть и моя заслуга. Когда Советы пали, меня стали издавать в России. Это были огромные тиражи. Только пиратских копий более двух миллионов. Тогда я решил уехать к своему читателю. Сейчас меня русская тема больше не интересует.

Иссяк поток?

Нет. Там тем выше крыши. Пусть сами пишут. Я для себя российскую тему исчерпал. Меня как-то спросил Дима Быков: “Вот вы написали столько знаковых книг, а что сейчас?” Я ответил, что сейчас должно появиться новое поколение писателей. С новым взглядом. Другая Россия.

Ну, сравнивать СССР и сегодняшнюю Россию довольно сложно.

Уже не сложно. Просто это уже не так интересно. Вот Израиль – это очень занимательно. К тому же я так часто начинал все с нуля. Своим еврейским носом чую, что здесь масса возможностей для писателя. Но пока я помалкиваю. Надо получше узнать страну.

Почему тогда, в начале 70-х,  Довлатов, Бродский, вы нашли пристанище в Америке? А вот Эфраим Севелла сразу выбрал Израиль?

Ну, потом-то он переехал в Америку. Я с Фимой на эту тему не разговаривал. Когда я уезжал в Америку, Эдита Утесова и Леонид Осипович попросили передать ему привет. Они дали мне его телефон. Как только я приехал, сразу же ему позвонил. Приехал к нему в гости. Он обитал в гостинице «Астория». Жил с прелестной испанкой, жгучей брюнеткой. Он встретил меня в домашнем халате, вальяжный, красивый, толстый. Это он уже из Израиля прилетел. И он мне тогда сказал: “В Америке только два русскоязычных писателя живут на литературные гонорары, Солженицын и я”. И даже Бродский преподает в университете. Я сказал, что буду третьим. Так оно и вышло. Я не хочу сравнивать писателей. Например, Сережа Довлатов работал на “Радио Свобода” и поэтому пил. Каторжная работа. Это сейчас издают стенограммы его выступлений, а тогда мы все были просто эмигрантами. Вы думаете, легко было попасть на радио? Фиг (смеется). Надо было высиживать в приемной и ждать пока кто-нибудь из сотрудников радио не выйдет. Дверь открывалась, и сотрудник зачитывал задание. Говорил, что и за сколько надо написать. За это платили 50 долларов. По тем временам – хорошие деньги. И вот так можно было просидеть весь день. Потом этого человека – я не буду называть его имени – надо было вести в ресторан, который располагался недалеко от радиостанции, на Бродвее. После чего я сказал, что больше я туда – ни ногой. Я был свободным человеком. Ни семьи, ни детей. У Сергея же были жена и дочка, потому и приходилось ему ходить на ту каторгу.

Многие эмигранты, рассказывая о начале пути, любят вспоминать, как они работали таксистами, уборщиками, кассирами. С чего началась ваша эмигрантская жизнь?

А я нигде не работал. Изначально выбрал такой образ жизни. Я уже говорил, что не должен был кормить семью. Я уверен, что, не имей Довлатов семьи, он вряд ли пошел бы работать. В Нью-Йорке вполне можно выжить и на доллар в день. Я это проверил на себе. Когда я прилетел в Штаты, мне выдали чек на сто долларов от еврейской организации ХИАС и послали на работу. Я сообщил им, что, мол, писатель, сценарист. На это они мягко заметили, что этого добра здесь хватает. Меня отправили на бумажную фабрику, клеить конверты. Я сходил, отметился и вернулся. Не мое. Потом меня отправляли работать кассиром в банк, но и там я не нашел себя. Когда им это надоело, они сказали: “Раз ты не годишься для работы на фабрике и в банке, поедешь грузчиком в книжный магазин”. Это был огромный магазин с собственным издательством. Туда я решил пойти. На то время я уже писал “Любожида”. Я же ехал именно с желанием писать. Рассказ о моих приключениях на Шереметьевской таможне я написал за один день, в Вене. Я хорошо помню, как грузный таможенник ломал буквы на моей пишущей машинке. Он нажал на букву Ф, и она выскочила. Поднял ее и, глядя мне в глаза, переломил. Мне показалось, что ломают мои пальцы. Я спросил его: “Что ты делаешь?!” Он ответил: “А вдруг они золотые”. Над нами издевались, как могли.

Окончание следует

Об авторе

Редакция сайта
Одна звездаДве звездыТри звездыЧетыре звездыПять звёзд (голосовало: 1, средняя оценка: 5,00 из 5)
Загрузка...

3 комментария

  1. Иосиф Пр. на

    “Я еще ничего не сделал для Израиля…”
    Не дай Б-г, чтобы сделал..
    На антисемитской ниве этот Тополь собрал немалый урожай, пора бы и угомониться..
    Расчёт на манкуртов..

  2. Анатолий Стеклов на

    Великолепный писатель Эдуард Тополь. Настоящий мастер слова. Считал бы за честь познакомиться.

  3. Pratto на

    Надеюсь, в основе лежит стремление жить со своим народом в своей стране, а не поиск свежего материала для сплетен или культуртрегерство.

Оставить комментарий

Войти с помощью: 

Notice: Unknown: failed to delete and flush buffer. No buffer to delete or flush in Unknown on line 0