Он памятник воздвиг нерукотворный, или Евгений Евтушенко и его «Бабий Яр»

1
96_main

Евгений Евтушенко

Минуло 75 лет трагедии Бабьего Яра. А кажется, это было вчера…

В 1946 году, когда я с друзьями, молодыми офицерами, демобилизованными из армии, инвалидами Отечественной войны после тяжелых фронтовых ранений, пришел к обрыву Бабьего Яра, там еще были следы пепла. Это был пепел сожженных киевлян. Тогда мы уже знали, что в Бабьем Яру покоится прах более ста тысяч мужчин и женщин, детей и стариков — погибших в страшных муках. Нам, привыкшим к смертям на фронте, невозможно было представить тысячи невинно убиенных в овраге под названием Бабий Яр, который сегодня стал символом трагедии под страшным названием Холокост. Казалось, что земля в этом месте была обожжена слезами и кровью расстрелянных жертв…
Пройдут годы, но огонь, обжигающий наши сердца, не угаснет и в сердцах наших внуков и правнуков. Не даст угаснуть этому огню нетленный памятник — потрясшая мир поэма Евгения Евтушенко «Бабий Яр».
Один киевлянин, у которого родственники погибли в Бабьем Яру, два дня безуспешно пытался встретиться с председателем Киевского горисполкома и спросить, когда будет поставлен памятник погибшим в Яру. Своим костылем он открыл дверь заместителя председателя горисполкома.
– Лучше бы я к нему не заходил, — вспоминает наш товарищ, — я едва не заехал костылем в его наглую рожу, когда он ответил мне: «У нас дела важнее, чем памятники». Меня остановила его седая голова и орден на груди.
Тогда я понял, как им ненавистны даже мертвые евреи и памятника не будет никогда.
Но памятник трагедии в Бабьем Яру поставил известный русский поэт и гражданин Евгений Александрович Евтушенко. Это произошло в 1961 году.
Прочитав в «Литера­турной газете» поэму Евтушенко «Бабий Яр», я оцепенел… Это чувство описать невозможно!
Давно считаю, что «Бабий Яр» — это манифест совести всех порядочных людей мира. Каким надо обладать мужеством, чтобы заклеймить антисемитизм советской системы, в которой даже слово «еврей» было под запретом!
Помню, как в некоторых еврейских местечках, в частности в моем родном Староконстантинове, удалось склонить чиновников поставить скромный памятник моим погибшим землякам — своими силами и за свои средства. При этом главным условием было, чтобы на памятнике вместо «евреи» должно быть написано «советские граждане»…
О преследованиях поэта Евтушенко за публикацию «Бабьего Яра» теперь общеизвестно. Власти до сих пор не простили поэту такой «выпад».
Я храню роман Евту­шенко «Ягодные места», опубликованный в «Роман-газете» в 1983 году, с теплой дарственной надписью «Другу Изе» и с первой строкой известного стихотворения «Со мною вот что происходит». Роман «Ягодные места» предваряется подробной библиографией произведений Евтушенко, где отсутствует поэма «Бабий Яр».
29 октября наша община отмечала годовщину Бабьего Яра. С нами в большом зале Shorefront присутствовал и поэт Евгений Евтушенко. Зал был переполнен. Гул восторгов и волнующей радости присутствовавших долго не умолкал. Евгений Александрович тоже был взволнован. Он вспоминал некоторые эпизоды своего детства, юности, семьи. С особенным трепетом и теплотой поэт говорил о матери. Больше часа Евтушенко читал свои известные и новые стихи. В заключение поэт прочел «Бабий Яр» — и как прочел! Это был выстраданный монолог поэта и гражданина. Я долго не мог унять сердцебиение. О реакции зала, боюсь, рассказать не сумею. Пусть меня простят читатели.

Исаак ВАЙНШЕЛЬБОЙМ

Об авторе

Редакция сайта
Одна звездаДве звездыТри звездыЧетыре звездыПять звёзд (ещё не оценено)
Загрузка...

1 комментарий

  1. Alex Vinokur на

    ***
    Вечер Евтушенко в МГУ.
    Прошлый век. Конец шестидесятых.
    Встречу века помню. Не могу
    Быть к ней равнодушно-непредвзятым.

    Маргинал и интеллектуал
    Шли на штурм, единой строчки ради.
    И держали тот девятый вал
    Цепи заградительных отрядов.

    Кто-то (это было не в кино),
    Чтобы слышать больше, чем поэта,
    Влез через закрытое окно
    С высоты каких-то тридцать метров.

    Кто-то, говорят, подкоп прорыл.
    Зал забит. Он вышел на подмостки…
    Он слегка себя боготворил,
    Просто и вальяжно — по-московски.

    Было всё — поэзия, стихи,
    Споры, разговоры не по делу.
    Оказались праведны грехи,
    Потому что… Tак любовь велела.

    Шёл, конечно, диамонолог,
    Ритмами и жестами спрессован.
    Воздух был, отметим между строк,
    Дружелюбно наэлектризован.

    Ощущалась собственная связь
    С тем, что и доселе не забыто.
    Только там, и только находясь
    В самом центре будущих событий.

    2012

    http://alex-vinokur.livejournal.com/128147.html

Оставить комментарий

Войти с помощью: 

Notice: Unknown: failed to delete and flush buffer. No buffer to delete or flush in Unknown on line 0